Поступь империи: Поступь империи. Право выбора. Мы поднимем выше стяги!

– Да, тогда нам многим старикам рты «золотой ложкой» заткнуть пришлось. Как вспомню, какие деньжищи в них ушли, плакать хочется.
– Зато теперь есть витязь, более-менее твердо стоящий на своих ногах.
– Только эти ноги могут отправить на самую передовую, в пекло, и от них ничего не останется – сам знаешь, как это делается.
– А вот для этого он там будет не один, а с поддержкой в лице доверенных людей. Ваше высочество забыли, что около царябатюшки есть один падкий до золота, но все же приносящий большую пользу России человечек?
– И кто же это? В последнее время отец приблизил к себе столько людишек, что я даже теряюсь в догадках, кто там может брать взятки, не опасаясь гнева, и при этом способен влиять на решения государя, хотя бы и со стороны. Если только Меншиков, но мне кажется, на его «прокорм» денег у пары купцов, пускай и богатых, вряд ли хватит.
– Правильно думаешь, ваше высочество, но есть один человечек среди близких людей вашего батюшки, прибыльщик Курбатов. Очень он на блеск злата падок. Правда, и умен изрядно.
– Еще бы, батюшка дураков возле себя не держит, – ответил я Николаю.
– Так я к чему речь веду… С твоего позволения я переговорил с купцами и замолвил словечко, чтобы они в случае чего попридержали коней наших недругов.
– И во сколько нам это обошлось? – спросил Никита, глядя в сторону топокарты.
– Не переживай, для казны разорения не было, купцы, вошедшие в открытые товарищества, давно всю полезность его высочества в качестве наместника поняли. Деньгу неплохую с продажи новых изделий имеют, так что нет им выгоды портить налаженные отношения.
– Раз так, то пускай следят и дальше. Вот только я не хочу больше такой самодеятельности, Никола. Все важные вопросы, не касающиеся закупок, должны идти напрямую ко мне.
Столь необычное поведение очень сильно не понравилось мне, все же именно я наследник престола, а не кто-нибудь из собравшихся здесь.
«Вот он, первый звоночек, Ваня. Что ж, придется начинать думать о замене кадров», – хмуро подумал я про себя, чувствуя, как что-то гаденькое все ближе и ближе подбирается ко мне.
– Конечно, ваше высочество, – несколько удивленно ответил Николай, оглядываясь на товарищей.
Но никто из них не смотрел с сочувствием – только интерес, и ничего больше.
– Помнишь, Коля, я тебе показывал двух крестьянок в Петровке, которым приказал выращивать привезенный из Европы картофель?
– Да, конечно, из-за него уже столько людей померло…
– Не перебивай. – Мои глаза слегка сузились, против воли выказывая недовольство зарвавшимся приближенным. – Так вот, они вырастили его и подробно рассказали, как выращивали и что делали, своим соседям и всей деревне.
– И что?
– А то, что они вырастили столько картофеля, что, кроме них, его хватило еще на три семьи! – победно сказал я всем троим, сидящим за столом.
– Как хватило на три семьи?
– А вот так, Фомы вы неверующие! Говорил же, что получится, а вы – нет да нет. Хотя результат перед нами.
– Кажется, я понял! – хлопнул себя по лбу Михаил. – Ты хочешь в этом году начать выращивать картофель на большом поле?
– Не просто на большом поле, а на таком, на которое хватит всех выращенных семян картофеля! – огорошил я друзей.
– А как же рожь, пшеница? Без них ведь никуда! – засомневался Кузьма.
– Это само собой, но вот если мы сможем наладить выращивание картофеля, то через пару-тройку лет Россия сможет забыть, что такое голод!
– Эк ты замахнулся! – восхищенно цокнул языком Александр. – Вот только люди не примут его.
– Примут, только надо им доходчиво объяснить все, что с выращиванием оного связано.
– И все-таки я сомневаюсь, ваше высочество…
– Сомневаешься – это хорошо, значит, будешь искать все минусы этой затеи. Но могу сразу сказать: отказываться от нее я не собираюсь и тем более не потерплю какого-либо противодействия ей. Думаю, Саша, тебе в самый раз будет заставить часть своих людей выращивать картофель. Ты, конечно, не против? – спросил я молчавшего помещика.
– Раз надо, то, конечно, возьмусь. Только все же парочка крепостных из Петровки, в сем деле понимающих, мне бы не помешала. Дела с шерстью и овцами идут в гору, так что, думаю, уже к концу этого года я смогу набрать оговоренное количество шерсти и голов животин. И в будущем году все витязи будут целиком и полностью обеспечены собственной шерстью, да еще и на продажу останется, – ответил Александр.
 
– Да, тут ты прав, свои шерсть и сукно нам не помешают, а то на пошив формы витязям покупаем его со стороны, и явно не по дешевке, – тут же вставил свое слово Николай, сделав заметку в своей тетради.
– Ваше высочество, с тобой хотел переговорить отец Варфоломей, – сказал Кузьма. – Я сейчас поеду туда, давай со мной съездим, проветримся. А то ты в своем дворце света белого не видишь. Да и в расположении корпуса уже чуть ли не три недели не был, кадеты ведь ждут…
– Конечно, как только будет свободная минутка, я приеду…
– Нет, так дело не пойдет. Поехали сейчас. Да и Димка тебе сюрприз приготовил, – хитро подмигнул мне поручик.
– Вот до чего дело дошло, уже наследника «пряником» манят! – засмеялись друзья.
– Ладно, уговорил, поеду с тобой, – сквозь смех согласился я.
– Замечательно! Тогда одевайся – и быстрее в расположение корпуса, до ужина должны успеть точно!
Быстро попрощавшись со всеми, мы отправились в Петровку. Перед отъездом поцеловал Юлю, со вздохом проводившую меня до порога. Тяжела участь женщин, находящихся рядом с правителями.
Хотя на дворе был февраль и дороги везде были столь плохими, что сани и те могли завязнуть, путь к Петровке был расчищен в меру скромных возможностей сего века, то есть рук и лопат; производство последних столь удачно наладили в корпусе, что уже почти все в моей «епархии» используют столь полезное в хозяйстве изобретение.
Кроме лопат, планируется запустить в производство косы, молотки, гвозди и, конечно же, топоры. Причем все эти блага будут стоить ровно столько, сколько потребуется для их изготовления, лишь с небольшой надбавкой на саму работу, становясь своеобразной помощью подвластным мне людям. Правда, это касается только рабочего люда и крестьян, в остальных же случаях мы планируем брать за продукцию, которую изготовили, в разы больше, чем та цена, по которой продукция будет сбываться на «внутреннем» рынке.
На изготовление всех сельскохозяйственных и рабочих инструментов идут остатки производства пушек и фузей, а так же мусор, остающийся после обработки и настройки орудий. Много стружки появляется в результате нарезки стволов с помощью машины для сверления дульной части пушек, изготовленной одним из молодых мастеров Андреем Нартовым, которого Артур сумел заинтересовать и привлечь к нашему делу. До этого Андрей работал в токарной мастерской в Москве, но, увидев первый раз своими глазами Петровку и ее мастерские, тут же согласился поменять место работы.
Уже когда мы подъезжали к расположению, мне вспомнился один интересный эпизод на заре становления чудо-печей.
Прошло больше двух месяцев с тех пор, как Иван взялся за создание своего детища. Постоянно возводились новые постройки, основания которых, по моему велению, были каменными, у всех строений при этом обязательно имелись погреба высотой не ниже человеческого роста. Крыши строений возле строящегося завода покрывали черепицей, отойдя от порочной практики покрытия легковоспламеняющимися материалами.
Однако черепица стоила много, из-за чего мастерам-кирпичникам пришлось изыскивать способ ее замены. В итоге наши Левши сами смогли создать аналог европейской черепицы, с использованием глины и извести. Так что постепенно на смену еловым и сосновым крышам домов рязанских земель придет нормальная кровля! Но до этого пока еще далеко…
Однако, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят, поэтому наши мастера работали в тех условиях, какие были, но как работали! Одно загляденье!