Власти твоей нет надо мной (СИ)

Это в какой-то степени и радовало, поднимая мужскую самооценку, которая и без того сильно не страдала, но и немного тревожило. Если девушка окончательно и бесповоротно влюбится в Ша, что я стану делать тогда? Нужна ли мне она здесь? Да еще и в столь сложной политической ситуации.
Раньше вопрос на этот вопрос был довольно четким и ясным, теперь же приходилось изрядно поломать голову, чтобы просто разобраться в том, че8го именно хочу я сам.
– Хм,–фыркнул Кет, демонстративно стряхивая несуществующую пылинку с плеча. Проигнорировать это было можно, конечно, но потом меня бы просто замучили намеками, а в этой игре против друга я не мог бы выстоять. Не тот уровень.
Так что внутренне приготовившись к неудобны вопросам, я все же решил отвечать прямо. Пока еще можно было выбрать.
– Что именно?
–Ты думаешь, что это верное решение?– мы вышли к завесе в том месте, где уже несколько дней рогатые пытались отбросить светлых и их приспешников без нашего участия. К общему удивлению, в лагере демонов царила тишина и относительный покой, словно никакого намека на боевые действия и не было.
– Пок сам не знаю, – тихо отозвался на вопрос Кета, понимая, что смолчать не получится, и с удивлением оглядываясь кругом. –Что тут происходит?
– О, гляньте-ка, кто явился,– капитан рогатых, выглядя вполне отдохнувшим, словно пребывал на курорте, а не на месте военных действий внимательно осмотрел меня с головы до ног. Темные глаза сощурились. – Кажется, одна сияющая стрекоза немного подросла.
Намек был бы весьма прозрачен, если бы остальные демоны, что сидели играя в кости прямо на земле, не глядели на меня также внимательно и подозрительно. Оставалось только пожать плечами и коротко кивнуть.
– Давно пора. Твои добрые друзья и соседи с нетерпением ожидали момента, когда можно будет выкрасть эти крылья из кладовых, и я рад, что теперь они в безопасности на твоей спине.
– Спасибо,– элементарная вежливость требовала поблагодарить Хилеера, хотя я надеялся, что мое новое положение хоть на какое-то время останется втайне. Словно почувствовав это, рогатый усмехнулся, показывая невероятно белые зубы, контрастирующие с темной кожей.
– Не переживай, Пес. Мы никому не скажем. Но очень надеюсь, что теперь ситуация переломится и в землях Неблагого двора все же наступит хоть какой-то порядок.
–Мы тоже на это рассчитываем. А теперь объясни, что именно тут происходит.
Обрисовать обстановку демону удалось за пару минут. Оказалось, что после моего ухода, после того, как на поместье напали и Кетудриавиль разнес едва ли не половину нападающих с той стороны, откинув врага далеко за линию завесы, с той стороны стояла практически полная тишина. Создавалось впечатление, что светлые ждали какого-то сигнала или призыва, но пока не решались нападать.
– Так что самым лучшим решением будет восстановить быстрее завесу, пока у нас такая тишина. Но есть мысль,– Хилеер задумчиво посмотрел на разрыв, что переливался неровной кромкой, –что кто-то все же пробрался на вашу сторону под шум боя. Уж очень все это подозрительно.
– Даже если и так,– Кетудриавиль потянул носом воздух, словно могу учуять чужое присутствие с этой стороны. Это было не исключено, но за последнее время с равновесием происходило столько изменений, что скорее всего, Ша в этот раз не справился бы,– лучше искать того нарушителя в одной закрытой коробке, чем шастать по всем соседним и надеяться не упустить его на выходе.
– Зашиваем? – уточнил я, раскидывая крылья, и чувствуя, как за спиной гудит сила, требуя выхода. Может, это на самом деле было не самым разумным решением, так долго откладывать принятие наследства. ** 
Дни побежали с какой-то невероятной скоростью. Мне казалось, что ничего не происходит, но вдруг в какое-то утро обнаружилось, что я успела вымести все листья из коридоров. Минуло еще несколько закатов и рассветов, как Корица полностью восстановился, а на чердаке, под солнечными лучами, что грели несмотря на позднюю осень, появилась небольшая мастерская.
Отыскав в ящиках мотки цветных ниток, я довольно долго просидела над ними, восхищаясь нежными цветами, пока меня не отыскал Мукеш.
 
– Что делаешь? – гоблин забрался куда-то в дальний угол, выудив из завалов кочергу. Дворецкий целыми днями бегал по дому, то меняя зеркала, то поправляя в каминах ему одному понятные камни.
– Смотрю. Такая красота, а тут в пыли валяется, – Корица примостился рядом на теплом деревянном полу, тихо сопя. Запустив руку в мягкую шерсть, я получила в ответ тихое довольное ворчание.
– Так сделай что-нибудь,– пожал плечами Мукеш, словно это само собой подразумевалось.
– Я не умею вязать. Точнее очень не люблю, – скривившись, я потянула за один из красивейших, нежно-розовых мотков. Да одних оттенков красного тут было не менее двадцати мотков. – И откуда это все здесь?
– Да уже пару веков хранится, никому не нужное. Мама моего господина как-то притащила. Зачем – никто не знает. Можешь брать. Хозяин тебе почти все разрешил.
Направившись в сторону лестницы, безразлично махнул рукой Мукеш.
– И что мне с ними делать? – растерянно перебирая в руках нити, почти в отчаяние спросила.
– Мне откуда знать? Хочешь, в библиотеку сходи. Там в женском отделе, среди книг госпожи Тенебрис, что-то было и об этом. Вдруг что отыщешь. А так сам решай,– и больше не отвлекаясь от своих важных дел на мои девичьи глупости, Мукеш ушел, оставляя меня в задумчивом недоумении.
Еще немного погревшись под косыми лучами солнца, льющимися в окно, я повернулась к Корице.
– Ну что, мой хороший? Пошли смотреть библиотеку?
Проведя среди множества красочных книг время до самых фонарей, отложив тонкую, но непривычно большую по формату книгу по рукоделию, я поняла что уже дней шесть не видела Ша. Нимед, после того как привел Корицу домой, больше не появлялся. По словам Мукеша, у фея было слишком много дел, а состояние достаточно бодрое, чтобы с ним справиться.
Отложив книгу, я задумчиво посмотрела на огоно, который. Кажется, вспыхнул в камине сам по себе. В этом поместье многое происходило без участия обитателей, и даже если в залах было тепло, это не мешало пламени весело гудеть в очаге, создавая уют.
– А знаешь, мой ветреный друг,– потрепав Корицу по голове, уже даже не нуждаясь в том, чтобы найти его взглядом, произнесла я,– один небезызвестный тебе Ша пренебрегает обязанностями хозяина.
Мине стоило только произнести слова, как в груди появилось какое-то напряженное ожидание. Мне было нужно увидеть Нимедасофера. По телу прошла холодная волна, резко стало неуютно, тоскливо. Захотелось спрятаться в каком-то углу, чтобы со всех сторон чувствовать себя защищенной.
На фоне этих странных, таких неправильных и бессмысленных чувств, вдруг сбилось и дыхание. Воздух проходил в горло со свистом, короткими, частыми вдохами, от которых тут же закружилась голова. Понимая, что мне не справиться самой с накатившей внезапной паникой и ужасом, я нервно дернула Корицу за ухо:
– Мукеш,– сипло, с надрывом произнесенное имя было трудно разобрать, но я надеялась, что сильф достаточно умен, чтоб сообразить.
Видя, что Корица не двигается с места, похоже, пребывая в недоумении, я еще раз дернула за незримое ухо, постаравшись произнести четче, весомее.
– Мукеш! – горло вдруг сдавило спазмом. Я могла сделать вдох, но воздуха мне все равно не хватало, словно я заперта в каком-то глухом подземелье, где просто нечем дышать.
Корица дернулся, выскакивая из библиотеки. Стараясь как-то успокоиться и не отвлекаться на блики огня в камине, я прикрыла глаза. Задача была только одна – успокоиться.
Не знаю, сколько именно времени прошло, но я резко дернулась, почувствовав на своей щеке чью-то руку. Распахнув глаза, едва не свалившись с кресла, я , вновь задыхаясь, смотрела в синие глаза Нимедасофера.
Ша выглядел обеспокоенным куда сильнее, чем обычно. Нагнувшись практически к самому моему лицу, фей словно пытался отыскать какой-то ответ. И, кажется, то, что он там обнаружил, его вовсе не порадовало.