Вспомнить Все (СИ)

— Я сказала! Ты что, за дуру меня принимаешь? — пауза, похоже, сейчас говорил таинственный человек по другую сторону телефона. — Я даже назвала ее дочкой! — голос пискляво взлетел вверх, по-видимому, услышанное задело мою мачеху.
Поняв, что речь идет обо мне, подошла ближе к двери, прислушавшись. С той стороны доносилось лишь гневное сопение и шаги.
— Не переигрываю я. Сделала что могла, — уверенно заявила она, — не потащу же я ее силой на прием? И не смей угрожать мне! Да делай что хочешь! — завопили из-за двери так резко и громко, что я невольно подпрыгнула, испугавшись, пропустив окончание разговора. А вот когда щелкнул замок, бежать оказалось поздно: до ближайшей двери далеко, а останусь в коридоре, и у нее не будет сомнений, что я все слышала. Я сделала единственно правильный выход из этой западни — юркнула за уже открывающуюся дверь, от волнения перестав дышать.
Сильвия, не отрывая свой взгляд от экрана телефона, прошла вперед, и мне удалось незамеченной юркнуть в коридор, ведущий на кухню.
«С кем она только что разговаривала обо мне и что этот человек собирается предпринять»? — замотала головой, чувствуя себя участником малобюджетного фильма.
Выглянув из-за угла и убедившись, что он пуст, на цыпочках проскользнула за дверь своей комнаты. Есть расхотелось, а вот тревожных мыслей прибавилось.
Следующим утром меня разбудила телефонная трель смс-ки. Приоткрыв левый глаз, глянула на загоревшийся экран телефона: шесть утра, и это был мой последний летний денек. Завтра начнется учеба, вновь беготня, занятия, чтение и зубрежка домашних заданий, рефераты… застонала от такой несправедливости. Перевернулась на другой бок. Но нет, сон не шел, а мысль о том, кто же так подгадил с самого утра, не выходила из головы. Протянув руку и разблокировав экран, открыла злосчастную смс.
Если до этого я еще надеялась продолжить валяться в кровати, а возможно, и уснуть, то после прочтения сообщения «абонент снова в сети» проснулась окончательно.
«Папа, папа скоро приедет!» — вновь и вновь повторялась самая счастливая мысль за последние несколько дней, я и сама не хотела ее отпускать, перекатывая на языке, точно любимый леденец.
Руки чесались тут же позвонить ему или хотя бы написать, но вовремя себя одернула: папа всегда звонил сразу, как появлялась возможность. Должно быть, переговоры или важная встреча еще не закончились, а мысль, что ему не хочется разбудить меня в шесть утра, не сразу посетила мою голову.
Не теряя времени, включила компьютер и, набрав в поиске «тушеное мясо с овощами», стала искать оригинальный рецепт. Готовить в день возвращения папы стало уже моей традицией и хотелось заняться этим прямо сейчас.
Почитав просторы интернета и вдохновившись аппетитными фотографиями, добавила одну из страниц в закладки и решительно закрыла браузер, боясь пропасть там на долго.
Через час я уже не находила себе места. Список продуктов лежал в кармане куртки, а я мерила комнату шагами дожидаясь времени открытия магазина. На часах стрелки показывали без пятнадцати восемь, ближайший продуктовый магазин работает с девяти. Еще немного посомневавшись, сменила штаны и футболку, схватила со стула куртку и, очень стараясь не шуметь, покинула погруженную в утреннюю дремоту квартиру.
По дороге в магазин меня не покидали теплые мысли о скорой встрече с папой. Я во всех красках уже представляла наше воссоединение и не менее волнительный разговор, пыталась придумать вопросы и его ответы, а фантазия вырисовывала невероятные исходы таких откровений.
И вот он магазин с длинными рядами полок. Покупателей почти не было, и я задумчиво шла по центру прохода разглядывая представленный товар. В корзине уже лежали мясо, кабачки, баклажаны, помидоры, несколько пакетиков с приправами и вроде вот она, заветная касса без единого покупателя, но нет, в этот раз я решила поэкспериментировать и добавить в мясо немного меда. Резко развернувшись, поменяла направление и столкнулась с мужчиной. Серая кофта на его животе натянулась, сделав морду нарисованного волка слишком широкой.
 
— Извините, — машинально вырвались слова. Пока поднимала взгляд, мужчина отвернулся и быстрым шагом скрылся за соседним стеллажом, на ходу надевая капюшон с волчьими ушами.
«Странный какой», — подумала я. От зарождавшихся подозрений спас звук смс. Поспешно достав телефон, прочла: «прости, буду через три дня». «Приезжай скорее, жду» — тут же отправила ответ, понимая, что некоторые продукты к его приезду успеют испортиться. И уже не спеша поплелась до нужного отдела.
Идти домой расхотелось, да и срочность в этом отпала. Придерживая капюшон, я едва плелась по тротуару, а когда от тяжести ручки пакета большо впились в кожу остановилась за деревом. Поставив пакет и растирая красные полосы села на выступающий корень, прикрыв глаза. Стоит выспаться, сейчас приду и попытаюсь уснуть. В голове шумело, а глаза нещадно жгло. Ранним утром на подъеме адреналина совершенно этого не заметила, а вот теперь от резких движений мир вокруг начинал угрожающе шататься. Разлепив глаза, лениво блуждала взглядом вокруг: высокие, шумящие листвой деревья, спешащая женщина в красном, несколько смеющихся и подпрыгивающих активно жестикулирующих подростков, дедушка-собачник, выгуливающий свое маленькое визжащее недоразумение, мужчина, облокотившийся локтями о свои ноги. Волчьи уши его капюшона трепал ветер.
Встрепенулась. Тот же самый, что и в магазине? Спрятавшись за дерево, прищурилась, пытаясь разглядеть повнимательнее. И правда похож, хотя в магазине я его и рассмотреть то не успела. Ну вот что за паранойя началась? Может, сел отдохнуть. Так некстати вспомнился случайно подслушанный разговор Сильвией. Хмыкнув, выпрямилась. Совсем задергала свои нервы с творящимися вокруг непонятками. Но все-таки неясная тревога не покидала меня, и я прошла через кусты к другой, не заметной отсюда, тропинке.
Последний день перед учебой хотелось провести в спокойствии, отдохнув напоследок, лишние потрясения и эмоции уже ни к чему.
Первый учебный день — дело не из легких, а втягиваться после длительного отдыха вообще непросто. К последней лекции мозг отключился, и я, машинально записывая информацию, льющуюся ровным потоком, уже думала о своем: о событиях прошедшего лета и всем необычном, что произошло со мной. Тот неожиданный вальс с красивым смуглым парнем, концерт и загадочное письмо от моей якобы знакомой, этот пугающий мужчина в кафе с промораживающим цветом глаз, потрясающе живой сон с зеркалом. Да еще этот чокнутый доктор. Как-то слишком много непонятного за последние месяцы.
На улице заморосил дождь, настойчиво застучав по стеклу и скатываясь объемными каплями вниз, сливаясь с другими, ускоряясь и безудержно несясь прочь по его гладкой поверхности, искажая реальность за окном.
Мое внимание привлек одинокий мужчина, неподвижно замерший под черным зонтом. Темное полотно скрывало лицо. Засмотревшись, вытянула шею, пропустив момент, когда преподаватель назвала мое имя.
— Лейла, раз вы мысленно отсутствуете, то потрудитесь приготовить к следующему занятию реферат. Запишите тему: десять способов сосредоточиться на деле.
Тяжело вздохнув, записала неплановое домашние задание.
Студенты быстро покидали здание института, я же, словно случайно наклонившись перевязать шнурки, незаметно огляделась вокруг. Дождь кончился, оставив после себя сырость на траве и грязные лужи на дорогах и тротуарах.
Облегченно вздохнула: того подозрительного человека видно не было.
— Вот ведь растяпа, — выругалась я, глянув на часы. Мой автобус прибудет на остановку уже через пятнадцать минут, а следующего придется ждать больше получаса.
Переходя на бег, свернула в парк, желая сэкономить несколько минут. Утоптанные дорожки старого парка петляли и пересекались, вздымались маленькими холмиками, резко или едва заметно опадая вниз, пересекаемые толстыми корнями, местами поднимающимися из земли, точно готовые напасть змеи. Я почти летела, едва успевая перепрыгивать возникающие препятствия, замечая, что дыхание начинает сбиваться. Наконец, глубоко дыша и стараясь унять боль в боку, я остановилась, готовясь к очередному забегу, когда начало резко темнеть, а от поднявшегося ветра жалобно застонали деревья. Грозовые облака черной краской наступали на серое небо. Дрожащие тени, сгущаясь, накладывались друг на друга, становясь сплошными чернильными пятнами.