Измена. Второй шанс на любовь (СИ)

– Тю! Мы с тобой сколько раз пытались залететь за пять лет нашего брака, и что? – прищуривается Макс. – И ни разу не получилось! Ни разу, Катенька! Так что расслабься, выпей валерьяночки и ложись баеньки. А лучше винца или водочки – тоже очень хорошо расслабляет…
– Без твоих советов обойдусь, – перебиваю я бывшего. – Ты когда-нибудь покинешь помещение?
– Уже покидаю…
Макс ногой пододвигает к себе ботинки.
В прихожую между тем вальяжно входит Феликс, усаживается подальше от Макса у моих ног и с интересом наблюдает за его действиями.
– У-у-у, ты-ы! – грозит ему кулаком Макс.
Феликс на всякий случай пересаживается подальше, за мои ноги, и презрительно смотрит оттуда на Макса.
– Ну?! – повышаю я голос.
Макс спешно засовывает ногу в правый ботинок, затем в левый. И тут же дико орет, яростно и брезгливо скидывая с левой ноги ботинок.
– З-з-зараза!!!
– Что такое??? – пугаюсь я.
– Твой кошак-засранец нассал мне в ботинок!!! Зассанец чертов!!!
– Как??? Прям нассал?.. – поражаюсь я предприимчивости и отваге моего кота.
Лицо Макса искажено гримасой гнева и злости. Он хватает ботинок с пола, рассматривает и с отвращением нюхает. Тут он замечает довольного Феликса, выглядывающего из-за моих ног.
– Не трогай кота! – едва успеваю крикнуть я.
– Гад!!! – Макс с воплем размахивается и швыряет ботинок в Феликса.
И конечно же попадает мне по ногам, а не по Феликсу.
– А-а-а!!! – подпрыгиваю я и кричу от боли.
Феликс, подняв хвост трубой, с возмущенным мяуканьем благополучно скрывается в комнате.
– Извини, Катюх…
Макс растерянно стоит посреди прихожей и смотрит то на валяющийся на полу ботинок, то на мое сморщенное лицо.
Я быстро подхожу к входной двери и распахиваю ее.
– До свидания! – стою в дверном проеме и жду, когда Макс уйдет.
– До свидания!
Макс идет мимо меня на выход и тоже останавливается в дверном проеме, прижавшись ко мне практически вплотную. – Значит, я опять во всем виноват? Как всегда?
– Конечно, ты! Воспользовался моим пьяным беззащитным состоянием и нагло использовал меня как… как… как очередной сексуальный объект!
Я еще не успела до конца протрезветь и обычно в таком состоянии немного забываю слова.
– Но ты сама мне позвонила! – удивляется Макс. – Ты такая нелогичная женщина…
– Я думала, что ты джентльмен! – выпаливаю я ему в лицо. – Но тебя, как говорится, только могила исправит!
– Ах ты мне, значит, смерти желаешь? Какая же ты все-таки злая женщина, Лебедева! Как хорошо, что я с тобой развелся! – Макс зачем-то грозит указательным пальцем перед моим носом и прижимается ко мне вплотную.
– Секундочку! – отбиваю я ладонью его палец, от возмущения у меня даже губы затряслись. – Это я с тобой развелась!
– А зачем тогда ночами звонишь год спустя? Некому больше? – тоже начинает закипать.
Я отпихиваю от себя Макса животом и запахиваю распахивающийся халат.
– Сто раз уже пожалела! Думала, что ты человек. А ты не человек, Кузнецов, ты… ты, знаешь, кто?!
– Знаю! Ты думала, что я такси?! А я тебе не такси!
– Я и не сомневалась! Вали к своей бабе и больше ей не изменяй, «нетакси»!
– Ой, какие страсти! Сразу вспомнилась наша семейная жизнь! Кать, ты хоть иногда вспоминай, что ты не на съемочной площадке, а то…
– И чтоб больше я тебя не видела в своей жизни вот с этой твоей мерзкой ухмылочкой! – перебиваю я.
– И не увидишь! Не боись, Катюха!
Макс бросает на меня последний испепеляющий гневный взгляд и в одном ботинке выходит на лестничную площадку.
– Я тебе не Катюха!
С грохотом захлопываю за ним дверь и закрываю на замок.
Запахиваю распахивающийся халат, выбрасываю ботинок предателя в мусорку и иду по квартире искать моего защитника Феликса. Найдя кота спящим в кровати на подушке, я со слезами на глазах расцеловываю его в пушистую усатую морду и в обнимку с ним засыпаю в полной уверенности, что больше никогда не увижу бывшего мужа, который вечно наматывает мне нервы на кулак.
Но увидеть Кузнецова мне пришлось. И очень скоро.
  
Глава 3
  
Такси подъезжает к киностудии «Горгонафильм». Я выхожу из машины, оформляю пропуск на проходной и иду искать павильон, в котором Макс снимает рекламу женского нижнего белья. Уже на подходе к съемочной площадке слышу его недовольные вопли:
– Поля! Где эта Поля? Как ушла? Я только что ее видел! Черт бы подрал эту Полю! Живо ее ко мне!.. Так, Полина, где тебя черти носят? Где мой двойной эспрессо, я тебя спрашиваю? Я уже полдня жду от тебя какой-то долбанный маленький стаканчик эспрессо!.. Сейчас будет? Это «сейчас» у тебя «через час» называется! Ну так давай шибче беги!.. Е-мое!!!
Узнаю своего темпераментного бывшего мужа – так орать на съемочной площадке может только он. Еще про меня что-то говорит.
В этот момент из павильона на всех порах вылетает Полина, молоденькая помощница Макса, с красным лицом и развевающимися рыжими кудрями. Налетает прямо на меня. Я на автомате быстро прикрываю живот руками. Ого, у меня уже появляются материнские инстинкты. Сама себе удивляюсь.
– Ой! Екатерина, здрастье! – бросает мне на бегу Поля. – А я за кофе для Максима Викторыча! Вам взять? – и громко кричит вглубь павильона, – Максим Викторыч, к вам жена!
Я не успеваю и рта раскрыть, как Поля убегает за кофе. Тут же слышу разгневанный голос Макса:
– Какая еще, нахрен, жена?! Я вообще-то в разводе! Неси быстро кофе!
Стремительно вхожу в павильон. Макс сидит на своем режиссерском фирменном стуле с надписью на спинке «Максим Кузнецов», положив ноги в кроссовках прямо на стол с аппаратурой и закидывает в рот орешки из пакетика. Несколько полуголых моделей в нижнем белье сидят неподалеку на гриме. По площадке как муравьи передвигаются сотрудники съемочной группы, передвигая декорации и настраивая свет.
– Привет, Макс, – подхожу к бывшему мужу.
Увидев меня, Макс делает удивленное лицо и поднимает брови домиком.
– Ой, какие люди и без охраны к нам пожаловали! А я думаю, какая еще жена? А это, оказывается, бывшая! Гляньте-ка!
– Хватит кривляться, Кузнецов, мне с тобой срочно нужно поговорить, – сурово бросаю я и нервно мну пальцами тест на беременность в кармане плаща.
– Даже так? Прям срочно? Уже соскучилась по моей мерзкой ухмылочке? Или мой обоссанный твоим кошаком ботинок реанимировала и решила мне вернуть?
Обида из Макса так и прет.
– Макс, ну хватит тебе, – миролюбиво тыкаю его пальцем в плечо, в мягкую лайковую кожу куртки. – Погорячилась, бывает. Меня тоже можно понять.
– Мне тебя категорически не понять. Никогда, – отрезает Макс, поправляет кепку на голове и смотрит в сторону.
Я снова миролюбиво тыкаю его пальцем в плечо. Знаю Макса как облупленного – быстро взрывается и также быстро остывает. Сейчас поворчит немного для вида и смилостивится.
– Ну ладно, чего пришла-то? – милостиво интересуется Макс после паузы, уже немного смягчившись, и поднимает на меня глаза.
– Надо поговорить.
– Говори.
– Не здесь же.
– А где? Я вообще-то на работе, если ты заметила.
– Всего полчаса твоего времени. Объяви обеденный перерыв. Сходим в кафе и поговорим.
– Слушай, Лебедева, а ты чего тут раскомандовалась? – с негодованием вопрошает Макс.
– Это касается нас двоих! – повышаю я тон и топаю ногой.
Макс потрясенно на меня смотрит, однако убирает ноги со стола, с трудом встает со стула и разминает спину. Берет громкоговоритель.
– Перерыв на обед полчаса! – орет он на всю площадку.
И мы идем на выход из павильона.
В коридоре на нас мчится Поля с двумя стаканами кофе в руках.
– Максим Викторыч, я уже несу! – кричит она, подбегая к нам.
– Тебя за смертью посылать! Я в кафе уже иду! Сама пей! – сердито кричит на нее Макс. – Помрешь, пока тебя допросишься и дождешься!