Вспомнить Все (СИ)

— Разумеется. А о случившемся поговорим позже, моя гостья, — и, видя мое состояние, он добавил, — завтра будь готова к семи вечера, — поклонившись, Алекс вышел, оставив меня один на один со своими мыслями.
Едва переставляя ноги по лестнице, остановилась, перед глазами возникла картина с поцелуем. Замерев, сжала зубы, пытаясь все же дойти до комнаты, прежде чем потекут первые слезы. Да, увидь я себя со стороны, в голову бы точно так же закрались неприятные мысли.
***
Утром с трудом удалось разлепить опухшие глаза, бесцельно пролежав еще полчаса, выползла из-под одеяла. Завтрак давно прошел, время близилось к обеду, но хотелось закрыться в своей комнате и не выходить минимум неделю. Со своими законами из другого времени я неудачно влезла сюда и нарвалась на гадкие оскорбления. От этого становилось только обиднее.
Заспанным взглядом окинула комнату. Что меня приятно удивило и озадачило, так это букет цветов на маленьком столике. Подойдя, я вдохнула нежный аромат и прочитала всего два слова на стоявшей рядом домиком бумажке: «доброе утро». Неужели Энджил? Вот так сюрприз. Это немного ослабило горький осадок от его бегства вчера вечером.
Желудок издал жалобный рокот и, отдавшись болью, настойчиво потребовал еды.
Набравшись смелости и выпив полстакана воды (сейчас бы не помешала бутылка вина), спустилась вниз. Не успела я еще зайти в столовую, как меня отвлек голос Энджила, он, словно ожидая меня, тут же показался из-за лестницы:
— Извини меня.
Дернувшись от неожиданности, повернулась в его сторону:
— За что? — на автомате поинтересовалась я, не переключившись со своих размышлений.
— За случившееся, я не должен был, — он грустно улыбнулся и убрал за ухо неприбранные волосы, — это все из-за меня. Подставил тебя, — поднял руку вверх, запрещая возражать. — Алекс просил передать, что хотел сегодня пройтись по магазинам, и напомнить, чтобы ты налила флакон полученной жидкости. А я лучше пойду подумаю над своим поведением.
Я не стала возражать. Если честно, и сама не могла понять, как теперь вести себя с Энджилом и изменилось ли что-то, да и хочу ли я сама перемен? Быстро поев, я тоже ушла к себе, на весь день погрузившись в чтение книг, которые успешно помогали справляться с нахлынувшей апатией. Ближе к шести вечера буквы потеряли свою четкость и начали расплываться, прикрыв от усталости слезящиеся глаза подошла к трюмо. Стоило заранее подготовиться к предстоящей поездке. Открыв флакон, принюхалась, но вновь не уловила никаких посторонних запахов, жидкость походила на обычную воду. Наполнив маленький стеклянный флакончик, закрыла и положила в заранее пришитый кармашек. В заключении сборов покрутилась перед зеркалом, убедившись, что он словно исчез став незаметным в рюшах платья.
Но сборы оказались напрасны. Ни в этот, ни в следующий вечер Алекс так и не появился.
Дни вновь потекли скучной и однообразной чередой. Сидеть целыми днями в доме оказалось просто невыносимо, чтение книг надоело, как и прогулки по уже знакомым дорожкам сада. Развлекающие беседы с Глорией стали невозможны: к моему сожалению, накануне она отбыла погостить к своим дальним родственникам. Энджил же всячески избегал моего общества, строя из себя обиженного ребенка, хотя это вроде я опороченная сторона, а не он.
Ох, как же мне надоела эта игра в прятки! И, не дожидаясь разрешения, после восхода солнца я, пусть это было слегка глупое и беспечное решение, покинула дом. Миновав часть сада, выскользнула за забор. Отчего-то сама себе напомнила одержимую, которой срочно потребовались новые впечатления.
Раннее утро только начинало совершать свои осторожные шаги, окрашивая небо в светлые тона. Я, погрузившись в свои чувства, не спеша шла по пыльной дороге, стараясь в них разобраться. Каша, полночи творившаяся в голове, воспоминания, граничившие с непонятными предчувствиями, — все это сводило с ума. Хотелось действий и немедленных, но в каком направлении начать копать? Единственной зацепкой оставался Байрон Дейлз, но опять же найти его самой без помощи не получится.
 
Миновав забор, опоясывающий владения, двинулась по дороге. Вскоре на горизонте, располагаясь на небольшом расстоянии друг от друга, замаячили крыши одинаковых, как под копирку, домов, напомнивших мне сцену из старого фильма. Это сравнение мне показалось забавным, словно я стала его участницей.
Засмотревшись, я пропустила тот момент, когда в мои мысли вмешался настойчивый детский голосок, поманивший за собой, как кусочек сыра — мышку из мультиков. Ускорив шаг, начала сокращать разделяющее нас расстояние и прислушиваться к разговору спешащих матери с ребенком.
— Мама ты купишь мне новое платье? Мое все в заплатках, — девочка лет девяти с рыжеватыми, немного растрепанными волосами с надеждой подергала маму за платье.
— Сейчас у нас нет денег на такую роскошь. Доносишь старое за старшей сестрой.
— А почему вы ей на день рождения подарили платье, а мне опять донашивать? — не унимался ребенок.
Женщина остановилась и, присев перед дочкой, заглянула ей в глаза, попросив:
— Я помню о твоем дне рождения, и как только заработаем, то тебе первой купим обновку.
И, обняв обиженного ребенка, заметила мою приближающуюся фигуру. Тут же выпрямившись, взяла малышку за руку и поспешила по дороге с холма, к крохотным домикам. Поднявшись следом, не отрываясь наблюдала за удаляющимися фигурами, проследив, пока представлялась возможность, их путь.
И вот я снова задумчиво стою перед воротами и сама не понимаю, чем меня зацепил подслушанный разговор. Ведь по сути эта простая просьба о новой одежде не могла получить отзвук в моей душе, больших проблем с деньгами наша маленькая семья никогда не испытывала, и знакомых со схожей сложной судьбой не припомню.
Уже был вечер, когда в гостиную зашел Алекс и, сделав вид, что меня не замечает, прошел к окну. Я так же хотела проигнорировать его, все два дня его отсутствия обида скреблась внутри и оставляла неприятный след. И… опять не выдержала ощущения, что я пустое место.
— Много крестьян проживает на твоей земле?
— Я не считал, около десяти семей.
— И все они работают у тебя?
— На меня, — поправил он и наконец-то прямо посмотрел на меня. — Ты обижаешься, — поджала губу, попыталась напустить равнодушный вид, но эти притворство и театральность всегда давались мне с трудом. Глаза заслезились, пришлось отвести взгляд первой. — У тебя полчаса на сборы, и возьми с собой флакончик.
За окном стемнело не больше часа назад, а я уже стояла на крыльце и подпрыгивала от нетерпения. Ну наконец представилась возможность выбраться и провести вечер вне дома. Прикрыв глаза от внезапно налетевшего ветра, услышала неприятный хруст гравия, потревоженного большими колесами. Крытый экипаж остановился чуть в стороне. Только я успела подойти, как из открывшейся двери вышел Алекс в классическом черном костюме. Подав мне руку, помог забраться внутрь, сам сел напротив.
Сердце забилось сильнее. И чего я вдруг разволновалась? Встретить здесь моих немногочисленных знакомых, да еще и в определенное время, шансов было не много, а вот развеяться точно не помешает.
— Куда мы едем? — не выдержала я, потому что он молчал чуть прищурившись, изучая.
— По магазинам.
Экипаж дернулся, набирая ход. Удивленно подняла брови.
— И зачем? Так ты хочешь проверить действие этой жидкости? — с сомнением в голосе произнесла я, покачиваясь в такт движению.
Как-то странно ухмыльнувшись, он подался вперед.
— Можешь не сомневаться, шанс представится.
А вот после этих слов дернулась уже я, захотелось выпрыгнуть наружу, его уверенность в словах меня насторожила.
Отвернувшись к окну, он отодвинул шторку. Окна проезжающих нами домов отбрасывали блеклые полоски света, попадая в экипаж подобно ползучим змеям. Было уже около восьми часов, может, чуть больше, в это время все цвета успели потускнеть, став более устрашающими. Деревья, виднеющиеся вдали, выглядели неестественно, не было видно ни объема, ни других оттенков, кроме черного. Возникало такое чувство, что они вырезаны из черной бумаги и приклеены сюда для наведения ужаса на прохожих.