Вы найдете это в библиотеке

— Пожалуйста. Это вам.
В ее руке лежала круглая поделка из войлока. Синий шарик с пятнами зеленого и желтого цветов.
Это глобус?
— Какая прелесть. Это вы сделали, Комати-сан? Дочка обрадуется.
— Это бонус для вас.
— Что?
— Бонус к книге. К «Лунным вратам».
Я не очень понимала, о чем она говорит. Пока я в замешательстве не знала, что ответить, Комати взяла в руки иголку.
— Что мне нравится в валянии из шерсти, так это то, что можно по ходу дела изменить свою задумку. Даже если работа почти завершена, когда приходит в голову, что можно сделать иначе, все легко исправить.
— Вот оно как. То есть можно сделать совсем не то, что изначально задумал.
Комати молчала. Она продолжила втыкать иголку в шерстяной шарик. Судя по всему, разговор со мной подошел к концу.
Она ясно дала понять, что ее консультация завершена, поэтому я не смогла больше ничего сказать, спрятала глобус из войлока во внутренний карман парки и вернулась в детский уголок.
Нодзоми читала вслух книжку для Футабы. Я решила, что еще чуть-чуть воспользуюсь ее добротой, и пошла искать «Лунные врата».
Это была голубая-голубая книга с расплывчатым изображением белого месяца на облаке. Но не только обложка была голубого цвета. Верхние, нижние и боковые поля, а также корешок, иными словами, вся поверхность страниц была голубого цвета. Не темно-голубой, не яркий, но при этом глубокий цвет. Открыв книгу, я обнаружила, что форзац иссиня-черного цвета, словно покрашен чернилами. Мне показалось, что я читаю в ночи. Когда перевернула страницу, взгляд привлек иероглиф «мама».
В мире предсказаний луна имеет несколько значений: мать, жена, события из детства, чувство, тело, изменения.
Выходит, луна обозначает мать и жену?
Часто говорят: «Мама как солнышко в нашей семье». В том смысле, что мама всегда должна быть радостной и улыбаться. Мне показалось это неожиданным, поэтому я вернулась на предыдущую страницу и стала читать внимательно, написанное там показалось мне интересным.
Живот беременной женщины растет, продолжительность менструального и лунного циклов совпадают, поэтому женское тело ассоциируется с образом луны. В пример приводились богиня целомудрия и луны Артемида и святая Дева Мария, а также доводы, почему это одновременно символ и девственности, и материнства.
Интересно. Стиль повествования был изящным и понятным, текст читался легко. Я бы не назвала ее книгой о предсказаниях, скорее повествованием о близости человека к луне. На клапане суперобложки находилась краткая биография Юкари Исии, где она называлась не предсказательницей, а писательницей.
Мне показалось это очень правильным. Захотелось спокойно прочитать эту книгу, и я решила взять ее домой.
Вернувшись в детский уголок, я нашла книжки из списка на полках. В результате мы выбрали три, рекомендованные Комати, и «Босоножку», которую Футаба не хотела выпускать из рук. Нодзоми оформила нам читательский билет и вписала в него пять наименований.
— Я сама понесу!
Футаба натянула ботиночки на голые ноги и взяла свою книжку. Выходные были спасены благодаря сороконожкам и тараканам. Я почувствовала благодарность автору и издательству.
Еще одним открытием, которое я сделала, воспитывая ребенка, стало то, что дома невозможно сосредоточенно почитать. Я взяла «Лунные врата», но только в понедельник смогла пробежать несколько страниц в электричке по пути на работу.
Когда я была сотрудником в Mila, то могла спокойно читать книги за рабочим столом. Даже если они и не относились непосредственно к издательству, все равно могли стать подсказкой для какой-нибудь статьи.
Но с тех пор как меня перевели в информационный отдел, я не могла себе этого позволить. Мне совсем не хотелось, чтобы кто-то подумал, что я отлыниваю от работы.
Я села на свое место, пробежала глазами по стопке бумаг, и тут меня окликнули из коридора:
— Сакитани-сан!
Подняв голову, я увидела Кидзаву. Она работала в редакции Mila. Незадолго до того, как я ушла в декрет, ее перевели к нам. Она была примерно моего возраста, не замужем. Мы мало успели с ней пообщаться, так как меня отправили в другой отдел, поэтому были почти незнакомы. С одной стороны, мы совсем немного проработали вместе, с другой — мне было сложно сойтись с ней характерами, она казалась чересчур отстраненной.
 
Пока я была в декрете, Кидзава стала заместителем главного редактора. Поговаривали, что она была на хорошем счету и на прежней работе в новостном журнале и что директор нашей компании сам переманил ее к нам. Она же теперь работала и с Мидзуэ-сенсей, наверное, именно по этой причине я прониклась к ней уважением.
Кидзава передала мне лист бумаги.
— Нужно вот это заказать.
— Да, конечно.
Я взяла список из рук Кидзавы. Это был каталог брендовых сумок. Наверняка она не стала входить в наш кабинет и попросила меня выйти именно затем, чтобы не вызвать недопонимания у наших сотрудников. А вдруг она пришла, чтобы намеренно показать, чем им приходится заниматься в Mila?
— Можно попросить сделать это на неделе? — ровным голосом спросила Кидзава.
У нее под глазами мешки. Свободный трикотажный свитер и джинсы, растрепанные волосы собраны заколкой на затылке.
Судя по сегодняшней дате, предпечатная подготовка журнала должна быть завершена. Наверное, и удобная одежда с расчетом на то, что придется работать всю ночь.
Я почувствовала, что у меня на душе сгущаются тучи. А ведь я раньше была в таком же положении.
— Да, думаю, успеем.
Чтобы скрыть волнение в голосе, я нарочито бодро спросила:
— Сегодня сдаете в типографию?
Кидзава чуть пригладила рукой волосы.
— А, да.
— Здорово. Редакционная работа вдохновляет.
Я сказала это, просто чтобы поддержать беседу. Но Кидзава на мгновение отвела взгляд, а потом неловко рассмеялась.
— Но я все время на работе, почти дома не бываю. А когда не успеваю на последнюю электричку, приходится ехать домой на такси за свой счет. Мне тоже хотелось бы хоть раз уйти домой вовремя.
Что-то кольнуло в груди. «Мне тоже?»
— Хотя дома-то меня никто не ждет. Грустно.
Кидзава говорила с болью. Я ничего не ответила и только вежливо улыбалась.
Ее слова прозвучали так, будто она завидует мне. Хотя, вероятно, такие мысли приходят мне на ум, потому что на душе неспокойно. Ведь это я безумно завидую тому, что Кидзава может вкалывать до потери пульса.
Мне хотелось ей сказать: «Раз хотите возвращаться домой пораньше, вы же можете просто уволиться. Вы же сами выбрали эту работу, потому что она вам нравится».
Но ведь это же относилось и ко мне самой. Я сама выбрала свой путь. Я решила родить и воспитать ребенка.
Неужели нельзя было мечтать об этом? Неужели это и правда роскошь — продолжать работать, когда у тебя семья? Неужели я не могу даже пожаловаться?
Я просто молча стояла, когда Кидзава вдруг сказала:
— А, вот еще что. Завтра будет творческая встреча у Отикаты-сан.
Вдруг на сердце потеплело. Мидзуэ-сенсей?
— Мы сейчас с ней не работаем, поэтому обязательств никаких нет. Главный редактор говорит, что стоит хотя бы сходить поздороваться, но я и без того занята. Может, вы сможете?
— Да, я обязательно схожу!
Кидзава даже вздрогнула, когда услышала мой заинтересованный возглас.
— Хорошо, тогда рассчитываю на вас. Все детали пришлю мейлом. Я тогда напишу начальнику информационного отдела, что это задание главного редактора, — последние слова она произнесла, уже повернувшись ко мне спиной и шагая по коридору.
Неважно, что обо мне думает Кидзава. Я просто благодарна, что она обратилась ко мне. Теперь я смогу встретиться с Мидзуэ-сенсей. И это выглядит как задание редакции. Ведь я ее бывший редактор.
На следующий день в обеденный перерыв я отправилась в книжный и купила последнюю книгу сенсея. Ее продажи только начались. Наверное, и творческая встреча к этому приурочена.
Мероприятие должно пройти завтра в одиннадцать утра в отеле.