Яга – не баба (СИ)

— А! Со шрамом? — ответила невеста без удивления. — Это Черновей, один из батюшкиных чародеев. Он уже несколько месяцев здесь служит. Кажется грозным, но человек он неплохой.
Неплохой, да? Я попрощался с Марфой и за Хельгу с Васькой, а затем протиснулся сквозь толпу гостей к Черновею.
— На два слова, — сказал, проходя мимо. Миновал переплетение коридоров. Конечно, Васька и Хельга следовали за мной, но не только они. Мы замерли у двери, чуть отойдя в сторону, подальше от ушей стражи, и вскоре услышали шаги. Наш враг замер напротив, прекрасно понимая, что стража нас не слышит, но видит. И если что, стражники скажут, что гость напал на уважаемого человека.
— Я слушаю вас, юноша, — холодно сказал Черновей.
— Не надо притворяться, — процедил я. — Это ты пытался пройти через грань. И твоя подельница меня ограбила. Где книга?
— Какая книга? — Черновей вытаращил глаза. — Вы заблуждаетесь, молодой человек. Слишком много выпили вина? Хмель ударил в голову? Я — придворный чародей, меня все здесь знают. А вот кто вы такой? Голодранец.
Я сжал кулаки, и если бы ладошка Хельги не опустилась на плечо, показал бы Черновею, кто из нас голодранец. Но сейчас надо было отступить. Слишком много глаз, и я по-прежнему не желал портить свадьбу Марфы.
— Увидимся, — бросил в лицо и пошел прочь.
— Обязательно, — долетело в спину.
Эта тварь не отступится. Значит, встретимся. Ну а сейчас мы с Хельгой вышли за ворота. Пора возвращаться домой.
— Не нравится мне это, — прошептала моя спутница.
— А мне-то как не нравится, — согласился Васька. — Но сейчас Веник поступает правильно. Считай, что мы совершаем тактическое отступление. Да, наш враг силен, но он человек, и мы знаем, где его искать. Это лучше, чем тот же Кощей. С ним сражаться — только время тратить. Зови коня, Веник. Я устал, хочу баиньки.
— Сивка Серебряное копытце, появись передо мной, — позвал я, и раздался цокот копыт. Вот только я даже в седло не успел сесть, когда ощутил тревогу. Грань неспокойна.
— Надо быстро добраться домой, — подсадил Хельгу и протянул ей Ваську. — Кто-то снова тревожит грань.
Сам запрыгнул в седло, и Сивка сорвался с места. Было не по себе. Русик сам не сможет ничего сделать. Да, он тоже колдун, но в вороньем облике. Неужели Арина вернулась за зеркалом? Ведь без него книга бесполезна. Я сжимал поводья все сильнее, а конь пошел на снижение. Вот только мне показалось, что Сивка ошибся, и поляна не та. Причина? Избы не было.
Но сам конь не сомневался. Дождался, пока мы спешимся, и снова пустился вскачь. А мы остались на месте, где еще утром была избушка на курьих ножках.
— Мой шатер! — Хельга заметила белую ткань за деревьями и кинулась туда. Взмахнула рукой, и шатер встал на место, вот только в нем тут и там зияли дыры, будто кто-то драл когтями.
— Руслав! — в отчаянии звала чародейка. — Русик!
— Я чувствую его, — мурлыкнул Васька и прыгнул куда-то в чащу. Мы бросились за ним. Бежали со всех ног, пока не очутились на полянке с живой и мертвой водой. Видимо, Руслав хотел окунуться в источник. Не успел…
Ворон лежал на самом краю полянки, распластав крылья. Хельга глухо вскрикнула и опустилась перед ним на колени.
— Руслав, миленький, — кончиками пальцев коснулась вывернутого крыла.
— Живой? — Васька ткнулся носом в птичье тело. — Живой, но на грани. Веник, помогай.
— Что надо делать? — спросил я, чувствуя, как внутри нарастает ярость и боль.
— Сначала набери мертвой воды… Хельга, есть склянка?
— У меня набранная есть. — Чародейка будто вышла из ступора. — Веник, здесь твоя территория, и ты хранишь грань. Не дай ему уйти.
Она снова вытащила мешок из воздуха и протянулась мне пузырек. Второй остался у неё в руках.
— Сбрызни Руслава мертвой водой, — командовал Васька.
— А он не умрет?
— Веник, делай, что говорят. Брызгай.
Я послушался, капли упали на тело ворона, а Хельга уже протягивала мне второй пузырек.
— Теперь живую воду, давай.
Я вылил на Руслава весь пузырек, затем зачерпнул еще из источника — и снова вылил. Ну же, давай!
 
Ворон открыл глаза-бусинки. Хельга всхлипнула, подхватила его на руки и прижала к себе, а я отметил, что крыло выровнялось и срослось. Жить будет. Сам устало сел на землю и привалился спиной к стволу дерева.
— Руслав, — шептала Хельга, покрывая ворона поцелуями. Тот вяло сопротивлялся. — Как же так? Милый мой, хороший.
— Выходи за меня, — послышался тихий ответ.
— Что? — Чародейка замерла. — Руслав, сильно ударился?
— Выходи за меня, — каркнул ворон.
— Выйду, выйду, — ответила Хельга, видимо, решив, что он бредит, но ворона вдруг приподняло над поляной, выкрутило так, что я испугался, и на землю упал уже человек.
— Хельга? — уставился он на невесту огромными черными глазищами.
— Руслав? — всхлипнула она и кинулась ворону… бывшему ворону на шею. Ну вот, а я что говорил! Не обязательно жениться, надо согласиться.
— Эх, любовь! — Васька умильно вытер лапой морду, я подхватил кота на руки и так обнял, что тот закашлялся. — Пусти, Веник! Видишь, все живы. Кстати, Русик, твоя одежда вышла из моды лет эдак пять назад.
Ворон резко развернулся, увидел нас и тихонько вздохнул. Он отстранил Хельгу, поднялся на ноги и подошел ко мне.
— Прости, Венислав, не уследил я, — сказал, опустив голову. — Здесь была Арина с лютым зверем. А пока мы бились, она в избу попыталась прорваться. Не знаю, смогла или нет. Не видел. Упал, потерял сознание, а когда очнулся, избы уже не было. Я попытался сюда долететь, но, как видишь, до источника не дотянул.
— Ничего. Спасибо, что пытался их остановить, — ответил я. — Но где же избушка? Неужели с собой увели? Если бы уничтожили, щепки бы остались, или что-нибудь еще.
— Кхм-кхм, — донеслось из-за деревьев, — вы уже налобызались, или мне еще подождать?
Руслав густо покраснел и отвел взгляд. Эх, какой впечатлительный! Зато Хельга казалась абсолютно счастливой.
— Ты что-то видел, Леший? — спросил я, и хранитель леса появился на полянке.
— Видел, — ответил он. — Избушка твоя от татей убежала, по лесу бегает. Я попытался её изловить, да только мне она в руки не дается.
— Понятно. Показывай, где видел избушку. Приманивать буду. Васька, пойдешь со мной. Хельга, присмотри за Руславом.
Заодно и поговорите без лишних ушей, подумал я, а мы с Васькой постараемся вернуть свое имущество. Затеплилась надежда, что Арина не добралась до избы, а значит, зеркало на месте. Леший повел нас через чащу. Васька сетовал, что в его пышной шерсти прибавилось колючек и травы. Пришлось подхватить кота на руки. Он тут же затих, а Леший вдруг остановился.
— Тут она, за деревьями, — сказал шепотом. — Я ближе подходить не буду, а то испугается и убежит.
И притворился зеленым пнем, а я опустил Ваську на землю и тихонько пошел по тропинке.
— Избушка, — позвал ласково, — это я, Веник, твой хозяин. Не бойся, иди сюда.
Послышался треск. Видимо, избушка не поверила мне на слово и решила уйти дальше в чащу.
— Ты что, милая? — увещевал я. — Испугалась? Бедная, хорошая. Злодеи уже ушли, Руслав их прогнал. И Васька здесь, ждет тебя. Давай, выходи.
Беглянка не сдавалась. Закурлыкала и зашагала прочь.
— Изба! — рявкнул я. — А ну живо сюда! Ты что, забыла, кто твой хозяин? Хочешь, чтобы я всю ночь тебя ловил? Так вот, не стану, и не надейся! Либо иди сюда, либо я найду себе другую избу, а ты живи в чаще, грязная, не метена, не топлена. Так хочешь, а?
Изба, похоже, задумалась, потому что хруст прекратился. Значит, замерла на месте.
— Избушечка, — я снова сменил тактику, — цып-цып-цып. Иди сюда, умница. Мы тебя вымоем, вычистим, новые занавески повесим. Хочешь?
Избушка робко выступила из-за деревьев, переминаясь с лапы на лапу. Я ласково погладил деревянный бок.
— Вот и хорошо, — прижал обе ладони к стене избушки. — Идем на место, там нас уже Хельга с Русиком ждут.