Убийство в поезде Минск-Брест

— Как вы на это отреагировали?
— Спокойно, — она слегка пожала плечами. Мне понравилась эта идея. Я решила, что подарю им то, что они захотят.
— Это очень благородно с вашей стороны. Еще раз повторите, во сколько вы оцениваете украденное?
— Точно не могу сказать, но думаю, что около пятидесяти тысяч долларов.
Кот громко присвистнул.
— За пятьдесят штук можно и убить, — усмехнулся Николай.
— А вы смогли бы? — резко спросил Виноградов, не сводя с Шарапова глаз.
— Я тут при чем?!
— Пока ни при чем. Я просто задал вам вопрос. Так смогли бы?
— Конечно, нет. Из-за денег марать руки?
— А из-за женщины? Любимой женщины?
Улыбка мгновенно исчезла с его лица.
— Вы хотите познакомиться со мной поближе?
— Нет. Я и так все про вас знаю, — Виноградов сделал шаг ему навстречу. — Так смогли бы?
— Я не буду играть в ваши игры, — Шарапов посмотрел на часы. — У вас осталось не слишком много времени, может, вы потратите его с пользой?
— Именно этим я сейчас и занимаюсь, — Виноградов смерил его взглядом и вернулся на свое место. — Ольга, насколько мне известно с ваших слов, у Егора не было проблем со здоровьем.
— В последнее время он жаловался на боли в области сердца.
— Он вызывал скорую? Или обращался к врачу?
— Нет. Я предлагала, но он сказал, что все само пройдет. Нужно было не слушать его! — она провела ладонью по лицу.
— Это бы все равно ему не помогло, — тихо сказал полковник. — Но сегодня в поезде он жаловался не на боли в сердце?
— Он сказал, что у него болит живот. Поэтому и не пошел обедать со мной.
— Что он еще сказал?
— Сказал, чтобы я не спешила, а он постарается уснуть. Я и не спешила, не хотела его беспокоить.
— Вас не было в купе сорок минут.
— Да.
— Что вы увидели, когда вернулись?
— Увидела, что Егор лежит на своей полке. Я сначала подумала, что он спит, и села у окна.
— Через какое время вы заметили, что он не подает признаков жизни?
— Минут через пятнадцать. Меня что-то смутило, и я подошла к нему, начала будить… Ну а дальше вы все сами знаете.
— Я напоминаю вам, мои друзья, что на теле у Егора не обнаружено следов насилия. В этом была главная ошибка столь гениального плана! Я повторю — гениального! Потому что, когда узнаете развязку, вы будете аплодировать стоя, как на лучшем спектакле. Но нужно немного подождать. Я только начал гримировать актеров. Уже совсем скоро они выйдут на сцену и поразят вас своей безупречной игрой. Почти безупречной.
— Я как будто оказался в театре, — Кот в предвкушении потер руки.
Виноградов едва заметно улыбнулся.
— Подождите, — Ольга встала. — Вы не можете так говорить! Почему вы сейчас при всех унижаете моего покойного мужа? Что вы вообще хотите?
— Я хочу правды. Я хочу, чтобы виновные понесли наказание, и не более того.
— Он умер своей смертью!
— Нет.
— Тогда где ваши улики? Где доказательства?
— Уважаемый Архип Георгиевич, — полковник обратился к пожилому мужчине. — Расскажите нам, что вы знаете.
Архип Георгиевич растерялся от внимания к своей скромной персоне, но быстро взял себя в руки. Откашлявшись, он начал говорить:
— Я слышал стук двери вашего купе, — он посмотрел на Ольгу. — Слышал, как вы вышли. Но после этого дверь открывалась еще несколько раз.
— Сколько именно? — уточнил Виноградов.
— Я насчитал пять. Первый раз это была Ольга. Я узнал ее по звуку каблуков.
— Вы чрезвычайно внимательны, — улыбнулся полковник. — Я поясню. Архип Георгиевич слышал, как Ольга выходила из купе. Минут через десять-пятнадцать дверь снова хлопнула, а спустя еще десять минут кто-то вышел из купе.
— Я насчитал только три, — ухмыльнулся Николай.
— Не перебивайте меня! — полковник недовольно покосился на него. — Вскоре дверь снова открыли, и буквально через минуту посетитель покинул купе. — Виноградов повернулся к Ольге: — Теперь вы мне верите?
Она растерянно смотрела по сторонам, готовая вот-вот расплакаться.
— Вы уверены, что старик не ошибся? — Николай встал с места. — Может, он перепутал? Вы допускаете такую мысль? Пожилой человек мог и ошибиться.
 
— Нет, не мог. Когда люди долго сидят в тишине, как старики, то они слышат, как трещит морозный воздух или как падает снег. Понимаете, о чем я? — он приподнял брови. — Вот вы не услышали бы. И ваши товарищи по купе тоже. Ваши головы забиты ненужным мусором, и постоянные мысли не дают вам слышать окружающий мир. А они слышат. Потому что живут в тишине.
— Это не доказательство.
— Еще какое доказательство! — поднял указательный палец полковник. Он стоял и молча смотрел на Николая. Затем сделал несколько шагов в его сторону: — Николай, мне понятно ваше возмущение. Нет, я бы сказал по-другому. Мне понятно ваше волнение.
— Я не понимаю вас.
— Понимаете. Ведь вы узнали о смерти Егора раньше всех!
— Что за чушь!
Полковник следил за каждым его движением:
— Вот видите, я говорю правду. Посмотрите, как вы побледнели. А кончики ваших пальцев дрожат. Хотя до этого вы излучали спокойствие. Или тщательно старались это делать.
— Повторяю: я не понимаю, о чем вы говорите!
— Всё вы понимаете, — полковник развернулся и подошел к своему месту. — Вы приходили в купе Егора, когда Ольга ушла в ресторан. Сначала вы пытались поговорить с ней здесь, в ресторане, но она не захотела вас слушать, и вы решили идти ва-банк. К Егору. Но когда вы вошли в купе, то увидели, что он мертв, и испугались. Сначала вы наверняка подумали, что мужчина спит, и попытались разбудить его, чтобы поговорить. Но, когда поняли, что он не дышит, просто сбежали! Можете не отрицать, вас видели в ресторане с Ольгой, а ваши соседи по купе сообщили, что вы выходили как раз в это время.
— Я выходил в туалет.
— Нет.
— У вас нет доказательств!
— Я не понимаю, почему вы волнуетесь? Я же не обвиняю вас в убийстве. Я просто констатирую факт. Вопрос в другом: зачем вы пошли к Егору?
Николай молчал.
— Тогда, если вы позволите, я сам расскажу. В любом случае расскажу, — поправил себя полковник. — Дело в том, что Николай — возлюбленный Ольги. Бывший возлюбленный, — Виноградов бросил быстрый взгляд на Ольгу, затем на Николая. Ольга устало подняла глаза, но промолчала. — Можете не отрицать, Николай. Поверьте, я рассказываю это не для того, чтобы как-то унизить вас, а чтобы разложить все по полочкам. Я не могу утверждать, но мои предположения таковы, — он продолжал крутить пачку сигарет в кармане, мысленно крепко вдыхая легкими никотин. — Вы встречались несколько лет назад, так как Николай последние два года провел в местах лишения свободы. Его осудили за воровство. Речь о золотом колье, которое он якобы украл у Стравинской. Это было несложно узнать. Всего несколько минут.
— Вы не знаете всей правды, — тон Николая стал другим — без злости и раздражения.
— Я могу предполагать, что знаю, — мягко ответил полковник. — Вы не воровали, вас подставили. Скорее всего, отец Ольги, который был против этих отношений, считая вас недостойной партией для своей дочери.
Ольга хотела что-то сказать, но полковник жестом остановил ее.
— Я думаю, вы действительно любили эту женщину. А она любила вас. Но так как ваш социальный статус был… — Александр Петрович пытался подобрать нужные слова, — недостаточно прочным, отец Ольги решил убрать вас из жизни дочери. Конечно, когда она узнала о краже, то сначала не поверила отцу. Но он быстро убедил ее, предоставив список ваших, так сказать, прошлых грехов. Мелкие кражи, хулиганство — у вас была насыщенная юность. Но я почему-то уверен, что к краже колье вы не имеете никакого отношения.
— Я не воровал его!
— Вы оказались на свободе и решили вернуть Ольгу. Но было поздно: Стравинская вышла замуж. К слову, тоже за человека далеко не своего круга. — Он повернулся к Ольге: — Я думаю, вам было нелегко. Даже слишком. Отец видел это и решил больше не заставлять вас страдать. Он смирился с вашим выбором и закрыл глаза на этот брак. — Полковник снова обратился к Николаю: — А вы не захотели отступать. Для начала решили встретиться с Ольгой, но боялись столкнуться с ее отцом, зная, что после этой встречи можете вернуться обратно в тюрьму. Думаю, вы лаже следили за ней какое-то время, но подходящего момента для разговора так и не нашли. Поэтому, узнав о предстоящей поездке, решили купить билет на тот же поезд, чтобы поговорить там. Сначала один из пассажиров видел вас рядом с Ольгой на перроне, но вы быстро ушли, заметив на горизонте Егора. Следующую попытку предприняли в вагоне-ресторане. Я не знаю, удалось ли вам поговорить с Ольгой и о чем был этот разговор. Да меня это уже и не интересует.