Не ДРД единой (СИ)

— Тогда перейдем к тому, ради чего я, собственно, и приехал. Сегодня в Верейск приехали Прохоровы. Нужно, чтобы ты глянул на старшего княжича и, если на нем найдется блок, снял. Причем сделать это нужно так, чтобы тебя по возможности не засветить.
— Можно вообще в тот бар его отправить. Известно, что там слетают блоки, — напомнил я.
— Именно. На лету ловишь. Мы зарезервировали там два столика, с разных телефонов и на разные лица. Один столик — на твоего дядю. Типа отпраздновать хотите твою победу.
— В этом баре? — скептически уточнил я. — При условии, что я не пью?
— Но остальные-то твои дяди пьют.
Я проверил тетю Аллу. Она уже была в Верейске и находилась в квартире, снятой для Владика. В принципе квартира была не так далеко от бара, в который мы пойдем — возможно, получится перехватить пару разговоров.
«Артефакторика — вот решение твоих проблем», — проявился Песец, махнул хвостом и исчез из зоны видимости.
— У одного будущая бывшая супруга как раз приехала в Верейск. Скорее всего, к Живетьеву. Но о том, что с ней на развод подали, она знает и поскандалить не откажется, поэтому может захотеть встретиться с дядей Володей. Так что он пока ограниченно мобилен.
— Значит, с одним дядей пойдешь. Время там на полчаса раньше, чем наше. Не опаздывайте, иначе вы туда вообще не попадете: перекроют перед прибытием двух княжичей.
Утверждение, что я туда при желании не пройду, было спорным, но опровергать я не собирался: и без того уже достаточно засветилось много моих умений.
Информацию о времени и столике, а также о том, кому как придется сидеть, Греков вручил мне в той же папке, что и договор, и попрощался. Возвращаться на занятие смысла не было — звонок прозвенит уже совсем скоро и тогда к вопросам о куртке добавится еще и вопрос о договоре. Который, кстати, нужно будет показать Олегу. Так что я подумал и пошел в Философский Камень.
Олег опять устроился у бассейна со всем удобствами: климатические артефакты создавали там весьма комфортную зону. Работа на свежем воздухе так и спорилась: пальцы Олега буквально порхали над клавиатурой ноута. Не так давно Олег загорелся идеей написать учебник по своей дисциплине, хотя бы для алхимической аудитории, и сейчас активно внедрял эту идею в жизнь. Писал он живо, интересно, с кучей красочных подробностей, так что я мог только позавидовать тем, кому предстоит заниматься по его учебнику. Хотя очень может быть, завидовать и не придется, потому что сам буду по нему учиться.
— Греков договор принес, — выложил я перед ним папку. — Проверь, все ли там норм.
— Хочешь соглашаться?
— Почему нет? Объем маленький, а при описании рода можно будет добавлять «княжеский поставщик».
— Весомый аргумент, — признал Олег. — Прямо сейчас просмотрю, замечания скажу.
— Нам примерно через час надо выезжать. Княжич Шелагин встречается с княжичем Прохоровым. Просили проверить на блок, при наличии снять.
Олег скривился, как будто его заставили прожевать и проглотить целый лимон.
— Там такую гадость подают. Что еда, что напитки. С ними язву заработать — раз плюнуть. Анюта мне тогда такое фи выказала по месту, куда ее пригласил.
— Мы же по делу пойдем, а не обедать. Можно взять с собой контейнер и потихоньку туда выбрасывать. Вот так.
Я открыл пространственный карман и показал, как я буду незаметно перемещать туда вредную и невкусную еду. Олег впечатлился, чуть ли не с головой влез в сам карман и если расстроился, то только потому, что карман показался ему слишком маленьким. Но идею таскать с собой личный транспорт одобрил и очень пожалел, что на такое не способен.
После чего мы договорились о выезде через час и разбежались: Олег — просматривать договор и вносить правки, я — доделывать ботинки, на что часа как раз должно было хватить, потому что фактически у меня осталось присоединение верха и низа, а все нужные для этого приспособления и растворы у меня были. Даже обувной клей и дратва.
Все же магия существенно упрощает любые разделы. Ковыряйся я с иглой, пропурхался бы пару дней, стремясь делать стежки одинаковыми. А так — все ровно, красиво и в результате выглядит так, что Фурсова опять преисполнилась бы подозрениями по поводу дороговизны вещи. Обувь к куртке подходила идеально: сразу был виден один стиль. Олег, когда я к нему вышел, только завистливо вздохнул. Надо будет на обратном пути купить кожу и для его куртки. Вторую собрать будет куда проще: ошибки, которые я сделал, в этот раз постараюсь не допустить.
  
Выехали мы заранее, чтобы наверняка попасть в бар. Забронированный столик оказался в углу и давал прекрасный обзор на все остальные. Олег, вдохновленный возможностью ничего здесь не есть, заказ сделал сразу, особо не перебирая, после чего мы начали изображать расслабленный разговор.
К тете Алле я подключился сразу, но там была тишина. Если она с кем-то и планировала связаться, то не прямо сейчас. По сравнению с Ариной Ивановной тетя Алла казалась врагом мелким и малосильным, но быть в курсе ее планов все же хотелось, потому что при всей мелкости она могла неслабо нагадить.
Не отключаясь от нее, я навелся на Шелагина. Его, как и его спутника, было прекрасно слышно. Но говорили они о всякой ерунде, явно откладывая важный разговор до того времени, как останутся наедине.
В баре они появились минут через сорок после нас. Шелагин сел так, чтобы видеть меня, поэтому его гость оказался ко мне спиной. Это не помешало произвести сканирование. Предположение оказалось верным: блок присутствовал. Снимать на таком расстоянии мне не доводилось, но магией до пациента я дотягивался, поэтому решил не подходить близко, а заняться им издалека. Произвести полевой эксперимент, так сказать. Манипулирование столь тонкими вещами на расстоянии оказалось делом весьма сложным, но я с ним справился и минут через десять с удовлетворением наблюдал, как расплетается блок, ничего после себя не оставляя. У Шелагина, кстати, так и серело место, где ранее стоял один из блоков. Тот, что на предохранение. Не было даже намека на восстановление повреждений. На таком расстоянии регенерацию я отправить не смог, поэтому отметил для себя, что нужно будет это сделать при следующей встрече.
Шелагин вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул дважды: подтвердил и то, что блок был, и то, что я его снял.
— Честно говоря, довольно странное место, — внезапно сказал гость княжича. — Довольно средненькое, если не сказать хуже. Я удивлен, Александр, что вы меня сюда пригласили.
Шелагин поставил защиту от прослушки, которая мне ничуть не помешала быть в курсе их разговора, после чего пояснил:
— Ценность этого места, Георгий не в том, что тут подают, а в том, что тут иногда слетают блоки, которые накладывают целители на неугодным им людей.
— Хотите сказать, что я им неугоден?
— Хотите сказать, что на вас нет блока, аналогичного тому, что был на мне не так давно? Бросьте, Георгий, нас с вами давно уже не принимают всерьез, как и вашего брата, на котором, скорее всего, тоже есть блок. А на сестре нет, потому что она прекрасно вписывается в планы целителей по объединению двух княжеств.
Прохоров сомневался, как, впрочем, любой человек, привыкший считать, что целители действуют исключительно на благо людей, если им за это платят, и не шевельнут ни единым пальцем, если это не принесет им выгоды. Вот как раз на выгоду целителей и напирал Шелагин, когда тете Алле удалось порадовать меня выступлением.
— Наконец-то. Почему вы не берете трубку?… Что значит не вмешивать вас в мои планы? — голос тети Аллы стал необычайно высоким и визгливым, как всегда, когда она волновалась. — Мне нужно с вами переговорить лично.… Я всегда была к вам лояльна и действовала исключительно на благо Живетьевых.… Это другое. Эрнест Арсентьевич, я, как любая мать, заинтересована в успешности собственного сына.… И что?… Послушайте, вы должны мне помочь. Да, на Илью ставить Пиявку нельзя, это будет подозрительно, но есть же еще старший Вьюгин.… Что значит зачем? У моего сына должна быть достойная его Сила. В коме можно держать десятилетиями.… Потом это будет уже неважно. Важно, чтобы Сила была сейчас у него, понимаете?… В настоящее время Влад резко худеет от невыносимых страданий.… Что значит «на пользу»? — опять взвизгнула она. — Мучения на пользу быть не могут.… Погодите-ка… Как это долго держать вредно? Вы меня об этом не предупреждали.… Да, я не спрашивала. Но вы должны были сказать.… И что теперь?