Вторая жена господина Нордена. Книга 2

Кажется, придётся всё-таки тащиться в кухню. Еды я там, конечно, не найду, но хоть воды попью. Снедаемая жалостью к себе, я под очередной оглушительный раскат грома очень эффектно распахнула дверь и тихо вышла в коридор. Сначала завернула в санузел, где немного поплескала водой на лицо, чтобы охладиться. Не без опаски сделала пару глотков. Надеюсь, вода тут чистая: в родном-то мире я из-под крана не пила.
Ну вот, теперь можно идти на разведку. В коридоре было очень темно, и я шла на ощупь, стараясь ступать крайне осторожно. Когда подошла к кабинету Адриэна, слегка вздрогнула: из-под двери пробивалась узкая полоска света. Я-то думала, муж давно спит и видит десятый или какой там по счёту сон, а он, выходит, даже по ночам работает?
Значит, надо идти ещё осторожнее. Тут бы очень пригодилось умение летать. Я представила себя в образе феи и едва не прыснула вслух. Зажала рот рукой и тихо направилась дальше. Кажется, меня не услышали! Ну что, первая сложная миссия пройдена. Приступаем ко второй…
Я вошла в тёмную кухню и пошарила рукой по стене. В ванной свет зажигался обычной клавишей вроде наших выключателей, и находилась она снаружи. А вот где включается свет в кухне, понятия не имею. Но в темноте тут делать точно нечего. Я пошарила рукой по стене слева от двери. Ничего. Справа – тоже ничего. Блин! За окном снова вспыхнула молния, осветив на мгновение идеально чистые поверхности. Никаких тарелочек, накрытых салфеточной и ждущих меня… С другой стороны, если вдруг мне что-то оставили, то убрали бы это в холодильник.
За молнией последовал оглушительный раскат грома, и вдруг кухню озарил яркий свет. От неожиданности я чуть не заорала и резко обернулась: в проёме, сложив руки на груди, стоял Адриэн, и выражение его лица было крайне насмешливым. Одет во всё те же брюки и чёрную рубашку, в которых ходил днём, и выглядит ещё более усталым, чем обычно. Похоже, он вообще не ложился сегодня.
– Согласитесь, искать еду по ночам гораздо удобнее с включённым светом, – изрёк муж, тоже внимательно глядя на меня. Очень глубокая мысль, ничего не скажешь.
– Если бы я ещё знала, где он у вас тут включается, – пробурчала я, тоже сложив руки на груди. – И с чего вы вообще взяли, что я ищу еду?
– Может, с того, что вы проспали ужин?
– Так ведь вы сами меня не разбудили, ещё и одеялом накрыли. Чтобы нарочно потом предъявить претензию?
– То есть укрывать вас не надо было. Ладно, запомню на будущее.
Я закатила глаза. Ну вот как с ним разговаривать? Может, у него биполярное расстройство? То через лужи на руках таскает в лучших традициях романтических фильмов, то откровенно насмехается.
– Нет, я вам благодарна, что… проявили заботу, но… Вы ведь обвиняете меня в том, что много сплю.
– И в мыслях не было, – Адриэн прошёл в кухню и задёрнул штору. – Будить вас я не стал именно потому, что слишком крепко спали. Подумал, что после всего пережитого нужно дать вам подольше отдохнуть.
– Но зато я осталась без ужина, – недовольно протянула я. – У вас же всё строго: проспал – сиди голодный.
Адриэн неожиданно усмехнулся.
– Ничего не имею против женщин с хорошим аппетитом, но у вас слишком трепетное отношение к еде, – попенял он.
– Это вы, видимо, питаетесь исключительно работой, – неуклюже огрызнулась я.
– Нет, просто придерживаюсь расписания, – невозмутимо ответил Адриэн.
Я вздёрнула подбородок и развернулась, собираясь уйти с гордым и независимым видом. Однако меня нагнал очередной ядовитый вопрос.
– И куда это вы? Неужели так и уйдёте голодной?
– Не собираюсь стоять здесь и слушать ваши издёвки, – ответила я, не оборачиваясь.
– Это не издёвки, я лишь озвучил факты.
– Вот и озвучивайте их дальше, не буду мешать.
– В холодильнике есть продукты. Вы вполне могли бы приготовить что-то сами. Если не умеете, научу.
– Вообще-то я умею готовить! – воскликнула я, резко развернувшись, и тут же замолчала, понимая, что попала впросак. А ну как он сейчас предложит мне проявить самостоятельность? А я не только не знаю, где плита включается, но и какие блюда можно приготовить, чтобы не вызвать вопросов.
 
– Что ж, это похвально. Значит, пансионский курс домоводства всё-таки не пролетел мимо вас. Но сейчас вам готовить не придётся: я попросил Нэйлию оставить ужин.
– Да неужели? И с чего такая щедрость?
– Это не щедрость, Элианна. Как муж, я теперь обязан о вас заботиться. Вы же проспали ужин не по своей воле, а потому, что я не стал вас будить. – Адриэн открыл холодильник и извлёк оттуда тарелку, накрытую крышкой. – Поэтому вас нельзя обвинить в нарушении расписания.
Вот зануда! Наверное, стоило бы всё-таки уйти к себе, бросив что-нибудь вроде: «Спасибо, но от одного вашего тона аппетит пропал напрочь», однако желудок болезненно сжался, и я поумерила пыл.
– О, это так мило с вашей стороны. – Я попыталась добавить в голос побольше язвительности. – Но если бы я проспала по своей воле, то осталась бы голодной, и вы не вспомнили бы, что должны, как муж, обо мне заботиться.
Адриэн мой выпад проигнорировал и кивнул на блюдо.
– Сами разогреете или помочь?
Я замялась. Ну вот, сейчас и станет ясно, как я «умею» готовить, и как «слушала» курс домоводства… И как быть?
– Кажется, я… забыла, как включается плита.
– В общем-то, я так и понял. – Адриэн подошёл к плите, похожей на нашу по виду, но явно не газовой или электрической. – Идите сюда, научу.
– Мне, знаете ли, незачем было включать плиту после учёбы: это делали слуги. Не мне же объяснять вам очевидные вещи. – Я попыталась неуклюже отмазаться. Или, вернее, отмазать Элианну.
Адриэн на это только хмыкнул.
– Видимо, курс вы всё-таки слушали невнимательно, да и на практике не усердствовали, если вспомнить, как ловко обращаетесь с ножом.
– Любой человек может порезаться, – возразила я, чувствуя, как кровь начинает приливать к лицу. Ну не мастерица я вступать в такие перепалки!
– Возможно, но у того, кто умеет обращаться с ножом, меньше риска. Что вы застыли? Идите сюда, не бойтесь. Я прослежу, чтобы вы не покалечились.
Я закатила глаза, но всё-таки подошла к плите, с опаской поглядывая на три большие конфорки и четыре ручки.
– Плита работает на нагревательном артефакте, если вы не в курсе. Он спрятан внутри. Вам, чтобы включить конфорку, нужно просто повернуть ручку вправо. Чтобы выключить – влево. – Он повернул ручку, и конфорка загорелась ровным красным светом. – Самая правая ручка – для духового шкафа. – Он открыл духовку и снова закрыл. – Температура так же регулируется ручкой и меняет цвет. Красный – самая высокая, ближе к оранжевому – средняя, ну и синий – самая низкая. Как раз подойдёт, чтобы подогреть готовое блюдо. Ну и, конечно, лучше не прикасаться к горящей конфорке, чтобы не обжечься.
В груди полыхнула жаркая волна, и я почувствовала самую настоящую злость. А может, всё-таки потянуть до последнего с брачной ночью? Вдруг муженёк и в постели будет издеваться и выставлять меня идиоткой? Моя самооценка точно упадёт ниже плинтуса, и я потом буду собирать себя по осколкам! Хватило уже Антона с его предательством и сексуально озабоченной Машей!
– Я, может, и не главный имперский дознаватель, и не маг-менталист, но вовсе не дура, господин Норден, – холодно бросила я. – Можете сколько угодно язвить, меня это не трогает.
– Разве я хоть когда-то называл вас дурой?
– То, что вы разговариваете со мной свысока, объясняя простейшие вещи, говорит само за себя.
– Откуда же мне знать, что для вас очевидно, а что нет?
Зараза. Так бы и огрела его чем-нибудь. Да хотя бы полотенцем. Мама иногда в шутку замахивается на папу полотенцем. Папа тоже любит нас подкалывать, но у него это получается по-доброму, а вот Адриэн явно пытается вывести меня из равновесия и спровоцировать на конфликт.
– Конечно, очень легко унижать женщину, знаете ли! Я вовсе не обязана уметь готовить. Можно подумать, вы сами такой уж мастер в приготовлении еды, – фыркнула я.