Вторая жена господина Нордена. Книга 2

– Так больно? – спросил Адриэн, ощупывая щиколотку и чуть надавливая. Почти не больно, даже, скорее, приятно. Вот же… Полина, соберись! Не хватало ещё таять от обычного осмотра.
– Немного, – ответила я. – Но, как вы сами видите, наступать на ногу могу, а значит, там вряд ли что-то серьёзное.
– Серьёзное или нет, решать целителю Эксерсу. – Адриэн осторожно опустил мою ногу на пол, и я поспешила натянуть на неё туфлю. – Отправляемся сразу после обеда. Пока можете идти.
Вот так. Только что вроде как обо мне беспокоился, а теперь выпроваживает. Ну и ладно, не очень-то и хотелось! Я постаралась встать из кресла как можно изящнее и наступила на левую ногу. Адриэн понаблюдал за мной и, не дожидаясь, пока выйду, снова взялся за карандаш и подвинул к себе ту самую книгу, а я поспешила покинуть кабинет.
Очутившись в своей комнате, первым делом заправила кровать: ну не требовать же этого от Нэйлии. Я вообще не знаю, что входит в её обязанности, кроме приготовления пищи. Потом подошла к бюро и присела на стул. Тоска накрыла с новой силой, и я, положив локти на стол, обхватила руками голову. И почти сразу услышала тихий щелчок входной двери. Ага, Нэйлия вернулась. Адриэн сказал, что она ходила на рынок. Может, ей понадобится помощь?
Я вышла из комнаты, сделав вид, что иду по делам, и действительно увидела служанку, нагруженную кучей бумажных пакетов, которые она как раз осторожно ставила на пол. И как только ей удалось всё это дотащить и не уронить? Интересно, она шла пешком? Как вообще тут передвигаются слуги? Бросившись к двери, я перехватила несколько пакетов и тут же встретилась с непонимающим и довольно прохладным взглядом.
– Доброго дня, госпожа Норден, – поздоровалась Нэйлия, и в её голосе мне почудился укор.
– Э-э, здравствуйте, Нэйлия, – пробормотала я, всё ещё держа пакеты и начиная чувствовать себя по-идиотски.
– Прошу вас, не утруждайтесь, я вполне в состоянии справиться со своей ношей, это моя работа. К тому же вы шумите, а господин этого не любит. – Последние слова служанка произнесла шёпотом.
– Я просто подумала… что пакеты тяжёлые и, может, вам нужна помощь. – Я тоже невольно перешла на шёпот.
– Благородной даме не пристало помогать прислуге, госпожа. Уж вы-то должны знать. – Нэйлия посмотрела на меня с ещё большим осуждением, а я потупилась. Ну да, Элианна вряд ли предлагала помощь на кухне.
– Но мне не сложно, тем более что… в нашем поместье было много слуг, а вы здесь одна. – И я, не дожидаясь реакции служанки, понесла пакеты в кухню.
Нэйлия проследовала за мной с оставшейся частью пакетов. Я сгрузила покупки на пол и вопросительно посмотрела на служанку.
– Вы подскажете, куда и что класть?
– Госпожа, прошу вас, не ставьте меня в неловкое положение. Господину Адриэну это не понравится, уверяю вас. И он сделает выговор и мне, и вам.
– Да он и не узнает, – беспечно отмахнулась я, наклоняясь к пакетам и открывая первый попавшийся: там оказались какие-то свёртки.
– От господина Адриэна очень сложно что-то скрыть. – Нэйлия скрестила руки на груди, и голос её теперь звучал совсем холодно. – Но учтите, я не стану покрывать вас и скажу всё, как есть. А вы уж будьте добры сами с ним разобраться.
– Конечно, я ему сама всё объясню и вовсе не собиралась подставлять вас. – Я кивнула на свёртки и спросила: – Что это и куда складывать?
Нэйлия тяжело вздохнула, но, кажется, сдалась.
– Если вы непременно хотите помочь, госпожа, вынимайте всё из пакетов и складывайте на столы, а дальше я сама.
Я воодушевилась и принялась быстро вытаскивать покупки – овощи, мясо, какие-то травы, а вот это, кажется, творог, мука, яйца – вроде бы куриные… Груда покупок на обеденном и разделочном столах быстро увеличивалась, а Нэйлия с неожиданной для немолодого возраста прытью раскладывала всё это, открывая то холодильник, то подвесные шкафы.
Справились мы довольно быстро, и служанка, вздохнув с явным облегчением, сказала:
– Спасибо, госпожа, вы мне очень помогли. А теперь позвольте заняться приготовлением обеда. Господин Адриэн не любит нарушений в расписании.
 
От одной мысли о возвращении в комнату и бездумном хождении туда-сюда накатила тоска.
– Может, я лучше вам помогу? – с надеждой глядя на Нэйлию, спросила я.
Та снова издала многозначительный вздох и подошла к раковине, куда сложила овощи.
– Госпожа, простите, но я не люблю, когда в кухне есть ещё кто-то, кроме меня. Вы очень помогли, но дальше я справлюсь сама. А у вас, думаю, и без помощи мне хватает дел.
Я тяжело вздохнула и развернулась к выходу. Служанке, несмотря на вежливость, удалось меня унизить своим высокомерием. Да уж, не зря они с Адриэном живут душа в душу: слишком похожи. Я медленно, слегка прихрамывая, уже почти вышла из кухни, как вдруг Нэйлия меня окликнула:
– Хорошо, госпожа, раз вы так хотите, можете нарезать овощи и зелень для рагу.
Обернувшись, я внимательно посмотрела на неё. На лице служанки застыла смесь жалости и неудовольствия. Но я решила не обращать внимания: главное, заняться хоть чем-то полезным. Села за обеденный стол и вопросительно глянула на Нэйлию.
– Где у вас хранятся ножи?
Служанка выдвинула ящик кухонного гарнитура, извлекла внушительного вида тесак и протянула мне.
– Будьте осторожны, госпожа, он очень острый.
Потом она сняла с крючка на стене разделочную доску, положила передо мной и отошла к раковине. Нэйлия мыла и чистила овощи и зелень – я узнала морковь, перец, кабачок, укроп, петрушку – и клала передо мной. Правда, я успела немного пожалеть о собственном рвении – содранная ладонь всё-таки причиняла дискомфорт, а ещё постоянно чесался укус, так что я украдкой скребла многострадальную руку. Но всё-таки лучше уж так, чем сидеть в комнате и мучиться от никчёмности и ненужности…
Нэйлия молчала, и я тоже не спешила заводить разговор. Служанке явно неприятно моё присутствие в её святая святых, не стоит доставлять ей ещё больше проблем. Я свалила нарезанный перец в миску и взялась за морковь. Поначалу дело шло бодро, но в какой-то момент рука с ножом неловко подвернулась, лезвие проехалось по мокрой поверхности морковки и прошлось мне по пальцу. Да так глубоко, что я невольно вскрикнула и поднесла палец ко рту. Из пореза тотчас начала сочиться кровь.
– Госпожа, что случилось? – Нэйлия, бросив только что вымытый пучок петрушки рядом с мойкой, шустро подскочила ко мне.
– Ничего страшного, просто немного порезалась, – пробормотала я, уже чувствуя, как болит палец.
– Ведь я говорила вам, что это не хозяйское дело. – В голосе Нэйлии слышался укор. – Теперь придётся отвлекать господина Адриэна, а он этого не любит…
– З-зачем отвлекать господина Адриэна? – Я отняла палец ото рта и наблюдала, как из пореза снова начинает вытекать кровь. – Просто дайте мне какую-нибудь тряпочку и помогите перевязать руку.
– Нет уж, госпожа. – Служанка уже вытирала мокрые руки о полотенце. – Порез надо обработать, а я не возьму на себя такую ответственность. Если потом у вас случится заражение, господин мне не простит. – И с этими словами непреклонная Нэйлия удалилась, что-то бормоча себе под нос.
Я слышала, как она тихо стучит в дверь кабинета и говорит:
– Господин Адриэн, простите, что беспокою, но у вашей супруги проблема, и я не могу её решить сама.
Потом – щелчок, и разговор стал доноситься очень слабо, поэтому расслышать хоть что-нибудь стало нельзя.
Первым моим порывом было убежать и спрятаться. В ванной, например: туда уж точно никто не сунется. Мало ли, что я там делаю. В то же время я прекрасно понимала, что Адриэн в любом случае уже знает о порезе, и смысла в прятках точно нет. Да и не смогу же я просидеть в ванной целый день! Он меня всё равно оттуда достанет.
Пока эти мысли панически метались в голове, снова раздался щелчок двери кабинета, шаги, и в кухне появился Адриэн. У меня тут же задрожали колени. Ну всё, сейчас начнётся. Муж в два шага преодолел расстояние до меня и остановился рядом. Я рассматривала его домашние туфли и не спешила поднимать взгляд.