Туманные тропы

– И что? – с вызовом произнес Михей. – Ты, действительно, не будешь возмущаться из-за драки?
– Возмущаться не буду. Но я хотела бы узнать причину…
Оставила предложение открытым, не желая давить на мальчишку. Михей промолчал, но полог опустил и завозился, расстилая тюк, что был в его руках. Я последовала его примеру. Сняла плащ и залезла под одеяло. В платье спать, конечно, будет неудобно, да и помну я его, но сейчас выбора особого не было. Начала поправлять подушку и рука наткнулась на флягу. Решила не пропускать прием лекарства, хотя в сон и без него жутко клонило.
Уже засыпая, услышала просьбу-приказ Михея.
– Не общайся особо с миром Златозаром.
– Почему? – растерянно уточнила я. Сон сняло как рукой. Но больше Михей ничего не добавил. И вскоре он начал посапывать, в отличие от меня. Пыталась разгадать причину его просьбы, ведь Златозар не показался мне опасным.
Плюнув, решила глотнуть ещё отвара, чтобы сон быстрее пришел. Но сначала укрыла мальчишку плащом. Разглядеть в такой темноте, насколько он пострадал в драке, было невозможно. Остается успокаивать себя мыслью, что лекарь с ним общался, и серьезную травму Ведомир бы не просмотрел.
Протяжно выдохнув, вернулась на свою лежанку и сделала несколько глотков из фляги. Мысли о причинах драки стали вялыми и я отключилась. И вновь оказалась в туманном лесу. Упрямо сжала губы и опустилась на землю, крикнув в белое облако пара.
– Я всё равно никуда не уйду!
Прикрыв глаза, я провалилась в черное ничто до утра.
Проснувшись, не увидела Михея, хотя было ещё очень рано. Лагерь только просыпался. Зевнув, я выползла из-под одеяла. И попыталась расправить платье, но быстро смирилась с неудачей. Зато коса не растрепалась, так туго я её вчера заплела.
Потянувшись, решила сама поискать ручей, чтобы умыться. Заодно подумать, что с зубами делать. Мяту хотя бы пожевать? Спросила дорогу у проходившей мимо девушки и отправилась в указанном направлении, выбирая более сухие участки земли. Под теплым солнышком травка только начала пробиваться, так что растительность я не особо могла рассмотреть, но все же мне она показалась немного другой. Как ни вглядывалась, я даже подорожника не нашла.
Возле ручья увидела несколько женщин, но общаться тесно я была не готова. Поэтому поднялась чуть выше, отыскав небольшой закуток за хвойным деревом. Таких деревьев в родной стране я не встречала: что-то среднее между елью и пихтой. Нагнувшись над ручьем, попыталась рассмотреть свое отражение. Нечеткое изображение довольно симпатичной девушки меня порадовало. Миловидное лицо, пухлые губы, большие светлые глаза, темные ресницы и брови. Что не говори, а внешность имеет значение в любом из миров.
Снова накатила слабость, и я устроилась на большом камне на берегу ручейка.
Вода в ручье была ледяной, поэтому умывалась я быстро и интенсивно. Пригодилось и найденное вчера в сундуке полотенце, но надо будет ларь ещё раз осмотреть более тщательно. Намочив полотенце, я обтерла шею, было холодно, но терпимо. Поэтому я начала спускать платье с плеч, чтобы освежиться: после затяжной болезни пахло от меня далеко не фиалками. Но какой-то неясный шорох со стороны дерева привлек мое внимание.
Златозар даже не попытался скрыться с места преступления.
– Я не подглядывал, просто не хотел тебя напугать неожиданным появлением, – он пожал плечами.
Сердито глянула на него и поправила платье, собираясь с мыслями. А вот и обратная сторона внешней привлекательности: мужчины могут не услышать «нет». Златозар, конечно, не выглядел подонком, способным воспользоваться моим зависимым положением. Но возможно именно этого опасался Михей.
– Мир, неужели вы решили сами за мной следить? – спросила я негромко и выразительно посмотрела на него. Брови Златозара подлетели на лоб.
– Нет, я просто увидел, как ты направляешься в незнакомый тебе лес, – начал мир спокойным размеренным тоном. – Ты могла заблудиться, поэтому я решил присмотреть за тобой. К тому же тебе лучше не ходить одной, вчера наш следопыт разглядел следы диких арихонов.
  
И кто это такие? Почему внутренний переводчик не сработал? На Земле нет таких зверей? Но судя по интонации Златозара – это весьма опасные животные.
– Настолько близко к Альмвейгу? – выразила я удивление. Дневной переход такой медленной кавалькады – это максимум километров двадцать-двадцать пять. Мир кивнул, продолжая вглядываться в мои глаза. – Мальчишек, надеюсь, вы сегодня не отпустите на изучение окрестностей?
– Я и вчера их не отпускал, – он криво усмехнулся. Подумав, мир добавил: –Михея отправят к тебе, я распоряжусь. Хотя не считаю, что это ему поможет влиться в компанию сверстников.
– Надо занять их чем-нибудь полезным, – задумчиво пробормотала я.
– И чем же? – спросил Златозар весьма заинтересованно. Если бы я знала?! Летом можно было бы по ягоды и грибы отправить под присмотром кого-нибудь из дружины, а сейчас?
Я пожала плечами.
–Я подумаю над этим вопросом, – зачем-то пообещала я, чем вызвала ещё одну улыбку у мужчины. Я перевела взгляд на воду в ручье, жалея о том, что не удалось освежиться. В таких условиях просить оставить меня одну, неразумно. Новая мысль заставила посмотреть на собеседника. – Мир, а где мы остановимся этой ночью? – и снова вопросительно поднятые брови в ответ. – Я хотела бы сходить в баньку. Или, на крайний случай, принять ванну.
Брови Златозара добрались уже до линии роста волос. Ну не могла же я настолько сильно попасть впросак? На Руси бани использовались с древних времен, а вот в Европе в ходу были ванны, насколько я знаю. Для южных купален климат не тот. Или изумление вызвано другим?
– У меня есть деньги на это, – произнесла я неуверенно. – Отец передал.
– Я знаю, – коротко обронил Златозар. – Я планировал поставить лагерь за воротами города. На постоялом дворе нам просто не хватит места, чтобы разместиться. И отпускать тебя одну – не вариант. Приставлять к тебе охрану…
– Конвой, вы хотели сказать? – не удержалась я от шпильки.
– Охрану, – повторил Златозар с нажимом. – Это выделять тебя из толпы. Снова, – он тяжело вздохнул. – Рада, тебе надо налаживать отношения с остальными переселенцами. А не постоянно демонстрировать свое положение.
Прикусив губу, я задумалась над его словами. Мне предстоит жить с этими людьми. А повышенное внимание со стороны мира к молодой вдовушке смотрится весьма однозначно.
Ладно, если мне путь в придорожную гостиницу заказан, то надо другие варианты придумать. Оглядела Златозара, он в который раз наполнил мне русского витязя. Волосы только каштановые, а не русые, зато глаза голубые. Возможно, я хочу обмануться, но мне этот народ древних славян напоминает. Поэтому пока буду исходить из истории нашей Руси.
– Так может нам разместиться рядом с какой-нибудь деревушкой, которая будет по пути? И попросить местных жителей растопить баньку, а то и не одну. Я думаю, многие захотят смыть с себя грязь после долгого перехода.
И снова мне в награду достался пристальный взгляд Златозара.
– Я подумаю, – спустя минуту постановил он, протягивая руку, чтобы помочь мне подняться с камня. – А сейчас нам лучше вернуться в лагерь.
– Мир, зачем нас с Михеем отправили в Северную цитадель? – решилась спросить я, поднимаясь самостоятельно. – Великий князь, хотел просто убрать с глаз долой? Или у нас будет трудовая повинность?
Это просто ссылка? Или нас всё-таки каторга ожидает? Надо понять это сейчас. Альмвейг – это лучшее место для побега, чем тот же караван.
– Рада, ты будешь заниматься тем, что тебе любо, – уверенно произнес Златозар. – Но я хотел на правах старого друга попросить мне помочь с управлением хозяйством. Девочек твоего рода учат этому с младенчества.
– Старого друга? – переспросила я невольно. Неужели они, действительно, так тесно общались? Но тогда почему он до сих пор не заметил подмены?
– Да, наши встречи были редки, – пробормотал Златозар. – Но я думал, что был твоим другом. Ты, видимо, считаешь иначе.