Моя воля (СИ)

Сплетённые на кровати тела вызвали приступ болезненной безысходной ревности.
— Это не правильно, — всхлипнул вдруг знакомый женский голос. Сафира с удивлением узнала Альяру, присмотрелась. Конечно, Лунар никак не мог быть в Роге! Кьяф. — Она хотела сделать тебя отцом своего ребёнка.
— Мы не можем ждать вечно. Если понадобится, я готов исполнить долг перед Рогом. Но ты же знаешь. Сафира никогда…
— Знаю, — вздохнула Альяра. Предводительница улыбнулась. Сблизились на почве её отсутствия? Хоть что-то хорошее.
Тоже вздохнув, оглянулась. Очередная картина в очередном зеркальном выходе привлекла внимание, снова заставляя смотреть туда, на чужую, недостижимую теперь жизнь.
 
 
Твоё высочество
 
Одиночество
 
Как пророчество
 
Не уйти
 
Дни невзрачные
 
Души мрачные
 
Сны прозрачные
 
На пути
 
Тени вязкие
 
Силы красками
 
Ночи страстные
 
Расцвети
 
Вдохновение
 
Озарение
 
И последнее
 
Ты прости…
 
 
Такой родной, любимый голос, выворачивающий душу перебор струн — Сафира не могла на это смотреть, не могла слушать, сердце рвалось на части от того, как бесконечно он далеко, навсегда утрачен…
— Ну как ты? — мягкий голос Китильи. Предводительница узнала палату, полулежащую в подушках Лиссанну. — Твой спаситель всё спрашивал…
— Спаситель? — удивилась Лиссанна. Китилья говорила и что-то параллельно смотрела в чёрном прямоугольнике — таком же, как у Густа и Лунара.
— Неужели ничего не помнишь?
— Аннель помню. И Сафиру, её дочь. Как меня отшвырнуло во второй осколок. Значит, они всё-таки где-то как-то соединяются…
— Сколько их всего?
— Мне известно три.
Три?! Сафира прислушалась, боясь упустить хоть слово. Как это три? Китилья вопросительно кивнула, ожидая.
— Левой вышки, Правой и Центральный. Думаю, некогда в них хранили фитарели предводители… или как они тогда назывались? И куратор проекта.
“А это кто такой?!” — изумилась Сафира. Китилья кивнула, словно поняла. Ну, наверное, логично. Кто-то должен был за всё отвечать. Наверное, после войны марагов с лиарами про то, что когда-то имелся и такой, обе стороны предпочли забыть.
— Дэм… — пробормотала Китилья. — Смотри. Мараг и Лиар — это же так звали тех, кто отвечали за работу вышек.
Три. Сафира прислушалась, пытаясь объять всё доступное пространство. Если первые два были в её Роге до того, как Левый попал к Адаму Хэлу, то, возможно, и третий тоже где-то здесь? Сосредоточилась.
Тёмной гудящей массой воспринималось Хранилище — Сафира чувствовала всех, кто там томится, их тоску, безысходность, почти ненависть. Где-то далеко, на грани восприятия звенел Левый осколок — наверное, при желании девушка могла бы увидеть и зал Хэла. Только желания не возникало.
Предводительница наново пересмотрела всё, что могла, пытаясь поймать ещё один едва уловимый отклик. Даже если с самим зеркалом что-то случилось, должен же остаться карман пространства, в который оно вело?
— Пришла. Я здесь.
Сафира распахнула глаза, выискивая источник звука. Увидела словно замутнённую поверхность, с той стороны которой горел огонь. Бесконечный, всепожирающий, неугасимый.
— Мой осколок отлетел аж в Пустошь. Я долгое время думал, что Предел разрушен, — произнёс Данс. Сафира нахмурилась, пытаясь соотнести всё, что знала.
— Ты — координатор проекта?
— Не совсем, — девушке почудился горчащий оттенок в улыбке. — Он был моим хозяином.
— Не понимаю.
— В своё время я, скажем так, доставил немало хлопот в Нибалурре и был сослан работать на благо человечества. Когда ввели режим фитарелей — сначала якобы для защиты, потом для контроля… координатор счёл, что простой отработки некоторым из нас мало, мы должны ещё и полностью ему подчиняться.
 
— Как таких людей ставят в координаторы? — пробормотала предводительница.
— Таких, которые умеют удерживать власть, управлять людьми, не приемлют неподчинения? Только таких и ставят. В любом случае, мне удалось его победить.
— Как? Против того, у кого твоя фитарель, нельзя поднять руку.
— Молодцы, вы к этому пришли. Мы же понятия не имели, он держал мою фитарель в своём хранилище. Естественно, я попытался её забрать, и даже вышло. Многие пошли за мной. Но кровь одного из тех, на кого настроено Хранилище, похоже, что-то повредила.
— Замкнула?
— Наверное. Я смутно помню случившееся. Меня отшвырнуло сюда (или координатор напоследок постарался), мою фитарель — неизвестно куда. Понятия не имею, что там после этого творилось.
— Сначала Предвестников… эээ… операторов, по-моему. Закрыли в Хранилище, а потом… мараги передрались с лиарами.
— Из-за чего?
— Наверное, не смогли договориться, как жить дальше.
— Вполне возможно, — кивнул Данс.
— А твоя фитарель — там?
Данс качнул головой.
— Ты ведь знаешь, что случается с фитарелями. Они не могут существовать без того, от кого отделены, разве только в Хранилище. В обычных мирах фитарель сливается со своим хозяином, разделение возможно лишь в Пределе. Я исчез из Предела, а фитарель осталась в нём. Мой проводник был одним из первых, кто покинул ваш мир. Я чувствовал его, но не мог дотянуться. Энергия Эквило защищала мой карман от полного уничтожения, но связи ни с кем не осталось.
— Ты же научился выходить?
— Не сразу. Далеко не сразу. У меня было время подумать… обо всём. Я жил надвое, наполовину в прошлом, размышляя о событиях, ошибках, людях… и наполовину с крохотной частичкой своей души, следя, как ту носит по свету. Пока её не призвали обрядом, не спеленали чуждым телом, не заставили сражаться… непонятно с кем и непонятно за что.
Сафира сочувственно кивнула.
— Леста… мама Илиры… спасибо, что вылечила. Она нашла… ммм… моего проводника, выходила после ранений. Много лет часть моей души была подчинена обрядам, и вдруг женщина, которая совершенно ничего не знает… не спрашивает… и не требует. В некоторых случаях от проводников рождаются дети. Ну, вы знаете. Фаар такой же.
— Илира?
Данс кивнул. Такая же.
— И что? — нахмурилась Сафира, приблизительно представляя, о чём услышит.
— Знаете, жизнь с некоторыми людьми превращает в зверей. И наоборот. Жизнь с некоторыми превращает нас в людей. Несколько лет он — и я через него — жил в семье. Учился понимать и говорить, учился любить. А потом я увидел Рауля. Я, отсюда. Способный мальчик из мира Ведигар, Хэл поймал его проекцию в ловушку и заставлял служить. У него было то, что нужно мне — умение перемещаться без тела. У меня с моим проводником уже сложилась достаточно крепкая связь — за столько-то веков. Мы не общались, но я смог передать ему желание найти и освободить этого человека, в обмен на помощь. И нам это даже удалось. Рауль понял, где меня искать, смог пробиться в Пустошь, наладить контакт со мной. Но Хэл привёл к Лесте лорда по имени Такар. Им нужно было выяснить, где мой проводник и где… я. Обещали излечить ребёнка, но она ничего не знала. Так и оставили…
— Не поведаете, что случилось с его женой… Шейр?
— Примерно. Поначалу он не представлял, что она — не совсем человек. Думал, немного странная девушка-воительница. С детьми проводников тоже проводят обряды, иначе контролировать их развитие будет слишком сложно. Они же взрослеют совсем иначе. Подозреваю, лорд Такар рассчитывал получить с её помощью влияние на Хэла. А тот, в свою очередь, хотел перестраховаться. Наслоение обряда на обряд, и любимая жена не растворяется в пространстве лишь благодаря привязке и поддерживающей энергии. Это уже потом он начал изучать и экспериментировать.
 
— А вы с Раулем?