Гимн Непокорности (СИ)

— Мне этот Висант всегда казался гнилым, — фыркнул под повязанным платком Лиас.
— Ты что, знаешь его? — удивился я.
— Конечно. И Неста, и твоего отца, оказывается, тоже. Мы все воевали в рядах Корпуса в одно время.
— Надо же, как тесен мир, — отрешенно подметил я, а затем сделал знак помолчать.
Мы подошли уже к опочивальне, за дверями которой находилось брачное ложе Одиона и его подлой супружницы. Ну и раз уж я отныне здесь хозяин, то теперь это будет моя спальня. А вот из вредности!
Я беспардонно ворвался в помещение, готовясь к последнему раунду схватки. Но застал здесь только одну миларию нор Адамастро.
— Ах, Ризант⁈ Ты уже вернулся? — до омерзения наиграно захлопала она ресницами. — Почему ты входишь без стука? Я могла быть в неглиже!
— Хватит лицедейства, Илисия, — заговорил я с ней не как Риз, но как Александр Горюнов. — Я обо всем знаю.
— Что ты имеешь в виду? Не понимаю… — нервно поправила прическу женщина.
— Поймешь… всё поймешь. Я тебе обещаю. Лиас, помоги госпоже с вещами переселиться в кладовую. Её будуар теперь будет располагаться там.
— Э-э… а где у вас тут кладовая? — шепотом спросил милитарий.
— Тьфу ты! Такой момент обломал! — закатил я глаза. — Ладно, хватай эту змеюку, я тебе всё покажу.
* * *
— … итого за две седмицы совокупный доход составил одну тысячу триста семьдесят солнечников. Если вычесть расходы на обеспечение всех подсобных помещений, содержание посреднических каналов и оплату вашим людям за риск, то чистая прибыль получится не менее семисот монет. Точнее пока затрудняюсь сказать, потому что Эрмин не подбил еще бухгалтерию.
Орвандел, закинув ногу на ногу, с победоносным видом глядел на меня, будто вопрошал: «Ну? Как тебе, Маэстро? Неплохой результат, а?» А я изучал свой конспект, сделанный во время доклада подчиненного, и не спешил с похвалой. Что-то в озвученных цифрах меня смущало. Отчего такая маленькая маржа? Куда утекли почти пятьдесят процентов моего заработка? И это с учетом того, что я никаких расходов на сырье и изготовления Ясности не несу, а просто беру зелье у Гесперии. Собственно, именно этот вопрос я помощнику и задал.
— Понимаете, экселенс, дело в том, что рынок коричневого порошка весьма тесен. Даже покойный Лис не рисковал соваться сюда самостоятельно, а работал через банду Чегеня. Ведь здесь уже существуют свои крупные игроки, и у них всё функционирует должным образом. Ваш товар выше качеством, это бесспорно. Но мы вынуждены обращаться к основным участникам, чтобы реализовывать Ясность через них. Однако будьте уверены, Маэстро, я выбиваю для нас наилучшие условия! Дополнительная сложность в том, что на всех мелких торговых представителей Пятый Орден ведет активную охоту. Неопытные глупцы попадаются им десятками. А умелые и опытные работники ценятся дороже золота. Могу еще добавить…
— Хватит, я понял, — прервал я собеседника. — Иными словами, нам мешают конкуренты, отсутствие собственной инфраструктуры, кадровый голод и низкая степень осведомленности о моем бренде. Так?
— Э-э-э… я не уверен, что конкретно вы имели в виду…
— Ладно, не обращай внимания. Просто мысли вслух, — отмахнулся я. — Значит так, с сегодняшнего дня начинаем трудиться над сокращением издержек. Первое, что ты должен сделать, это раструбить в каждой подворотне о том, что с невероятным товаром Маэстро не сравнится ни одно из снадобий других торговцев. Советую не скупиться и закладывать на эту информационную кампанию до половины бюджета. Часть зелья можешь раздать на пробу каким-нибудь особо уважаемым покупателям, дабы они оценили его качество лично.
— Кха… экселенс, вы серьезно⁈ — вылезли на лоб глаза у моего поверенного в темных делишках. — Это же… это же огромная сумма! И вы хотите просто растратить её на пустой трёп⁈
Эх ты, наивная душа. А еще профессионалом считаешься. Ну ничего, сейчас я объясню тебе основы маркетинга.
— Запомни, Орвандел, не «растратить», а инвестировать. Если о моей Ясности узнает даже последний кабацкий забулдыга, то каждый вложенный солнечник вернется к нам с пятикратным прибытком. Однако наша основная целевая аудитория, как ты понимаешь, обретается в заведениях высшего уровня. Поэтому в первую очередь сосредоточиться следует на них. Далее. Предоставь мне письменное досье на всех самых крупных конкурентов. В каких кварталах обитают, где располагаются их основные точки сбыта, ключевые лица, если сумеешь разнюхать про поставщиков сырья — вообще замечательно. Ты ведь наверняка за годы своей деятельности успел хорошо изучить эту кухню, так?
 
— Да, экселенс, но зачем это вам? — нахмурился мужчина.
— Затем, что врага нужно знать в лицо! — отделался я пустой фразой. — Теперь следующий пункт на повестке дня. Тебе известно, что такое камни крови?
— Как минимум наслышан, — кивнул собеседник.
— Не поделишься и со мной?
— На всех трех континентах периодически находят древние капища с выточенными из скальной породы идолами, — послушно поведал Орвандел. — Кому они были посвящены, и кто им поклонялся — тайна, умершая в веках. Изредка в таких местах обнаруживаются гладкие черные камушки, будто с небес свалившиеся. Принято считать, что это слёзы богов, которыми те оплакивают землю в особо тяжелые времена. Но, естественно, доподлинно природа этих образований никому неизвестна. Стоят такие камни весьма немало. Иной раз в пять, а то и десять крат золота от собственного веса. Ценны тем, что способны запечатать в себе зарок любого разумного существа. А за его нарушение испепелить душу…
— Про душу — это красивая фигура речи? — уточнил я.
— Нет, экселенс, отнюдь, — медленно покачал головой помощник. — Я однажды сам видел, как камень наказывает клятвопреступника. Человек бьется в агонии. Раздирает себе кожу ногтями и кричит. А потом затихает. Но самое жуткое, что тело при этом остаётся жить. Без желаний и чувств, без мыслей и слов. Оно просто лежит, гадит под себя, водит по сторонам стеклянными глазами и пускает слюну на подбородок. Ужасное зрелище, экселенс. Я бы никому не пожелал подобной участи, даже самому отъявленному ублюдку.
Хм-м… интересные какие штуковины. Мне бы они не помешали, чтоб обезопасить тылы. Да побольше, побольше…
— Что ж, понятно. Ты говоришь, стоят такие игрушки дорого, но это значит, что их всё-таки можно приобрести?
— Э-э-э… ну да. На черном рынке иногда всплывают предложения. Хотя, признаться, я за ними никогда не следил.
— В таком случае, скупай для меня все камни крови, до которых дотянешься. Если не будет хватать денег, то смело влезай в долги или расплачивайся частью моего товара, — распорядился я. — О твоих успехах я послушаю к исходу луны. Не подведи меня.
Орвандел поднялся с кресла, коротко поклонился и убежал исполнять поручения. А я, сняв маску, отдавившую уже мне всё лицо, отправился проведать Лиаса. Он тоже был занят кое-каким ответственным делом.
— Ну что, как прогресс? — вошел я без стука в небольшую смежную комнатку, где милитарий сосредоточенно корпел с пером над стопками бумажных листов.
От неожиданности магистр дёрнулся и посадил уродливую кляксу на своих чертежах.
— Ах, разрази тебя Анрис! Теперь мне придется целый лист переписывать! — разозлился он.
— Ничего-ничего, скоро будешь схемы заклятий с закрытыми глазами чертить. Тут главное сноровку наработать.
— Зачем ты вообще заставляешь меня страдать всякой ерундой? — недовольно буркнул Лиас и швырнул перо в чернильницу. — Как это поможет мне освоить пятую ступень⁈
— Ну вообще-то повторенье — мать ученья, освежить память всегда полезно, — хмыкнул я. — А кроме того, ты делаешь это не только для себя, но и для меня.
— А тебе оно зачем? — изогнул одну бровь милитарий.
— Ты, наверное, заметил, что я занимаюсь не совсем легальной деятельностью, так? — помахал я зажатой в руке маской.
— Да уж сложно не заметить, — саркастично проворчал изгнанник. — Ты торговец Ясностью. Я прав?