Мстительный любовник. Часть 4 (ЛП)

Не уверен, что должен быть благодарен.
— Теперь, когда мы вышли из Протокола, что дальше? Яд? Старомодная пуля? Что-то новое и захватывающее? — Мой голос звучит невозмутимо.
— В допросную его.
Странный выбор для выполнения убийства. Когда я поднимаю бровь, Картер добавляет:
— У нас нет комнаты для казни.
Да и мало, где она есть. Когда требуется убить, это обычно происходит за пределами бункера.
Когда мы входим в маленькую комнату, я узнаю белые стены, стол и черный купол, записывающий каждое слово и движение. А еще Полсона.
Этот долбаный «Мститель» всюду. Наверное, он не слишком рад, что я угнал его машину в Нью-Мексико. Или что расписал его рожу оба раза, когда мы встречались.
Я делаю всего два шага, когда он вскакивает и бьет меня в челюсть. Мои руки скованы наручниками, поэтому я принимаю удар, не вздрагивая.
— Ты подпортишь мое хорошенькое личико.
В ответ он бьет локтем в живот.
Я сгибаюсь от удара, но не издаю ни звука.
Когда я выпрямляюсь, то говорю:
— Вижу, ты лучше бьёшься, когда у противника скованы руки.
Он снова бьет мне в челюсть. Я разворачиваюсь вместе с ним, чтобы избежать сотрясения мозга. Женщина, которая привела меня в комнату, отступает, и дверь между нами закрывается. Картер наблюдает из угла.
— Еще, — говорит он Полсону.
Пока Полсон обдумывает следующий удар, Картер берет отмычку, похожую на ту, с помощью которой я сбежал из его бункера, и приклеивает ее к столу. Он нажимает кнопку справа, когда Полсон бьет коленом меня в живот.
С шипением и искрами электроника в комнате выходит из строя. Картер бросает свою куртку на купол.
— Это хороший трюк, который ты провернул в Миссури. И идеальный сценарий того, что мы собираемся сделать.
Я задаюсь вопросом, не собираются ли они пытать меня, что не принято у «Мстителей», но он говорит Полсону:
— Хватит. Можешь идти.
Тот хмурится, но подходит к сканеру, чтобы выйти.
Видимо, я проживу еще пять минут. А без следящей техники, мы можем поговорить свободно.
— Ему не помешает подтянуть рукопашный бой, — говорю я Картеру.
— Ты слишком крут для него. На обычных людей его работа отлично действует. — Он жестом указывает на стул. — Садись, пока мне не пришлось объяснять кому-то наверху, почему мои техники так медленно восстанавливают глаза и уши «Мстителей» в этой комнате.
Я усаживаюсь на стул. Понятия не имею, чего теперь ожидать.
  
Глава 2
 
Мия
Очевидно, что на этот раз бывшая любовница Джекса не собирается недооценивать меня. Я просыпаюсь, по всей видимости, она ввела мне какой-то наркотик, и не могу двигаться. Мимо пролетает город. Мы все еще в синей «Акуре», и за рулем которой Джована.
Она связала меня шестью разными веревками и по меньшей мере десятью узлами. Я знаю их, но даже не пытаюсь развязать. Мои пальцы зафиксированы, и запястья, веревки буквально всюду, привязывая меня к сиденью.
— Проснулась, — говорит она, и в ее голосе чувствуется акцент, он делает ее более экзотической и сексуальной.
Ее блестящие гладкие черные волосы, собраны в неплотный пучок. Ее скулы словно у модели журнала, а черное платье сидит так, словно она только что вышла на подиум.
Меня охватывает ревность. Эта женщина погубила Джекса.
Джована гонит «Акуру» и делает такие крутые повороты, что мою голову мотает из стороны в сторону.
— Глупая гражданская машина, — говорит она, а затем следует непонятный поток слов, предполагаю, что на русском языке.
— У тебя нет шикарной машины «Мстителей»? — Наклоняю голову и смотрю на нее испепеляющим взглядом.
— Заткнись. Достаточно того, что мне приходится терпеть твое присутствие. Я не хочу слышать твое тявканье.
Вся ревность испаряется. Джекс выбрал еще тот фрукт.
Может, она злится, что я не боюсь ее.
Я смотрю на свое связанное тело. В последнее время я чаще бываю связанной, чем на свободе. Что за сумасшедшая жизнь?
 
Мне плевать, что Джована приказала мне заткнуться. Если я раздражаю ее, тем лучше.
— Куда мы едем?
Трясу головой, пытаясь избавиться от тумана, оставшегося после препарата. Наверное, нужно радоваться, что это не был дротик.
Джована игнорирует меня, ударяя пальцем по экрану. Когда она не находит ничего, кроме данных владельца, то стучит по нему телефоном, как это делал Колт. Затем натыкается на имя, которое мне знакомо. Клаус.
Я не знала, как он выглядит, ведь мы встречались в темноте, при слабом отблеске огонька сигареты, но Джекс показал мне фотографию, когда мы готовились к встрече. Однако экран ничего не выдает. Видно только имя.
Телефон звонит и звонит, но никто не отвечает и не переходит на голосовую почту. Глаза Джованы сужаются, и она что-то бормочет.
— Не отвечает? Мужчины те еще козлы.
— Заткнись или я порежу тебе лицо, — огрызается она.
Окей. Я сжимаю губы. Мне просто нужно собрать информацию, наблюдать. Я смотрю в окно.
Мы въехали в сосновый лес. Солнце все еще на востоке. Значит я недолго была в отключке. Мы едем на северо-восток.
Я чуть не спрашиваю, едем ли мы в Вашингтон к Сазерленду, но потом вспоминаю об угрозе порезать меня.
Мы не успеем на вечернюю встречу. Дорога займет часов десять. Может, мы направляемся в аэропорт? Хотя, она не может так рисковать. Джекс мог протащить связанную девушку в отель, но в аэропорту нам не дадут сесть на самолет.
Джована снова тычет пальцем в экран. Это имя я не знаю. Кович.
— Какова причина обращения? — Темноволосый мужчина хмурится, а затем расслабляется. — Джована? Почему звонишь по незашифрованному каналу?
— У меня проблемы. — Она смотрит на меня и начинает говорить по-русски. Несмотря на то, что я не понимаю ни слова, я слышу несколько имен. Сазерленд. Де Лука. Клаус. И города. Ноксвилл. Вашингтон.
Так что мы все еще едем туда. Я рассказала Джексу о встрече с Джованой, так что, если он сможет выбраться из этой передряги, мы встретимся. Мое сердце замирает при мысли, что мы можем продолжать бороться, и, возможно, даже выиграть. Очистить свое имя. И еще избавиться от этой женщины и Клауса, где бы он сейчас ни был.
Я пытаюсь думать о том, что буду делать, если мне придется кого-то убить. Смогу ли я?
Джована отключает связь и поворачивается ко мне:
— Не могу дождаться, когда сотру эту ухмылку с твоей морды.
Хм, я смогу убить ее.
— Сазерленд и тебя отшил? — Спрашиваю я, а потом, когда ее кулак касается моего подбородка, удивляюсь, почему я ей не понравился вопрос.
Удар причиняет больше боли, чем следовало, и я понимаю, что на мне уже есть синяки. Она била меня. Наверное, когда накачала наркотиками.
Мне очень хочется посмотреть на свое лицо, но я связана. Хотя, мне и страшно смотреть на себя. Я закрываю глаза и пытаюсь понять, где болит. Челюсть и щека, когда я улыбаюсь. Кажется, там засохшая кровь.
Так что я молчу. Нет смысла добровольно лезть под удары. Я оцениваю состояние своего тела, но больше не ощущаю никаких травм, по крайней мере сейчас.
Джована снова пытается дозвониться до Клауса, и я сдерживаю замечание, готовое сорваться с губ. Ее соучастник игнорирует ее. Джекс его не убил, это я точно знаю. Возможно, он отключился. Он делал так с Джексом. И это я знаю точно.
Джекс. Я успокаиваю себя, представляя его суровое лицо, темные волосы, серые штормовые глаза. Я знаю, что влюблена в него, но Джекс не тот парень, которому можно отдать свое сердце. Скорее всего, это самое сердце растерзают прямо в моих руках.
Но я все равно могу лелеять это чувство. Это что-то новое для меня: нежное и волнующее одновременно. Джекса не связывали, раз он смог завязать воровской узел. Но те люди действовали тихо: я была в соседней комнате и не слышала, как они вошли и забрали его.
Автомобиль оповещает, о том, что заканчивается топливо. Джована ругается. Определенно, она предпочла бы ехать на машине «Мстителей», и мне странно, что она не смогла ее раздобыть. Хотя, если Клаус игнорирует Джовану, у нее могут быть проблемы. Может, поэтому она пришла за мной. Ее последний разговор с Сазерлендом на парковке тоже прошел не очень хорошо. Она обвинила его в том, что он избегает ее.