Измена. Второй шанс на любовь (СИ)

В отличие от меня, Диана при полном параде и успела навести красоту – на лице вечерний макияж, длинные волосы уложены модной «легкой волной», одета в классический белоснежный брючный костюм с глубоким вырезом и туфли на высоких каблуках. В руках держит два прозрачных контейнера с едой.
Сразу видно – красуется перед Максом и старается ему понравиться, – отмечаю я. По ходу, в их отношениях пока нет определенности, раз еще продолжается период «брачевания»…
Несколько минут мы во все глаза смотрим друг на друга.
– Не ожидала… – наконец, сквозь зубы произносит Диана и переводит недовольный взгляд на Макса. – А я тут тебе суши из ресторана привезла, – показывает ему контейнеры.
Макс исподлобья смотрит на нас обеих и удрученно молчит.
– Макс?.. – вопросительно и ожидающе смотрит на него Диана. – Ну скажи что-нибудь?!
Кузнецов смущенно откашливается и нервно отхлебывает кофе:
– Кать, это Диана. Диана, это Катя.
– И-и-и?.. Как я поняла, Катя беременна? – уточняет Диана и поворачивается ко мне. – Поздравляю, Катерина. Наконец-то, после стольких бесплодных лет ожиданий… Наверное, уже совсем отчаялась?
Оказывается, Диана прекрасно знает, кто я такая.
– Откуда такая осведомленность?! – еле сдерживаюсь я, чтобы не рявкнуть. – Макс, а тебя не учили, что выбалтывать чужие секреты нехорошо?
– А мы с Максом друг другу выбалтываем все секреты, и чужие, в частности, – вставляет Диана.
– Правда? А он уже успел с тобой поделиться своим самым главным секретом – что через семь месяцев станет отцом?
Диана застывает с контейнерами в руках и с открытым ртом. Постепенно до нее доходит смысл, сказанного мной.
– Макс, это правда??? – после долгой паузы поворачивается она к Максу. – Она беременна от тебя???
Кузнецов неопределенно пожимает плечами и отводит глаза.
Диана свирепо швыряет контейнеры Максу под ноги.
– Прелестно!!! Значит, пока я обустраивала нам в Нью-Йорке семейное гнездышко, ты мне здесь изменял со своей бывшей?! – гневно кричит она. – Я так и знала, что мужика нельзя оставлять одного ни на минуту, ни на секунду, не то что на месяц! Что ж вы за кобели-то все такие?!..
Размахивается и эффектно выбивает стакан с кофе из руки Макса. Стакан летит в сторону и с громким хлюпом шмякается на пол, разбрызгивая вокруг кофе. Макс уныло провожает глазами улетевший стакан и обалдело смотрит на Диану.
Я незаметно осторожно отодвигаюсь от нее подальше. Мало ли, что ей в голову взбредет.
– Про семейное гнездышко слышу в первый раз, – протестует Макс, придя в себя. – И вообще, я не знал, вернешься ты в Москву или нет? Ты выходила на связь раз в неделю, а остальное время была вне зоны доступа и неизвестно, чем занималась.
– Ты еще со мной спорить будешь, вместо того, чтобы прощение просить?!
Макс виновато косится на меня и встает со стула.
– Диана, давай мы с тобой потом поговорим, дома?
Подходит к Диане и пробует взять ее за руки, но та раздраженно вырывает руки и делает шаг назад.
– И там тоже поговорим, не переживай!
– Это все как-то случайно получилось… – пытается объяснить Макс.
– Случайно??? А ты знаешь, как в Америке называют таких мужиков?
– Как?
– Шлюх!
– Ок! Значит, я шлюх по-американски!
– Макс, давай мы с тобой тоже как-нибудь потом поговорим? – вмешиваюсь я и спешно направляюсь к выходу. – Всем пока! Хорошего вечера!
Не желаю принимать участие в их разборках и дожидаться, пока мне прилетит от разгневанной Дианы.
– Я наберу! – слышу голос Макса.
– Конечно, поговорим! И не один раз!!! – доносится до меня голос Дианы. – Как говорится, будем теперь дружить семьями…
Возвращаюсь домой. Еду в такси по вечерним московским улицам. С горечью размышляю о том, что по факту, сама того не желая, вляпалась в любовный треугольник. Вернее, даже еще хуже – в любовный четырехугольник. Какой ужас и какая ирония судьбы.
Я всегда думала, что в моей жизни все будет идеально, все как надо, и все по моему четкому плану – любимый и любящий мужчина, официальный брак, запланированный ребенок, счастливая семья – я же такая идеальная, умная, честная и порядочная. А что получилось? Любимый разлюбил и изменил, брак распался вдребезги, и в итоге я беременная разведенка на грани потери работы, втянутая в любовный четырехугольник с бывшим, его любовницей и моим любовником.
 
Смотрю в темноту за окном и ломаю голову, как теперь все это разрулить. Аж тошнить начинает – то ли от абсурдности ситуации, то ли у меня начинается токсикоз. Прошу водителя остановить, выпрыгиваю из машины и бегу к кустам на обочине.
Через полчаса с горем пополам, сдерживая приступы тошноты, доезжаю до дома и поднимаюсь в квартиру. Открываю ключами дверь и вхожу в темную прихожую.
Внезапно включается свет, я вздрагиваю и вижу Никиту, стоящего посреди прихожей с котом Феликсом на руках. В первую секунду пугаюсь и не сразу понимаю, как здесь оказался Воронцов. Потом вспоминаю, что сама же дала ему ключи от квартиры.
– Привет. Где ты была? Уже поздно… – хмуро спрашивает Никита и напряженно осматривает меня с головы до ног, поглаживая Феликса по голове.
– Господи, Никита, как ты меня напугал! Привет, – выдыхаю я и сознательно игнорирую его вопрос.
Кладу сумку на пуфик, скидываю туфли и вешаю плащ на вешалку.
– У тебя все в порядке? – задает очередной вопрос Никита.
– Да, у меня все в порядке. Если не считать незапланированной беременности и начинающегося токсикоза с тошнотой и рвотой.
– А я беспокоился. Звонил тебе – ты не отвечаешь. Насколько я знаю, съемки давно закончились. Так где ты была? – не отстает Никита.
Его вопросы меня сильно напрягают. И это самое начало наших отношений. Что же будет дальше?
– Это допрос? – фальшиво смеюсь и треплю Феликса на руках Никиты за мохнатые щеки. – Как тебе удалось подружиться с Феликсом? – удивляюсь я. – И он даже не нассал тебе в ботинки?
– Не знаю, – пугается Никита. – Надо проверить…
Передает мне Феликса, идет к своим ботинкам, поднимает с пола и проверяет.
– Не нассал, – облегченно выдыхает он и смеется. – А что, может?
– Еще как может! – смеюсь я в ответ. – Он и не на такое способен, если ты ему не понравишься. Так что будет лучше, если ты спрячешь обувь в шкаф.
– А что, были прецеденты? – спрашивает Никита и ставит ботинки в шкаф.
– Были, – вздыхаю я и иду на кухню с Феликсом на руках.
Никита идет за мной.
На кухне меня ждет сюрприз. На столе накрыт ужин – боксы с китайской едой на две персоны. Спокойным пламенем поблескивают две зажженные ароматизированные свечи.
– Свечи, ужин… Какая прелесть! Никита, какой ты милый! А я как раз такая голодная! Спасибо тебе, – благодарно пожимаю его руку и заглядываю в глаза.
– Ну что ты, не стоит. Жаль, что ужин почти остыл, пока тебя дожидался. Садись за стол.
Никита помогает мне сесть. Я усаживаюсь на стул, Феликс устраивается на моих коленях и сворачивается клубочком. Воронцов садится напротив меня и открывает боксы с едой.
– Я позволил себе прийти сегодня сюда и открыть дверь своими ключами…
– И правильно сделал.
– Но, учитывая то, что произошло накануне между мной и твоим бывшим, хотелось бы уточнить – ничего не изменилось? Мы все еще вместе?
– Конечно, вместе. Почему должно было что-то измениться? Мы с Максом по-прежнему в разводе. У него есть женщина, а у меня есть ты. Моя беременность абсолютно ничего не меняет в наших с ним отношениях, и в наших с тобой тоже. И вообще… он скоро улетает в Америку. Навсегда.
– А-а-а, ну хорошо. Тогда я спокоен. Но в таком случае вчера ты могла бы меня не выгонять, а выгнать только его, – обиженно замечает Никита.
Краснею и понимаю, что он прав.
– Не обижайся, я не подумала, вернее, не успела подумать, – смущенно бормочу я. – Гормоны разыгрались, эмоции на грани, двое мужиков дерутся на моей кухне и крушат мебель – что я должна была сделать?