Беспощадные святые (ЛП)

Ты сводишь себя с ума.
Я сосредотачиваюсь на великолепной синеве воды, пока беспокойство не проходит, и тогда мои мысли заполняет Карсон.
Интересно, получил ли он цветы? Интересно, что он подумал, когда увидел их?
Вчера вечером я спросила Ларса, был ли Карсон в баре днем, и он сказал "нет".
Может быть, он просто уехал по делам.
Может быть, это было просто прощание на данный момент, а не навсегда.
Почему ты не можешь перестать думать о нем?
Я скучаю по Карсону.
Я скучаю по тому, как спокойно он смотрел на меня. Как будто ему было достаточно просто увидеть меня.
Я скучаю по тем возможностям, которых у нас не было.
Поцелуй.
Лежать без сна всю ночь, пока я говорю, а он слушает.
Испытать, каково это – заниматься с ним любовью.
Боже, я скучаю по нему.
Больше, чем я скучаю по своим родителям, а я не видела их несколько месяцев.
Как я умудрилась так быстро влюбиться? Почему я не остановила это?
С яблоком и водой, которые лежат у меня на коленях, солнце садится, а мои мысли продолжают крутиться вокруг Карсона.
Достав телефон из кармана, я открываю экран и перехожу к своему списку контактов. Я смотрю на номер под названием ICE, и прежде чем я сделаю какую-нибудь глупость и наберу его, я прокручиваю вниз и нажимаю на номер моей мамы.
— Привет, солнышко, – почти сразу же отвечает она.
— Привет, мам. Как у тебя дела?
— Все по-старому, но хорошо. А у тебя?
— Я великолепно. Я сижу на скамейке у реки Ааре. Вид отсюда великолепный.
— Я рада, что ты увидишь мир. Ты все еще в Сен-Люке?
— Да, я подумаю о переезде в другой город только через два месяца.
— Хорошо, не торопись и посмотри все. Не забудьте прислать фотографии. Я загружаю их все, чтобы сделать коллаж из каждой страны, которую ты посещаешь.
Моя мама коллекционирует фотографии. Если бы мой отец дал ей хотя бы половину шанса, каждый дюйм дома был бы увешан фотографиями.
Я издаю смешок.
— Я обязательно пришлю что-нибудь из Берна. Здесь так красиво.
— У тебя есть какие-нибудь друзья в деревне?
— Один. – Это укол сердечной боли. – Но он отшельник, и я думаю, что отпугнула его своей непрекращающейся болтовней.
— Я сомневаюсь в этом, милая.
Наступает секундная пауза, затем я признаюсь:
— Он мне действительно нравится.
— Как его зовут?
— Карсон.
— Чем он зарабатывает на жизнь? – Начинается допрос.
Я снова хихикаю.
— Это не имеет значения, потому что я сомневаюсь, что увижу его снова.
— Ты сказала, что деревня маленькая. Я уверена, что вы будете время от времени с ним пересекаться.
У меня снова возникает странное чувство, и, взглянув направо, я вижу чьи-то неясные очертания возле дерева.
— Мам, мне нужно идти. Я позвоню тебе позже, – говорю я, вставая и не сводя глаз с фигуры.
— Ладно. Будь в безопасности. Мы любим тебя, – быстро выкрикивает мама.
— Я тоже вас люблю. – Я заканчиваю разговор, но как только снова поднимаю взгляд, фигура исчезает.
На моем лбу появляется морщинка.
Мне это почудилось?
Я уверена, что видела, как там кто-то стоял.
Чувствуя себя взволнованной, я беру яблоко и бутылку воды и, запихивая их в свой рюкзак, быстро иду в направлении хостела.
Глава 8
КАРСОН
Когда датчик движения начинает подавать звуковой сигнал, я выключаю его и подхожу к входной двери. Открывая ее, я наблюдаю, как бронированный внедорожник останавливается, а затем из него выходят Алексей и Дмитрий.
Мои губы кривятся, когда я подхожу к своему брату и его личному хранителю.
Несмотря на то, что Алексей старше меня на пять лет, мы выглядим как близнецы, оба похожие на своего отца. Единственное отличие – это морщины от беспокойства, между его бровями. Из-за этого он выглядит более смертоносным, чем я помню.
Как только взгляд Алексея останавливается на мне, на его лице расплывается улыбка, а затем он широко раскрывает объятия. Когда мы обнимаемся, тяжесть, которая давила на мое сердце, немного спадает.
 
Мы долго стоим, держась друг за друга, прежде чем Алексей отстраняется. Его руки лежат на моих плечах, его глаза встречаются с моими.
— Мы виделись друг с другом слишком давно.
Я киваю, затем поворачиваюсь, чтобы быстро обнять Дмитрия.
— Заходите, – говорю я, указывая дорогу.
Алексей заходит в место, которое я называю домом, и я позволяю ему осмотреть каждую комнату. Он не дает никаких комментариев, пока мы не входим в оружейную.
— Хорошо, – бормочет он, выглядя счастливым. – Ты получил оружие от Люциана?
Люциан – глава итальянской мафии и близкий друг семьи.
— Да.
— Хорошо, – снова говорит Алексей. – Давай выпьем.
Я издаю смешок, любимые слова моего брата согревают мою грудь.
Мы поднимаемся по лестнице и заходим в гостиную, Алексей и Дмитрий садятся, пока я наливаю каждому из нас по водке.
Когда я передаю им напитки, я сажусь на другой диван.
— На здоровье, – произносим мы тост, и после того, как Алексей делает глоток, он спрашивает. – Кто эта девушка?
Блять.
Мне следовало бы соображать получше, прежде чем пытаться спрятать от него Хейли.
— Как ты узнал? – Я хочу знать, кто предал меня.
— Дмитрий, – бормочет Алексей.
Когда я бросаю взгляд на хранителя и лучшего друга моего брата, он только виновато пожимает плечами.
Тон моего брата становится жестким, когда он спрашивает:
— Кто эта гребаная девчонка?
— Просто местная в деревне. Она работает в баре.
— Гребанная местная, – рявкает он. – Разве я тебя ничему не научил?
— Не о чем беспокоиться, – огрызаюсь я ему в ответ.
Алексей смотрит на меня так долго, что я буквально чувствую, как проходят минуты.
— Господи, – бормочет он, а затем допивает свой стакан. Встав, он идет налить себе еще. – Из-за тебя ее убьют. Она не из нашего мира.
— Я знаю.
— О ты знаешь? – спрашивает Алексей, поворачиваясь со стаканом в руке.
— Именно. Вот почему я разорвал с ней все контакты.
Алексей медленно кивает, а затем достает из кармана свой телефон, и мгновение спустя раздается мой собственный звуковой сигнал. Я вытаскиваю устройство и открываю сообщение от него.
Блять.
Это фотографии нас с Хейли в Цюрихе, возле ее дома и в Берне.
— Соврешь мне еще раз, и я выбью из тебя все дерьмо, – угрожает Алексей.
Я бросаю телефон на диван и, вздохнув, откидываюсь на подушку.
Вот почему мой брат самый лучший в мире. Он, блять, знает, когда ты собираешься посрать, еще до того, как ты об этом подумаешь.
— Она мне нравится, – впервые признаюсь я вслух.
— Она тебе нравится, вот из-за чего ее убьют. Ты это знаешь. – Алексей подходит, чтобы сесть рядом со мной, и поворачивается ко мне лицом. Положив руку мне на плечо, он продолжает. – Она невинна. Она не из нашего мира. Ты готов рискнуть ее жизнью?
Мои глаза встречаются с глазами моего брата.
— Я изо всех сил стараюсь держаться от нее подальше.
Алексей снова качает головой, глядя на меня.
— Почему именно эта девушка?
Глядя в его темные глаза, я вижу только беспокойство там, где остальное человечество увидело бы смерть.
— Она заставляет меня чувствовать себя живым. Я никогда не испытывал ничего подобного тем эмоциям, которые испытываю, когда нахожусь рядом с ней.
— Она знает, чем ты занимаешься? Кто мы такие?
— Конечно, нет, – огрызаюсь я.
— Именно это, блять, я и хотел сказать. – Пальцы Алексея начинают впиваться в мое плечо. – Как ты думаешь, что сделает эта девушка, как только узнает, кто мы такие?
Она, вероятно, будет в ужасе.
Хейли больше никогда не будет смотреть на меня так, как раньше.
На мгновение я закрываю глаза, и Алексей притягивает меня в объятия.
— Ты не можешь жить в ее мире, и она не войдет в наш. Это никогда не сработает, – говорит он, крепче сжимая меня в объятиях.