Сердце вне игры (ЛП)

О Боже. Может ли он стать еще горячее?
Глава 28
Марго
Ноа пишет мне в середине дня, чтобы убедиться, что наше «официальное» первое свидание состоится сегодня вечером, и я отвечаю ему, что ни за что на свете не пропущу его.
Остаток дня провожу, собирая по кусочкам видео с экскурсии и рассылая родителям запросы на разрешение. К пяти часам понимаю, что пропустила обед и полностью проголодалась. Выключаю компьютер и быстро иду домой, чтобы переодеться, прежде чем Ноа заберет меня через час.
Меня ожидает посылка, и я улыбаюсь, когда открываю ее. Пять пар трусиков «La Perla», точно такие же, как та пара, которую порвал Ноа.
После быстрого душа надеваю одно из них, а поверх выбираю зеленое платье с глубоким вырезом. У платья длинные рукава, и оно облегает мое тело ровно настолько, насколько нужно, прежде чем заканчиваться выше колен. Обычно я храню это платье для праздничных вечеринок, но мне всегда нравился этот цвет, и не знаю, как долго мы будем гулять, поэтому хочу что-то более теплое. Я сочетаю платье с кожаной курткой и черными ботинками, затем укладываю волосы мягкими волнами.
Глядя на себя в зеркало, поправляю ожерелье моей покойной бабушки, проводя большим пальцем по прохладному металлу медальона, чтобы успокоить нервы.
Внутри есть фотография моей бабушки Эбби, когда она была молодой. Она дала мне медальон, когда я училась в средней школе, и сказала, что могу заменить фотографию на свою, но я этого не сделала. Мне нравится, что она всегда со мной. Ожерелье заставляет чувствовать связь не только с ней, но и с семьей в целом. Он заземляет меня, поэтому я ношу его почти каждый день.
Ноа присылает сообщение ровно в шесть, чтобы сообщить, что он снаружи, и я отвечаю, что сейчас спущусь.
Ладони начинают немного потеть, когда выбегаю на улицу, в оживленную ночь. Странно, что я нервничаю из-за этого вечера, хотя мы с Ноа уже дважды провели ночь вместе и занимались сексом. Кроме того, он признался, что я ему нравлюсь и он хочет быть со мной. Так что на самом деле я не должна так волноваться.
И все же не могу успокоиться.
С сегодняшнего вечера мы официально встречаемся. Это важный шаг, который я давно не делала.
Я просто надеюсь, что все еще помню, как это делается.
Ноа выходит из машины, когда приближаюсь, и открывает дверь с моей стороны. Его глаза расширяются, когда он смотрит на меня, и сглатывает.
— Выглядишь потрясающе.
— Спасибо, — прочищаю горло, бабочки в животе сходят с ума. — Как и ты.
Я не вру. Никогда не видела его так одетым, и, хотя мне нравится повседневная одежда, которую он обычно носит, но сейчас Ноа хорошо постарался. Его классический костюм ему к лицу, подчеркивает спортивное тело. Я целую его в щеку перед тем, как сесть в машину, просто чтобы вспомнить, как ощущается его кожа на моих губах, а затем он закрывает дверь и садится с другой стороны.
— Так ты собираешься сказать мне, куда мы едем? — спрашиваю.
Он был немного расплывчатым в деталях ранее, когда сказал, в какое время заберет меня и каков дресс-код.
— Увидишь, — уклончиво говорит он.
Ноа выезжает на дорогу и улыбается мне.
— Итак, у тебя был хороший день на работе?
— На самом деле, да, — говорю ему, откидываясь на спинку сиденья. — Эти дети были такими милыми, и думаю, что мне удалось снять один из лучших рекламных роликов, которые когда-либо делала. Если предположить, что все родители согласятся, чтобы я использовала его, то так и будет.
— Скрестим пальцы.
Я смотрю на него.
— Я видела, как ты разговаривал с той девочкой — Марией.
— Она потрясающая, — с энтузиазмом заявляет он. — Ты знала, что она на самом деле играет в хоккей? Ей не позволили присоединиться к команде мальчиков в спортивном центре, но она нашла несколько девочек в своем классе, которые сказали, что будут играть с ней, и они пытаются создать официальную лигу.
— Я знаю, — ухмыляюсь. — Кэлли сказала мне, и я немного поговорила с Марией после того, как вы, ребята, закончили тренировку. Она очень веселая. Мария заставила меня растрогаться, когда брала у нее интервью.
 
— Я сказал ей, что помогу ее маме создать лигу, — добавляет Ноа. — Я точно не знаю, что могу сделать, но полагаю, что не помешает иметь капитана «Денверских Тузов» на своей стороне, когда пытаешься создать хоккейную лигу.
— Это так мило. Я уверена, что твое участие в этом будет иметь огромное значение.
— Я надеюсь на это, — он кивает, его взгляд скользит по зеркалу заднего вида. — Я знаю, как много значил для меня хоккей, когда был ребенком, и не хотел бы, чтобы Мария потеряла все, что может предложить спорт только потому, что она девочка. Это вздор.
Боже, этот мужчина…
Если бы он не был за рулем, я бы наклонилась и поцеловала его взасос. Но учитывая, насколько мы оба отвлекаемся, когда целуемся, это, наверное, плохая идея. И наше свидание только началось, так что еще рано думать о том, как мы с ним переспим.
Мы приходим в ресторан через десять минут, и я понимаю, что Ноа ведет меня в «Le Bijou». Это один из самых дорогих и эксклюзивных ресторанов в городе.
— Ничего себе. Ты смог заказать здесь столик? — у меня отвисает челюсть. — Я думала, что их список ожидания длиной в милю. Не так давно прочитала в газете, что нужно бронировать места как минимум за месяц.
Он пожимает плечами.
— Я потянул за несколько ниточек. Ничего особенного.
У меня такое чувство, что получить для нас столик в такой короткий срок, вероятно, было очень важно, но ничего не говорю, когда он выходит из машины и открывает передо мной дверь. Он протягивает руку, поэтому я переплетаю свою с его, и мы направляемся к дверям. Когда мы приближаемся, замечаю через окно, выходящее на улицу, что это место выглядит странно пустым.
— Ух ты. Здесь не так много людей, — комментирую я, хмурясь. Затем отступаю назад, чтобы еще раз взглянуть на название здания и убедиться, что это действительно тот ресторан, о котором думаю. — Это странно. Сегодня какое-то мероприятие, о котором я не знаю?
— Нет, — говорит он, открывая дверь.
Я захожу внутрь и тут же понимаю, что здесь совершенно пусто.
— Где все? — спрашиваю я, глядя на Ноа.
Он застенчиво улыбается и потирает затылок.
— Я… э… я выкупил весь ресторан на сегодня.
Я сдерживаю смех, почти убеждённая, что он шутит. Что это все розыгрыш, а гости просто прячутся под своими столами, готовые выскочить и напугать меня в любую секунду. Но когда румянец Ноа немного усиливается, я моргаю, и реальность ситуации доходит до меня. Он говорит правду.
— Ты… ты действительно скупил весь ресторан?
— Да, — он подходит ближе, глядя на меня сверху вниз. — Чтобы мы могли побыть наедине. Я не хотел, чтобы кто-то фотографировал нас и размещал в социальных сетях или продавал их какому-нибудь журналу сплетен. Это был бы хороший способ раскрыть наше прикрытие еще до того, как у нас будет первое свидание.
— Ой. Боже, я даже не подумала об этом, — снова оглядываюсь, хмурясь. — Я так беспокоилась о том, что нас увидит кто-то с работы, кто-то, кто знает меня, что совершенно забыла о том факте, что тебя практически все знают. Вероятно, сохранить это в секрете будет немного сложнее, чем я думала. Не то чтобы ты мог выкупать весь ресторан каждый раз, когда мы хотим пойти поужинать.
Ноа бросает на меня взгляд, который показывает, что я допустила ошибку.
— Для тебя? Я бы сделал тоже самое снова.
— Ноа, — говорю я со смехом.
— Я серьезно, — он поднимает мой подбородок, в его выражении нет и следа юмора. — Если бы это сделало тебя счастливой, я бы обязательно это сделал снова.
— Но… деньги, — возражаю, это с трудом укладывается в голове.
— Кого волнуют деньги? — он пожимает плечами. — Я знаю, что это привилегия так говорить, но я имею в виду именно это. Ты, безусловно, самое ценное, что есть сейчас в моей жизни, Подсолнух.