Яга – не баба (СИ)

Вспомнился вздорный ворон… Да уж, не тот тип, которому я стал бы доверять, но ладно. Возможно, нам стоит пересмотреть отношения.
— И приходи, если что, — усмехнулся водяной. — Только кикиморы мои — забавницы и затейницы, держись от них подальше. Темнеет, пора тебе.
А ведь только утро было! Как успело стемнеть? Или в чертогах водяного время идет иначе?
— Пойду я, — поднялся из-за стола. — Спасибо за угощение, Николай. И вы тоже приходите, если надо.
— Да что тебе ноги бить? — прищурился водяной. — Давай я тебе коня дам. Непростого, водного.
От коня я попытался отказаться, несмотря на то, что опыт общения с животиной имелся, с ярмарки ведь я как-то вернулся, но Николай оставался непреклонен.
— Да я тебе его подарю! — похлопал по плечу. — Сивкой кличут.
— Буркой? — уточнил я.
— Нет, Сивка-Бурка — это совсем другой конь, — отмахнулся хозяин дома. — А мой Сивка-Серебряное копытце. Но это слишком долго, так что просто Сивка. Так как, берешь коня, богатырь?
— Давайте, — сдался я, и водяной потащил меня прочь из дома. Кикиморы шушукались у порога. Заметили нас, захихикали. Среди них я рассмотрел едва не погубившую меня Акулину, а Николай скрылся на пару минут и вернулся с невиданным конем ярко-синего цвета. Казалось, что его грива соткана из мельчайших капелек воды.
— Вот он, мой Сивка. — Водяной похлопал коня по крупу. — Ты только держись крепче, и если он тебе потом понадобится, свистни и позови по имени, конь и явится.
— Спасибо большое, — кивнул я. — До встречи.
Кикиморы снова зашушукались, я с трудом забрался за коня, вцепился в гриву и… тот рванул с места. Жизнь пронеслась перед глазами. Я сразу понял несколько вещей: что боюсь лошадей, что больше никогда не сяду на Сивку и понятия не имею, как его остановить. Ветви больно хлестали по лицу, набился полный рот листьев, и казалось, что если Сивка скакнет еще раз, я останусь лежать на земле.
Но впереди показалась знакомая избушка. Сивка остановился, и я полетел носом в землю. Так и остался лежать, а когда сумел подняться на трясущиеся ноги, коня и след простыл. Вот так съездил!
— Смотрю, ты без приключений не можешь, — раздался голос Василия, и кот свесил морду с ветвей раскидистого дерева.
— Не могу, — фыркнул я. — Просто жизни не мыслю.
И пошел в дом, стараясь не сильно шататься из стороны в сторону. Вот так поговорил с водяным! Ничего не узнал, зато жизни несколько раз едва не лишился. Мелькнула мысль достать волшебное зеркало, но я отогнал её прочь, безуспешно попытался снять одежду, слегка попахивавшую тиной, и рухнул на лежанку.
— Готов, — мурлыкнул Васька.
— Дур-рак, — вздохнул Руслав, и на этом я уснул.
  
Глава 6
 
На границе гости ходят хмуро
 
Пробуждение вышло внезапным и неприятным.
— Вставай! — вопил на ухо Васька. — Вставай, кому говорят!
Меня будто ветром смело на пол, и послышался каркающий голос Руслава:
— Он по-хор-рошему не понимает, Василий. Р-руки в ноги, Веник, и за мной!
Руки в ноги, говоришь? Сон мигом слетел, а вот в ушах появился противный звон. Откуда он шел, я никак не мог понять. Хотелось потрясти головой, чтобы избавиться от источника звука, но ничего не получалось.
— Границу потревожили, — продолжал истошно орать кот.
Кто потревожил? Зачем? И вдруг до меня дошло. Я выскочил на улицу и порадовался, что накануне уснул, не раздеваясь, иначе щеголял бы сейчас нижним бельем на весь лес. Мир снаружи изменился. Несмотря на то, что было ранее утро, и солнце заняло привычное место над горизонтом, кто-то будто выпил все краски из природы. Листья на деревьях казались серыми, небосвод — черным, а солнце — и вовсе белым шаром.
— Что мне делать? — спрашивал у помощников.
— Хватай ступу и помело! — командовал Васька. — Свистни, они и прилетят.
Я никогда не умел свистеть, а тут выдал такую трель, что мастера художественного свиста удавились бы. Зато подействовало, и ступа с помелом вылетели из дверей. Как забирался в ступу, надо было видеть. Помело подталкивало меня сзади, чтобы не свалился и не расшиб голову до начала подвига, Васька мяукал, Руслав каркал, а я чувствовал себя в психиатрической клинике, где я — главный пациент.
 
Крепче сжал помело, и ступа взмыла в небо. Оказалось, что помело — это нечто вроде руля. Взмахнул направо, налево — ступа послушно повернула, как лучшая марка авто. Вот это невидаль! Но где же мой враг?
Неприятель обнаружился неожиданно: когда ступа взлетела выше, я разглядел какого-то типа возле источника с живой и мертвой водой. Он стоял на коленях и что-то выводил на земле.
— Это еще кто?
— Кощей! — каркнул Руслав, взмывая рядом со мной. — Вр-раг!
Да понятно, что не друг. Правда, из сказок я никак не мог припомнить, был ли Кощей союзником Бабы Яги. Кажется, нет, и она каждому желающему рассказывала про гибель его на конце иглы, а иглу в яйце и дальше по тексту.
— Что он делает? — спросил у ворона.
— Пытается пройти через грань.
Которую я должен стеречь. Так-так.
— Ступа, вниз! — скомандовал я.
Ступа поняла приказ радикально, и я ушел в настоящее пике. Мое транспортное средство покатилось по земле, а я проехался на пятой точке и сшиб с ног Кощея. Тот растянулся прямо на своем рисунке. Так, надо скорее подниматься на ноги, пока из меня не сделали пособие для начинающих некромантов. Кощей ведь, кажется, из них? Или я путаю?
— Ты…
Мой новый враг обернулся, а я осоловело захлопал глазами. И где мерзкий лысый старикашка? Где скелет, обтянутый кожей? Передо мной был парнишка лет двадцати, с огромными темными глазами, черными губами и синим лаком на ногтях. Одним словом, гот обыкновенный. Довершала образ прическа типа «конский хвост».
— Нарушаем, товарищ.
Ничего лучшего не пришло в голову, а Кощей захлопал длиннющими ресницами.
— Не понял…
— Что непонятного? — подбоченился я. — Граница под запретом, или не знали? Темные ритуалы проводите? Законы не чтите?
— Ты кто?
Кажется, разговаривать мой собеседник вмиг разучился.
— Я? — прищурился в ответ. — Венислав, врио Бабы Яги. То есть, её правнук и прямой наследник. И если вы сейчас спросите, почему я мужчина, наш разговор на этом и завершится, потому что этот вопрос мне надоел.
— Да чтоб мне провалиться, — пробормотал Кощей. — Ты, молокосос, страж границы миров? Все ума лишились?
— Я молокосос? — уставился на собеседника. — На себя посмотри, парень! Тебе сколько? Двадцать? Двадцать два?
— Пятьсот семьдесят четыре, — выдал тот, и теперь уже я удивленно моргал, пытаясь осознать масштабы услышанного.
— А почему так хорошо сохранился?
— Так я Кощей…
Исчерпывающий ответ. Интересно, черная помада из нашего мира или местного производства?
— Что же это ты, Кощей, границу нарушаешь? — решил вернуться к теме разговора.
— Мне в темные королевства надо, — прищурился тот.
— Проход закрыт.
— А кто ты такой, чтобы мне запрещать? Я сам дороги миров прокладывать умею.
— Я — хранитель границы и обещал, что никто сквозь неё не проникнет. Так что попрошу оставить заповедную территорию и следы ритуальчика за собой прибрать.
Кощей снова застыл, будто я нес какую-то тарабарщину. Я дал ему время опомниться и одуматься. Интересно, здесь какие-то штрафы для нарушителей предусмотрены? Нет на них системы правосудия!
— Ты — не Баба Яга, Венислав. И задерживать меня не имеешь права, — подобрал слова сказочный герой, потому что иначе воспринимать Кощея пока что не получалось.
— Очень даже имею. Ступа и помело меня признали, избушка тоже. Значит, их моя кровь устраивает. А вот тебе лучше уйти и без приглашения не появляться.
Кажется, я развеселил гостя, потому что он хмыкнул с усмешкой, затер ногой знаки на земле и чуть склонил голову:
— Что ж, счастливо оставаться, Венислав. Еще увидимся.
И пошел прочь, а я остался, чувствуя себя почему-то глупо.