Завтра нас не станет (СИ)

— Я не забивал твое имя, — замечает мой взгляд Кирилл. — Оно в центре. Просто Вики означает победа, я решил, это неплохо. 
— Очень неплохо.
Пробежавшись пальчиками по его рукам, плечам, я с удовольствием глажу по шее и с блаженством закрываю глаза, чувствуя, как он целует мою шею, ласкает грудь, спускаясь все ниже и ниже… 
Сегодня я позволяю себе расслабиться и просто насладиться близостью этого мужчины, не заметив, как на пике удовольствия нечаянно вырываются признания… 
***
Мы никуда не спешим. 
Я еще не обедала. Вдоволь насытившись друг другом, прогуливаюсь по дому в одежде Кирилла. У него полно продуктов. 
— Приходит домработница, — объясняет. — Готовит, убирает. 
— Сегодня не придет? 
— Нет. Я уже предупредил. 
— Хорошо. Я приготовлю нам поесть. 
— Буду рад. 
Кирилл меня обнимает со спины и замирает. Мне очень уютно находиться в кольце его рук. 
— Переезжай жить ко мне, Вики, — предлагает Кирилл. — Я думаю, мы оба готовы ко второму шансу. 
  
Глава 29
 
Глава 29 
Она 
— Я думаю, мы оба готовы ко второму шансу.
Последние слова Кирилла повисают в воздухе. Кирилл, обняв меня крепче, медленно раскачивается из стороны в сторону, словно танцует. 
С ним необъяснимо легко и приятно. 
Однако от предложения дух захватывает и становится труднее дышать. 
— Не торопимся ли мы? — спрашиваю с сомнением. 
Было так легко и просто поддаться порыву, но сейчас приходится вернуться в реальность, в которой так много нерешенных проблем и сложностей на пути к возможному счастью.
— Не торопимся ли? — переспрашивает Кирилл. — Эй, я переживаю за то, что так долго предлагал тебе это!
— Долго? Мне кажется, ты почти сразу же заявил, что хочешь быть со мной снова. Лишь потом немного сбавил напор. 
— Да, ты права. Действительно, так и было. Но что поделать, если я не хочу терять время зря. Мы и так очень много его потеряли. Ты во мне сомневаешься?
— Нет. Не в тебе. 
— Точно?
— Не в тебе, клянусь. Скорее, в себе. 
— Вот еще, глупенькая какая. Как ты можешь в себе сомневаться?
— Очень просто. Ситуация у меня не ахти, еще и муж… даже бывшим не стал. 
— Это легко можно исправить. Проблемы с квартирой решатся. С дочкой… Мда, тут сложнее. Но уверен, мы справимся. Только вместе, и никак иначе. 
— И ты готов прибрать меня к своим рукам?
— Хоть сейчас. Хочешь? Поедем собирать твои вещи. 
Вот это скорость. У меня кружится голова от таких стремительных перемен!
— Ты забыл еще кое-что. Я живу не одна. У меня есть питомец… Ему нужен уход. Сейчас за Джеком присматривает соседка, пока я на работе, а здесь… 
— Поручим это домработнице, за дополнительную плату. Что за зверь у тебя?
— Спаниель. Рыжий красавец. 
— Не говори о нем таким сладким голосом, сразу ревновать начинаю, — как будто недовольно ворчит Кирилл. 
Это звучит невероятно мило, уютно и по-домашнему, меня разом отпускают все страхи. 
Чувствую себя молодой и отчаянной, готовой рискнуть: когда, если не сейчас?
— Если ты согласен на Джека, то я готова к тебе переехать. 
— Согласен и на Джека, и на кого угодно из четвероногих. Можешь еще кого-нибудь завести, только скажи мне да. 
— Да, — говорю уверенно. — Да. 
***
Остаток дня мы проводим вдвоем. Кирилл не шутил, сказав, что готов перевезти меня к себе в этот же день. 
Мы действительно отправились за моими вещами. Я так и не привезла с квартиры все, поэтому вещей у меня совсем немного. Пожалуй, все уместится в несколько сумок. 
Пока я собираю вещи, Кирилл знакомится с Джеком. Спаниель настроен дружелюбно. Мне кажется, что Джек покорил Кирилла буквально с первого взгляда своих золотистых глаз с невероятно смышленым выражением. 
Но наши сборы так и остаются незаконченными. Нас прерывает телефонный звонок. 
Мама.
Говорит с отчаянным придыханием, воет:
— Милана! Она… Она… В больнице! Вы что с девчонкой натворили, ироды проклятые! 
***
Разумеется, ни о каких сборах больше не может быть и речи. Бросив все, приходится ехать в больницу. В телефонном разговоре мама многое не прояснила, но хоть адрес смс-кой скинула, и на том спасибо.
  
— Как думаешь, что могло случиться? — спрашиваю, разглядывая, как за окном мелькают огни вечернего города. 
— Понятия не имею. 
Кирилл хмурится, сосредоточенно глядя на дорогу. 
— Первый день вместе, и эти уже какие-то сложности нарисовались, — вздыхаю. 
Осмеливаюсь опустить ладонь на его плечо, погладив. Он перехватывает мою ладонь правой рукой, целует. 
— Справимся. Без испытаний никак. Ты же понимаешь?
— Да. Вот только мама… — ежусь. — Опять за старое. 
— Отселить бы ее куда подальше. У нее, случайно, нет желания отправиться покорять, например, какое-нибудь фермерское или крестьянское хозяйство? Свежий воздух, физический труд пойдут ей на пользу… 
Не могу представить маму колхозницей, гоняющей несушек или доящей корову… Интересно, справилась бы она хотя бы с огородными грядками? 
Глупые мысли, но смешные, заставляют меня улыбнуться и на сердце немного легчает. 
***
Мама ждет в коридоре травмпункта. Здесь очередь из покалечившихся. 
— Где Милана?
— У травматолога, — мама промокает глаза платочком. — Приехала, — поджимает губы недовольно. — А что так, совесть проснулась? О доченьке вспомнила? Не только о хахале. 
— Так. Мне это надоело, — резко говорит Кирилл. 
Отпустив мою руку, он хватает маму под локоть и сердито тащит прочь из коридора травмпункта. 
— Отпусти! — пытается возразить. 
В ответ он на нее так громко и довольно внушительно цыкает, взглянув грозно, мама будто мельчает и закрывает свой рот. Я спешу за ними… 
— Если хотя бы еще одно слово вылетит из этого рта, клянусь, сделаю так, что вы больше вообще рот распахнуть не сможете!
Мама ищет меня взглядом, будто просит приструнить Кирилла. Но я качаю головой:
— Нет, мама. Кир прав. Довольно. Я вообще не понимаю, почему ты меня так ненавидишь?! Что за отношение такое?
— Не хотела я тебя рожать, — вдруг выдает мама. — Отец твой загулял почти перед самой свадьбой. Пьяным сказал, мол, подурнела и располнела сильно. А ведь правда, подурнела, вся пятнистая стала, как жираф какой-то! Мне гадалка давно сказала, отберет у тебя ребенок много здоровья, мужчины лишишься, так и произошло. Рожала я долго, мучилась, вся порвалась, пока тебя родила! И папаша нарисовался, нагулялся… Козел винторогий. 
— Так вы же поженились! 
— Поженились, конечно. Я, что, одна должна дитё растить? Одни болячки до трех лет да истерики, ох.. Натерпелась я с тобой, завяла… За три года, пока в сад не пошла, ты из меня столько сил и соков выпила, что меня потом подружки не узнавали при встрече, одна даже тетей Машей назвала. 
— Какие глупости! Боже… Мама… Вот это претензии! Тьфу… Зачем ты вообще мне это сказала?
— Вот потому я и не хотела, чтобы ты рано рожала и связывала судьбу с таким же дуралеем безответственным, как твой папаша. 
— Ты его под каблук и загнала. Со временем. Но насчет Кирилла ты ошиблась… Вот, оказывается, почему ты к папе так относишься, гнобишь его за измену в далеком прошлом! И меня ни капельки не любишь. Зато Милану полюбила. 
Теперь я поняла, почему у мамы детей от папы больше не было. Не любила она его, буквально, не любила. Не смогла простить за измену, замуж вышла, потому что надо, потому что не хотелось ей без мужа одной ребенка растить. 
Мама вышла замуж, и прожила целую жизнь, не любя семью… Только на Милане ее сердце откликнулось… 
Вот она и забаловала внучку!
  
Глава 30
 
Глава 30 
Она 
— Мне ясно одно. Держитесь подальше от Вики и Миланы, Мария. Мой вам совет. Ради вашего же блага. Не смейте больше отравлять жизнь своей семье… Займитесь… чем угодно! Хоть рассадой на подоконнике, мини-огородом или домашними животными. Но если я увижу, что вы снова вмешиваетесь в нашу жизнь, мои действия будут очень решительными! — с угрозой в голосе произнес Кирилл.