Князь тьмы по призванию! (СИ)
Откинув в сторонку плащ, светлокожая девушка в обтягивающих, черных, латексных одеждах, спизженных из секс-шопа, не поднимая головы, перед собой кладёт два клинка, спрятанных в ножнах.
Так, ситуация, мягко говоря, неожиданная. Я не против секс игрушки на свободное время. Вот только в дальнейшем нашем общении, когда она поймёт, что пред ней не владыка демонов, а охранник из ночного клуба. Пусть и элитного, пусть и с грязным прошлым до клуба, но всё же… Как тогда мне поступить?
— Ты обозналась. Я никакой не князь, уходи.
— Не прогоняйте! — Подняла голову, со слезами красного цвета на глазах, крикнула извращенка в латексе. — Если я не могу служить князю, то позвольте служить тому, кого я сейчас вижу пред собой!
Чёрт, вот заноза в заднице. Она опасна, а с другой стороны, полезна. Да и о Дьябло как-то пронюхала. Мне нужны ответы, союзники, блин… Из-за поворота показалась пьяная, шумная компания. На пути которой, на коленях, стояла баба извращенка, ящик коктейлей Молотова, и я…
— Ладно. Хочешь служить — служи. А пока проваливай, остальное обсудим завтра.
Глава 11
Мы с поклонницей настоящего Дьябло благополучно расходимся. Ни о месте встречи, ни о времени разговора не было. Она, поклонившись, продемонстрировав всю плоскую себя, просто смешалась с тенями зданий, а я, забрав масло, вернулся в мастерскую. В распоряжении моём имелся ещё как минимум час. Следовало проверить камни времени Арии, подчистить мастерскую от самых наглых таракашек и, по возможности, если получится, убедиться в том, что Катрин в безопасности. Но до этого нужно придумать и объяснить появление масла. Деньги то я у себя спрячу, а вот с ним…
— Люциус, это вы? — Бесшумно, словно профессиональный воришка, подкралась сзади Катрин. Кажется, я много чего не знал об этой барышне. Несмотря на то, что она выглядела как простая, светская дама необычайной красоты, эта женщина очень быстро и легко выбила забаррикадированную дверь при помощи всего одного заклятья. И теперь, будучи неуверенной кто в её лавке, вооруженной волшебной палочкой, умудрялась сдерживать свои эмоции и ауру под полным контролем.
— Простите, если разбудил, госпожа Катрин. — Меня застали врасплох, коктейли спрятать не успел, поэтому оставалось надеяться, что она не догадается, что это и для чего используется.
Крутанув магический камень на вещице, напоминавшей подсвечник, женщина в тоненькой, просвечиваемой от лампы ночнушке с облегчением вздыхает. Окружавшая её аура меняется в положительную, благосклонную ко мне сторону.
— Нет, не вы, на улице кто-то кричал, и я распереживалась. А где колокольчик? — Светит сначала на двери, а после, прямо мне под ноги, на ящик, Катрин. — Боже правый, нас что хотели поджечь?
Чёрт, мало что сильная, красивая, так ещё и умная.
— Нет, не нас, понимаете, там соседи…
Женщина нахмурилась, громка топая по полу босыми пятками, глядя прямо в глаза, сближается со мной на опасную дистанцию, такую, что её выступающие из-под прозрачной ночнушки соски вот-вот упрутся в меня.
— Пожалуйста, не врите! — Взгляд её серьезных глаз не пережить. Ну не могу я ей врать, хочу казаться для неё героем и мужчиной мечты…
— Да, нас пытались поджечь, но пусть вас это не тревожит. Пока я здесь, и Ария позволяет мне свободно перемещаться, никто вам двоим не навредит. Клянусь, я…
Поднявшись на цыпочки, Катрин одаривает меня коротким, сладким поцелуем. После чего, опустившись на пяты, таки грудью своей упирается в меня, заставляет от неожиданности податься назад и спиной упереться в стену. Облизнувшись, чувствую на губах приятный сладостный вкус с ароматом свежей мяты. Приказ Арии действовал, я хотел схватить смущённую своим поступком Катрин, сорвать с неё последнюю одежду, сделать то, о чём ещё даже и не мечтал. Но приказ действовал, и, если я решу ему сопротивляться, наверняка обращусь в огромное, четырёхрукое чудовище.
— Ария и эта мастерская — всё, что у меня есть. Люциус, спасибо. — Вновь губами тянется ко мне Катрин, в этот раз поцелуй более настойчивый, страстный, она запускает язычок в мой рот, шалит в надежде, что я подхвачу, отвечу, сделаю хоть что-нибудь с её горячим телом. Но я не могу… Всё внутри кипит, бунтует, я хочу, но не могу!
— Люциус, я, должно быть, сделала что-то лишнее. Может, не так поняла ваши слова, произнесённые вечером. Мне казалось…
— Ария приказала не лезть к вам. Я хочу, но тело меня не слушает, ничего не могу с собой поделать, Катрин я…
Палец женщины касается моих губ. Взгляд этих вечно добрых, голубых глаз в корне изменился, так же изменилась и её аура, став точной копией той, что я видел вечером, перед тем как меня загнали наверх. Жадность и ненасытность, желание использовать полученный момент на максимум.
— Молчите, Ария не должна нас услышать. — скинула с себя ночнушку похотливая женщина. Глазам моим открывается вся, полностью обнаженная и прекрасная дамская красота. Длинные волосы цвета спелой пшеницы. Облегая плечи, большую женскую грудь с не менее большими, круглыми сосками, из-за моего тяжелого дыхания, они колышутся в области бёдер и… Лобка. Выбритого словно у выпускницы. Катрин ждала меня, готовилась, и я хотел её, хотел сделать хоть что-то, но не мог.
— Расслабьтесь, Люциус, — Расстегивая мой ремень, запускает руку мне в штаны Катрин, — Я способна всё сделать сама… ой… а… а что это… — Схватив моего удава, резко отпускает того Катрин. Её растерянность граничит с непониманием. Присев на коленки, та стягивает мои штаны и жесткий, окаменевший кол выныривает прямо у её красивого, аристократического личика. Через член, разделяющий её лицо на пополам, я вижу два огромных, округлившихся от удивления синих глаза.
Подняв левую руку, поглядев на свой мизинец, Катрин вновь смотрит на мой член.
— Неужели и такие бывают… — Ладошка её аккуратно коснулась головки, затем, словно проверяя настоящий ли он, тиская пальчиками двух рук, прошла до самого основания. — Настоящий значит. Ещё и такой активный, твёрдый, ха-ха, подрагивает, когда я касаюсь головки… Такой милый.
Катрин, хватит говорить столь постыдные вещи, находясь в такой позе. Я сейчас от прикосновений кончу!
— Люциус, вы можете пошевелиться или отойти в сторонку, паралич вас не охватил? — резко соскочив с темы, спрашивает Катрин.
— А… Нет. Вроде могу.
— Ясно, тогда подождите, я сейчас.
Тихонько, на пальчиках, будучи довольной, виляя своей голой, упругой попкой, Катрин из спальни прямо в прохожую зачем-то выносит одеяло, кидает его на пол, а после, внезапно заметив, что витрины не задернуты, испуганно кидается к ним. Плотные шторы тут же закрывают нас от улицы, защелкивается щеколда на дверях.
— Хух, Люциус, вы бы тоже об этом могли подумать. — Глядя мне в глаза, сердится Катрин. А я… А что я, я не могу перестать пялиться на её сиськи, на поблёскивающую в свете свечи соки, сочащиеся из её промежности. — Какой нетерпеливый фамильяр. Ложитесь на спину. — Указав рукой на одеяло, повелевает вторая госпожа и я тут же подчиняюсь. — Люциус, не о чём не переживайте. Сейчас, я благодарна вам и хочу отплатить вам за добро не меньше, чем вы хотите воспользоваться моим телом.
Раздвинув ножки, Катрин становится на колени, повиснув надо мной, расстегивает пуговицу, стягивает с меня штаны и киской своей гладко выбритой садится на ногу, чуть выше колена. Я чувствую исходящий от её зада жар, бегущую по ноге натуральную смазку.
— Времени не так уж много, но мне бы хотелось получше изучить эту штуку. — Взявшись руками за член, Катрин, с язычка, на головку пускает тоненькую струйку слюны. Осторожно размазывает и увлажняет гиганта по всей его длине. — Наверное, сейчас вы думаете, что я конченая извращенка, шлюха, вы в праве так считать, но скажу вам честно, в моей жизни до сего дня был лишь один мужчина. Мой бывший муж…
— Это он так обошёлся с Арией? — Пусть вопрос и был не уместен, но я просто не мог его не задать. Катрин промолчала, её лицо было прекрасно даже в печали. Кивнув, подтверждая, что именно отец Арии избивал её, она снова о чём-то задумалась, отвела взгляд в сторону лестницы.