Месть (СИ)
При этом, жратва в забегаловке была не веганская ни разу. Но я сразу понял — маскируются, гады, под приличных людей. А на самом деле всякие стейки и колбаски — трава гадкая. Или были её когда-то, стопроцентно.
Сама же корпша… блин, выходило, что она меня и вправду клеит. Выспрашивала, слушала в пусть и достаточно безэмоциональной, но «ух ты, какой ты замечательный Краб!» форме. И пару раз ладонями со мной встретилась, типа случайно.
Я даже сел, слегка боком — в таких раскладах, ежели корпша захочет поелозить мне по интимному туфелькой, то учитывая её шпильки-иглы и общую «замороженность» как бы мне без этого самого интимного не остаться.
Так-то медотсек Кистеня подлечит. И даже я сам смогу, колдунством. Но вот как-то обогатить свой чувственный опыт ещё и вонзанием корпской шпильки в ценные крабские детали я не испытывал никакого желания, так что примостился на стуле слегка боком.
Впрочем, учитывая что стол, в общем-то, был тоже стеклянным, корпша свой флирт да травм ценного меня не доводила. Более того, я постоянно сомневался и был до конца не уверен, что это флирт, а не такая кривая манера общения, принятая среди веганов. Типо сожрала стог травы, уничтожила несколько тысяч человек и пообщалась с непричастным Крабом в дурацкой манере.
Но пожрать вскоре закончилось, а Септерша, перед этим хлопавшая ресницами, физиономию сделала собранную и начала оглашать, что гадским веганам из-под меня и Клешни надо.
Как вдруг, от какого-то столика, вихлястой походкой, подвалил какой-то… ну не совсем женоподобный, скажем так, ухоженный и бесполый хлыщ. Вот реально, рожа не мужская-женская, и даже не пидорская, а какая-то усреднённая. И высокий, за два метра, но тощий и узкоплечий. Хлыщ, как он есть, в общем.
И вот, этот хлыщ, подваливает к нашему столику, кладёт свою граблю корпше на плечо и с улыбочкой выдаёт.
— Привет, Хэл. А ты наконец завела себе игрушку? — небрежно кивнул он в мою сторону. — Ничего себе образец, фактурный. Слушай, хватай его и давай с нами…
И начал хлыщ нести какую-то херь, про вечеринку и прочее. Септерша, кстати, кроме миллиметрового кивка этого типа вниманием не почтила. Он трындит, она со скучающей физиономией ждёт, а я сижу и думаю, а делать-то мне что?
Так-то мне эта корпша нахер не сдалась, на потянуть время, разве что.
И тут хлыщ мои сомнения развеял. Повернул свою морду трансгендерную в мою сторону и выдал, под наконец-то сморщившуюся физиономию Септорши.
— Погуляй пока, можешь выпить что-то, я оплачу…
— На хуй пошёл, — вежливо оттопырив палец (ну, мизинцы мы не обучены, так что средний), озвучил я.
— Что?!
— Ещё и глухой. На хуй. Это такой репродуктивный отросток. Но не мой — я женщинами с хером не интересуюсь. Так что ступай и ищи какой-нибудь другой хуй. А мы тут деловую встречу проводим и твоя невзрачная рожа явно излишняя. Мне же его убивать не надо? — уточнил я у корпши, которая, пусть на секунду, по-настоящему улыбнулась, но тут же вернула снобскую физиономию и помотала головой.
Правда слегка нахмурилась, но мне было не до её хмуров — хлыщ банально хамит и мешает делать дело.
— А ты наглая игрушка, — изрыгнул хлыщ. — Проучу тебя, пожалуй.
И махнул своей хлыщавой ладошкой, от которой я даже не отдёргивался — не достанет. И, через секунду, валялся в паре метров от столика, с горящей щекой и пастью, заполняющейся кровью. Это, блядь, вообще — как?! Меня, клешнястого Краба, пощёчиной в рожу?! И кто? Хлыщьё!
А главное — как? Он, блядь, НЕ ДОСТАВАЛ меня, вот никак! Хм, модификант? Вытянутая рука или киберусиление? Возможно, но надо хлыщавую рожу подпортить.
Хлыщ, впрочем, тем временем, вихляющей походочкой приближался ко мне. И тут был, вне зависимости от его модификаций, не просто шанс. А уверенная победа.
Дело в том, что мы с Нади пристально разбирались в боевых стилях. И, распространённый по всей галлактике субакс, оказался стилем охеренным, отработанным не тысячами, а миллионами лет стилем… боя в невесомости. Невозможность отрыва двух ног одновременно, ограничение на вложение в удар всей массы. Много совершенно естественных и понятных, вбиваемых в рукопашников с самого начала, навыков.
А вот карате, а уж тем более то смешение, что я использовал, этого было лишено. И в невесомости, с ботинками на магнитной подошве, я и без противника улечу нахер. Но, при весе, с учётом доведённых до максимума возможного физических кондиций — я модификантов уже пинал. Не тянут, раки шпигованные.
И вот, хлыщ прётся ко мне, видно ходилками своими подлючими пинаться. Только без отрыва ноги, с его походочкой, а главное — массой, быть ему отпижженым. Он хоть и модификант, но человек.
Довихлялся хлыщ до меня, ластой своей дрыгнул, промазал, поскольку я рывком ноги и корпус поставил стоймя, отработав по неустойчивому (но реально гибкому, чуть не устоял, паразит!) хлыщу ногами, руша его на пол. Хлыщ сгруппировался, грабли его реально вытянулись, сантиметров на двадцать, но я прыжком на него вспрыгнул и в стекло пола мордой впечатал. Всё же, тот же Дживс, был побыстрее и попрочнее хлыща, хоть и без вытягивающихся рук.
Ну а на спине, захватил его физиономию, и офигел. Я, стоя коленями у него на спине, ухватил за подбородок и затылок. Шею ему ломать, наверное, не стоило, но напугать — самое то.
Так вот, я сам чуть кирпичей не отложил, мать его! Вращаю бошку на сорок пять градусов — сопротивляется, но преодолимо. Пятьдесят — нет сопротивления. Семьдесят — таже херь! И только на девяносто почувствовалось сопротивление позвонков! А зрелище — реально, крипота и обосраться можно! Лежит на пузе хлыщ, голова у него повёрнута на девяносто градусов, а он подлюка на меня глазами лупает!
На это моё безоговорочное крабское доминирование ко мне рванула парочка явных телохранителей, которые после моего честного предупреждения, остановились. И даже ласты с оружия убрали: видно дорога шейка хлыща им была чем-то.
— В общем, иди нахуй к вон тем придуркам. И не мешай важным людям заниматься деловыми переговорами, — веско сообщил я крипово повёрнутой голове. — За следующий косой взгляд в свой адрес — я тебя и твоих хуеносцев просто пристрелю и буду прав. Доступно?
— Дс-с-ссшкх-кх-о-о, — стало мне ответом, поскольку хоть позвонки и были целы, но трахёю хлыщу передавило.
Ну а я встал, галантно вытер морду прозрачной скатертью с ближайшего стола, ну и с рукой на лазернике отслеживал хлыща и хлыщехранителей. Позыркали, но свалили. Видно, хлыща лечить — как бы его не намодифицировали, думаю без последствий вращение головой не обошлось.
— Примите извинения, капитан Дрей, от компании Вега, за этот инцидент, — выдала корпша с ровной миной, но посвёркивая глазёнками.
— Принимаю, — отмахнулся я. — Мог бы просто проигнорировать это убыточное творение ближайшей робофабрики, — на что собеседница прыснула в бокал.
— Мда, капитан. Впрочем ладно, перейдём к делу…
И вывалила на меня Септерша такой, довольно… странный расклад. Точнее цель контракта — самое ценное, что может быть. Информация. А вот переться за ней предстояло в соседний сектор, заниматься какой-то хернёй, слов других нет.
То есть, в соседнем секторе некие шахтёры нашли склад археотеха. Резонно опасаясь, что местные толстые корпы всем кагалом объявят добывающей фирмочке войну, направились «торговать находки» в соседний сектор. Пассажирским, едрить их в дышло, лайнером! В составе одного человека! Просто писец, блин.
И продал на Центральной этот посланный веганам весьма любопытные носители информации. На которые у них слюноотделилось. Да вот беда — планета в Жопе Сектора соседнего, где местные корпы радостно разнесут нахер корпоратский корабль. А наёмники… вот охереть, Вега мне, вишь ли, «доверяет»! Вот я умный и замечательный, достану и ничего не утаю. А вот остальные — казлы.
Херь какая-то безблагодатная, а не контракт, серьёзно задумался я.
— Скажите, госпожа Септер, вас же интересуют именно технологии, в плане информации?