За гранью Разлома (СИ)

А потом вдруг случился август. Мира перевернула лист на самодельном календаре, висящем в кухонной зоне, и Бессмертный резко посерьёзнел.
— Пора, — сказал он, и никто не решился с ним спорить. Только Макс проворчал себе под нос:
— Наконец-то.
— Мы едем в Москву, — сказал Раде Миша. — До того, как мы доберёмся туда, ты должна решить, где мы тебя оставим.
Возразить было нечего.
К большой досаде Рады, они ехали быстро, больше не останавливаясь без веского повода. Бессмертный начал уступать Максу место за рулём, пользуясь любой возможностью отдохнуть, и каждый день автодом двигался не менее восьми часов. Батарей с трудом хватало. Миша несколько раз заворачивал в попутные поселения, чтобы подзарядиться. В каждом из них Макс, испытующе глядя на Раду, скептически спрашивал:
— Здесь ты не останешься тоже?
На этот раз Рада смотрела на поселения куда серьёзнее. Она не собиралась ехать в Москву, а это означало неизбежное: если не случится чуда, где-нибудь ей всё же придётся остаться. Однако в каждом поселении находилось что-нибудь, решительно её не устраивающее.
Подходил к концу пятый день скоростного пути. Время длилось до странного медленно, и Раде казалось, что прошло не менее пары недель с тех пор, как они покинули берега Енисея. Впереди маячили руины Тюмени, и сидевший за рулём Макс никак не мог решить: заехать ли им в поселение на севере или попробовать добраться до ставшего первым в поисках Рады.
— До заката не успеем, — заметил Слава. — Сейчас раньше темнеет уже.
Рада вдруг с болезненной яркостью вспомнила звон колокола, отмечающий закат в поселении, которое она привыкла называть своим домом. «А может, ну его к чёрту, вернуться назад и всё тут», — подумалось ей, но стоило только Раде представить, как искривится лицо Алёны, как снова начнёт давить на неё Дмитрич и как укоризненно посмотрит бабуля, как мысли о возвращении вернулись на задворки сознания.
От раздумий её оторвал резкий автомобильный гудок где-то позади.
— Это ещё что? — напрягся Макс.
— Сейчас узнаем.
Чтец сбавил ход, позволяя внедорожнику на высоких колёсах догнать их. Из окна внедорожника высунулся мужчина, чьё лицо закрывала полумаска в виде медвежьей морды. Капюшон из головы настоящего волка развевался позади на ветру.
— Остановитесь! — крикнул он. Голос у незнакомца оказался зычный и мощный.
— Это Шаман, — задумчиво протянул Бессмертный.
— Вижу, — отозвался Макс, начиная тормозить.
Раде приходилось слышать о Шамане по радио. Ведущие говорили о его непредсказуемости и хитрости, а ещё о том, что он пьёт кровь диких животных, дабы их души придали ему сил. Что из этого правда, а что нет, она не знала, но в Бессмертном на радио не ошиблись.
Слава кинул Максу его плащ ещё до того, как тот успел выбраться из-за руля. Наскоро обмотав лицо платком и накинув капюшон, Чтец вышел навстречу уже ожидающему его снаружи Шаману. Кот спешно искал свою толстовку, Бессмертный крутил маску в руках.
Однажды Рада спросила Славу, зачем они делают костюмы такими броскими.
— Не знаю, это прикольно, — ответил тот.
Лишь потом Миша объяснил, что костюм — отвлекающий манёвр.
— Пусть люди запоминают маски и тряпки, а не черты лиц и фигур.
У Шамана костюм получился по-настоящему выдающимся. Подобравшись к окну, Рада увидела, что кроме волчьего капюшона, медвежьей маски и узоров на нижней стороне лица этот человек украсил себя тремя лисьими хвостами, прикрепив их на пояс с левой стороны тела. Справа, симметрично хвостам, висели газовые баллоны и книга.
— Бессмертный! — крикнул Макс в автодом. — Выйди сюда.
В его голосе звучала неприкрытая тревога.
— Что случилось? — Мира высунулась из-за своей занавески, но, увидев, что дверь открыта, тут же спряталась обратно.
— Чёрт его знает… — Кот запутался в рукавах толстовки и теперь вертел её в руках, пытаясь понять, как верх одной половины оказался там же, где низ другой.
Когда он справился, Бессмертный и Чтец уже вернулись назад. Оба, даже Миша, выглядели пугающе серьёзными.
 
— Что там? — подхватывая их беспокойство, спросила Рада.
— На поселение рядом напали Кровавые, — ответил Миша. — Целый отряд. Поселение большое, ещё держится. Инквизиция собирает на помощь всех, кто есть поблизости.
Занавеска резко откинулась в сторону, позволяя Мире вывалиться с её места. Её глаза были широко раскрыты от ужаса, но спутница Бессмертного не сказала ни слова.
— Значит, ты всё-таки собираешься покрасоваться перед Инквизицией? — хмуро уточнил Макс.
— Я собираюсь спасти людей.
— Ты сделаешь так, как сказал Шаман?
— Да.
— Даже несмотря на то, что я без книги?
— С тобой пойдёт Слава. Шаман про него не знал, как и про твою ситуацию.
— А что Шаман сказал-то? — всунулся Кот.
Ему ответил Бессмертный.
— Дорога к поселению делает крюк. Я в автодоме поеду прямо туда, чтобы не терять время, а вы двое пешком проводите девочек вон за тот холм. Там охотники Инквизиции оставили свои машины и своих небоевых спутников. Да, Рада, такие есть не только у нас. Там вы будете в безопасности.
— А, то есть мы провожаем девчонок и ногами бежим к тебе? — задумчиво уточнил Слава.
Миша кивнул.
— Было бы неплохо, чтобы вы в самом деле присоединились потом, хотя заставлять Макса я не могу. Это Кровавые, а не вампиры-одиночки.
Последняя фраза неприятным осознанием щекотнула нервы Рады. Бессмертный был прав: с Кровавыми не шутят.
— Нам точно туда надо? — испуганным шёпотом спросила она, и встретилась с неизменно спокойным Мишиным взглядом.
— Шаман дал понять, что я там буду кстати.
Макс выглянул в окно, тревожно оглядывая холм, за который отправил их встречный охотник. Холм был большим: когда-то его разделили на поля, теперь поросшие редкими молодыми деревьями.
— Мне не нравится идея идти пешком, — сообщил Чтец.
— Я поеду прямиком к поселению, — отозвался Бессмертный. — Девочкам нечего там делать.
Они могли бы спорить ещё долго, но тишину вдруг разорвал громовой грохот. Одна за другой небо осветили четыре яркие багровые вспышки. Рада испуганно взвизгнула, Мира упала на колени, закрывая руками голову.
— Бегите! — рявкнул Бессмертный. — Ну же!
Кот первым поспешил к выходу. Выдвинув из-под стола ящик с зелёной меткой, Макс хватал баллоны с газом.
— А как же Ночка? — спросила Рада и получила вполне ожидаемый ответ:
— С ней всё будет хорошо. Давай же, иди! Я нужен там.
— Я не пойду.
Рада удивлённо уставилась на Миру. Смертельно бледная, она сидела на коленях, в отчаянии глядя на Мишу.
— Я не могу идти, пока ты сражаешься!
— Мирка… — Миша склонился над ней, намереваясь успокоить, но Макс схватил девушку за плечи, рывком поднимая её на ноги.
— Ты пойдёшь немедленно и без лишних разговоров. — В его низком голосе звенел лёд, а в тёмных глазах сверкали молнии. — Если не хочешь умереть.
— Нет… — Мира отшатнулась и спиной вперёд шагнула к двери. — Нет, нет! Нельзя! — Она развернулась и побежала к выходу. — Мне нельзя умирать!
— Дура, — процедил Макс и толкнул Раду в спину. — За ней!
Они выскочили из автодома. Кот задумчиво провожал взглядом неуклюже бегущую в сторону холма Миру.
— Чего это она?
— Без понятия. Поспешим.
Кинув напарнику пару баллонов, Макс быстрым шагом двинулся вслед за Мирой, а за их спинами резко тронулся с места, стремительно набирая скорость, автодом. Он ещё не успел скрыться из виду, когда новая молния вампирской магии прорезала небо на севере, и Мира, вскрикнув, свалилась на землю.
  
6. Трус
 
Они стояли у Енисея, когда Макс увидел её. Тоненькая девичья фигурка в не по размеру широкой футболке, сидящая на стволе давно упавшего дерева, показалась ему мавкой из рассказа Славы, но, подойдя ближе, Чтец понял, что видит Миру. Полоумная спутница Бессмертного сидела, поджав колени, и рисовала что-то на земле кончиком ветки.