Слово Гермионы (СИ)
За воротами замка снимаю мантию, тщательно скатываю и подвешиваю за спину, соответствующий ремешок изнутри пришит уже месяц как. Натираю руки-ноги и лицо снегом, ух-х-х, хорошо! Леплю на земле лопату из снега, после чего трансфигурирую в лед. Практика, и не слишком утомительно, всего лишь манипуляции с водой. Вот последний штрих сложнее — делаю стальную кромку лопате. У завхоза наблюдается подергивание глаза, хе-хе, я смотрю, среди «командного состава» Хогвартса эпидемия нервного тика. И-и-и погнали наши городских!
Стальную кромку приходится несколько раз восстанавливать, не держится долго. Расчистил уже десять метров тропинки, снег местами вровень с головой. Останавливаюсь передохнуть, в принципе, приседания, отжимания и выхватывание палочки можно и в туалете попрактиковать. Ладно, еще один подход до исчезновения стальной кромки, и в замок! Слышу странный шум, как будто снизу движется трактор. Встаю на цыпочки — м-да, почти угадал. В облаке снежной пыли, яростно орудуя лопатищей, к замку движется Хагрид. Реально трактор, мощностью в… ну примерно сто гермионских сил.
— Привет, Гермиона! — Хагрид расчистил дорогу до замка и даже не запыхался.
— Привет, Хагрид!
— А где Гарри? И Рон?
— Ну, где-то там, — машу рукой в сторону стадиона. — Тренируются.
Да, тренируются. Квиддичисты даже не подумали чистить снег, сели на метлы и полетели кидать мячи. И падать мягче будет, случись чего. Невольно задумался, а ведь и вправду, метлам не нужны дороги, сел и полетел. Придется осваивать, придется. Поставим в план на следующий год.
— Пойду посмотрю! — басит Хагрид.
И трактор удаляется в сторону стадиона, разбрасывая снег фонтанами. Даже скорости не сбавил, прет напролом. Смотрю на тропинку (для меня целую дорогу) к хижине Хагрида. Ёпта, да это ж натуральная горка! Сто лет с горки не катался! И пофиг, что санок нет, щас на лопате скатимся!
— А-а-а!!! — ору от восторга и лечу вниз.
Скорость, адреналин, снежная пыль в лицо, лопату крутит, все как в детстве! Вот только на горке из детства в конце спуска был пологий выкат, а здесь хижина Хагрида. Но нам ли, магам, бояться таких мелочей? Группируюсь и подпрыгиваю, поджимая ноги. Ледяная лопата без ручки врезается в каменную стену хижины. В прыжке выхватываю палочку и кастую Подушку в снег под углом в сорок пять градусов от тела. Снежная пыль взлетает фонтаном, мягко приземляюсь и хохочу во весь голос. Ух-х-х!!! Надо повторить!
Скатившись еще пару раз, понимаю, что основательно измотан. Уставший, мокрый и довольный по уши иду отогреваться в башню Гриффиндора. По дороге встречаю Фреда и Джорджа, возвращающихся с тренировки по квиддичу. Они немедленно подваливают с расспросами, уж больно мокро-счастливо выгляжу. Идея приходится им по вкусу, и вскоре окрестности Хогвартса оглашают счастливые вопли близнецов, разносящиеся над замерзшим озером.
Оставляя лужицы и следы, топаю по коридорам, напевая про себя: «Вот оно какое, наше лето». Выскочивший из засады Филч только молча сплевывает и уходит, даже ругаться не стал. Толстая Дама — портрет, охраняющий башню — начинает было бухтеть: «Вот в наше время…», но пускает.
На дворе 20 декабря, пятница. Последний урок Зелий в этом году. В подземелье реально холодно, и ученики жмутся к котлам. Рейтинг Зельеварения с приходом зимы упал ниже плинтуса, и все из-за ужасной холодрыги в помещении. Мне обстановка живо напоминала середину 90-х и обучение в универе. Там тоже в здании не топили, ручки не писали, а пальцы не гнулись, и изо рта шел пар. На Зельеварении хотя бы вокруг котла греться можно, но ученички, хе-хе, этого не ценят.
В воздухе вовсю витает дух Рождества и предстоящих каникул.
Учеба уже никого не возбуждает, и все ждут не дождутся, когда можно будет не ходить на уроки. В этом плане Хогвартс ничем не отличается от обычных школ. Магия магией, но каникулы возбуждают школьников больше, хе-хе. Профессор Снейп смотрит на нас… да-да, как на говно, хоть интернетов и не читал. Испытываю сильное желание сказать ему, что ах-ах, профессор, вы такой умный, может, будете во время каникул давать дополнительные уроки? Снейп, конечно, откажет, но вдруг спеси во взоре поубавит? Вздыхаю. Увы, увы, МакГонагалл уже собрала список учеников, желающих остаться в Хогвартсе, и меня там нет. Надо съездить «домой», надо то, надо се.
Мысль заехать в психушку по результатам посещения «дома» уже не так пугает, парочку железобетонных отмазок придумал. Со списком покупок неясно, ладно, Дамблдор подстрахует, время терпит. Размышляю, а руки уже привычно толкут, режут, смешивают, сыплют в котел и подогревают. Ничтожность попыток с наскока понять суть Зельеварения осознал, но необязательно понимать суть, чтобы действовать строго по инструкции, нес па? А инструкции, отдаю должное, Снейп пишет грамотные и подробные, и как пишет! Взмахнул палочкой — и текст на доске! Тоже так хочу.
Невилл в напарниках, и, надо сказать, руки у паренька слегка выпрямились. Еще бы Снейп по мозгам не ездил, да поставить Лонгботтома на простые работы, результат был бы уже через год. Впрочем, на Травологии Невилл вполне уверенно орудует тяпкой и секатором, большого ума там не надо, а профессор Спраут студентов не шпыняет зазря. В общем, мелко-частный психиатрический эксперимент имени меня можно признать успешным, впереди еще несколько лет, глядишь, и выйдет из Невилла толк, под моим чутким руководством.
Что такое? А, Малфой возбудился. Еще одному Рождество чересчур в голову дало.
— Я определенно чувствую жалость к тем людям, — жеманничает, как последний пидор, Драко, — которые останутся в Хогвартсе на Рождество из-за того, что их не ждут дома.
И смотрит на Гарри, как миссис Норрис на мяусо. Хех, Поттер молодцом, ставит слизеринцев в игнор. Победа в матче по квиддичу определенно добавила Гарри уверенности в своих силах. Рон, хоть и остается в замке, вообще Драко не слышит, опять что-то увлеченно затирая про квиддич. Вот и молодцы. Покидаем кабинет Зелий в тишине. Профессор Снейп решил не толкать прощальную речь, чем несказанно всех обрадовал. Ухмыляюсь. Подарок от зельевара к Рождеству — не стал никого изводить. Поняли это ученики, или они вообще не думают о таких тонких материях?
На первом этаже дорогу преграждает дерево. Огромная такая ель, да еще поперек коридора. Из-под ёлки торчит пара огромных ног, из веток доносится пыхтение Хагрида. Рон немедленно лезет внутрь дерева.
— Привет, Хагрид, тебе помочь?!
— Не, все в порядке, спасибо, Рон, — доносится из веток.
— Не затруднит ли вас убраться с дороги? — из-за спины раздается голос Драко.
Разворачиваюсь. Крэбб и Гойл за спиной Драко улыбаются. Сам блондинчик стоит и делает вид, что он аристократ. Получается плохо, надо будет Малфою зеркало подарить, пусть тренируется. Складываю руки на груди и ухмыляюсь в ответ. Грубо говоря, переключаю внимание на себя. А то еще наговорит гадостей о Гарри или Роне или их семьях, а мне за это придется Малфою и компании морду бить.
— С дороги, Грейнджер! — восклицает Драко.
— Не трамвай — объедешь, — цежу в ответ.
Легкий ступор, потомственные маги не знают, что такое «трамвай»?
— Нахваталась грязных словечек от грязных магглов! — в конце концов выдает Драко.
— Цэ-цэ-цэ, Малфой, ты говоришь прямо как моя мамочка, — и улыбочку погадостнее.
На лестнице, ведущей из подземелий, появляется Снейп. Он явно не в духе.
— Прекратить! — командует зельевар. — Освободить коридор! Немедленно!
Мне неожиданно становится весело. Освободить, говоришь? Легко!
— Да, профессор. Вингардиум Левиоса!
Елка взмывает под потолок. Вместе с Роном. Хагрид благоразумно успевает отпустить ствол. Саркастически показываю Драко и компании на коридор, мол, проходите. Ага, а елочка-то сверху висит и орет голосом Уизли. В любой момент, хе-хе, упасть может. Поэтому трое слизеринцев мигом утрачивают важность и пулей уносятся вдаль.