Моя воля (СИ)

— Вижу, вы нашли применение моему подарку, — раздался рядом тихий, невыразительный голос Тайра Квазо.
— Вы с нами? Отдохнуть или на работу? — хмыкнула Китилья.
— Всегда на работе, — отозвался глава “тайной канцелярии”. Лошадь под ним казалась столь же неброской, как и весь его облик — Сафира даже удивилась, настолько он не соответствовал собственному подарку.
— Они дополняют друг друга, правда? — Китилья окинула взглядом жеребца с Кадимом. Не понимающий разговора мараг криво усмехнулся в ответ, Сафира на всякий случай наложила дополнительные мысленные ограничения.
— Сегодня должно быть интересно, — произнёс Тайру, легко прикоснулся пальцами к шляпе в знак прощания и растворился в толпе.
— Поехали ближе к воротам, а то потом давка начнётся, все захотят встать рядом с государем, — предложила Китилья. Сафира повела плечами, но согласилась: всё внимание было обращено к замку, и она надеялась, что на неё оглядываться никто не станет. Следом за спутницей проехала немного назад, туда, где справа от королевских врат была открыта небольшая калитка для слуг.
— Смотри, Даар совсем не с той стороны, откуда его ждут, видимо, желает послушать сплетни, — Сафира проследила за взглядом Китильи и только потом сообразила, что так зовут короля. Он действительно появился не из парадного входа, а откуда-то из хозяйственных построек, и был одет в простой по здешним меркам серо-коричневый наряд.
— А кто это с ним? — сопровождающий в чёрно-коричневом показался Сафире чем-то похожим на самого короля.
— Неужели брат пожаловал? Я его ещё ни разу не видела, только наслышана. Фаар, бастард по отцу, — Сафира недоумённо нахмурилась, и Китилья объяснила: — внебрачный сын от другой женщины, признан отцом, но не имеет права претендовать на престол. Ни он, ни его дети.
Сафира никак не могла взять в толк, что это означает: все дети лиаров воспитывались вместе, кто бы ни были их родители. Но здесь, похоже, родство имело первостепенное значение.
— Впрочем, положение у него, насколько я знаю, неплохое, братья ладят, Фаар имеет большое поместье и играет не последнюю роль в политике, разъезжает по соседям с разными дипломатическими миссиями. Поехали навстречу, король всё-таки.
Китилья тронула поводья, Сафира последовала за ней.
— Только вы меня и ждёте, сударыни, — усмехнулся король, как-то нервно дёрнув щекой.
— Всегда, мой государь, — полунасмешливо отозвалась Китилья. — Не представите нас брату?
Король поднял бровь, но церемонно всех перезнакомил. Сафира едва не забыла, что она здесь Альяра — благо, напомнили.
— Ну что, можно ехать? — проговорил монарх, насмешливо оглядев тылы придворных, по-прежнему не сводящих ожидающих взглядов с парадного выхода. Там же переступал с ноги на ногу роскошный жеребец в изысканном убранстве. Король смерил взглядом мадам Кальян, в окружении нескольких дам тихо выражающую недовольство ожиданием. Даже неискушенная Сафира поняла, что в фаворитках той ходить уже недолго.
— Как скажете, ваше величество, — засмеялась Китилья. Король развернул коня, становясь рядом с ней, слегка нахмурился тому, что оказался немного ниже — гнараны были крупнее лошадей. Но, похоже, решил на время оставить этот вопрос открытым. Его спутник неожиданно занял место возле Сафиры. Предводительница покосилась, но промолчала, в ответ на попытку завести разговор привычно сообщила, что не знает языка, и мужчина поехал рядом, не предпринимая больше попыток заговорить.
Придерживаясь амплуа, король направился не к воротам, а к выходу для слуг. Сафира заметила, как Китилья слегка нагнулась к его величеству, и тот прошептал:
— Моя любимая ведьма, нет ли у вас ещё тех чудесных… ммм… пилюль?
Слова были Сафире незнакомы, тихий ответ Китильи она не услышала, но увидела, как спустя несколько минут та передала королю нечто маленькое, почти незримое. Решила, что сейчас не место и не время спрашивать, но потом нужно будет непременно узнать.
Фаар молча оглядывал окрестности, почему-то заставляя нервничать — не так, как Хэл, не вызывая острого ощущения опасности и тревоги, скорее интригуя.
 
Кадим и воины Китильи не отставали, в той же шеренге беззвучно пристроилась королевская охрана, тем самым ограждая от остальных придворных. Более внимательные и расторопные из них уже обнаружили, что происходит, поспешили занять ближайшие ряды. Сафира скорее почувствовала, чем заметила почти ненавидящий взгляд мадам Кальян и её подруг. Но местные перипетии ей были совсем не интересны, она поехала для иного. Понять бы ещё, где и что искать… Сафира окинула взглядом нежданного спутника, мучительно пытаясь придумать, о чём спросить. Может, зря сказала, что не понимает? Если он ездит по миру, наверное, должен много о нем знать.
— Вы к нам надолго? — опередила Китилья, обращаясь к Фаару. Сафира заметила, что король сидит прикрыв глаза и неестественно втянув щёки. Ей это всё больше не нравилось, однако местных законов и традиций она по-прежнему не знала, а снова предстать “посмешищем” не хотелось.
— Надеюсь, — отозвался Фаар, бросив проницательный взгляд на рыжую. Сафире показалось, что передача “чудесной пилюли” не осталась для него незамеченной. — Если у его величества нет на меня иных планов.
— Вы славно поработали, дорогой брат, — подал голос король. — Вполне можете не менее славно отдохнуть.
— Спасибо, дорогой брат, — слегка поклонился Фаар. Снова взглянул на “ведьму”: — Не подскажете, многоуважаемая Алтея, откуда у вас столь дивные создания? Я объездил почти весь мир, и нигде таких не встречал.
— Вы простите, ваша светлость, если я не стану открывать вам наших колдовских тайн? — лукаво усмехнулась Китилья. Сафира только удивлялась, как у неё так ловко получается со всеми пересмеиваться и определённо нравиться. Это почему-то злило предводительницу, никогда не умевшую легко общаться, особенно с ненавистными мужчинами.
Впрочем, она поймала себя на мысли, что не такие уж они и ненавистные, среди них попадаются вполне пристойные представители. Вот Фаар, например…
Сафира вздохнула. “Кого я хочу обмануть”. Зато она, наконец, придумала, о чём можно спросить. Ещё чуть-чуть поколебалась, имеет ли смысл сохранять маску непонимания, однако вспомнила о Тобе. Наверняка многие уже знают, что она вполне способна объясниться, скрывать смысла нет.
— Ваша светлость, — решилась, напоминая себе, что предводительнице не к лицу стеснение, а необходимо действовать. — Если вы так много путешествовали, вероятно, можете что-нибудь сказать о знаменитом кузнеце из селения на склонах Ломких Гор? — Сафира с трудом вспомнила название.
— Селение называлось Ручейки, — добавила Китилья, и предводительница снова мысленно вздохнула, осознавая, что такое огромное количество чужих названий и мест её разуму, привыкшему к тонкой полоске мира меж Препонами, слишком тяжело упомнить и постичь.
— А вообще, лучше спросить об этом у Тайру, — проговорила собеседница, прикоснувшись к амулету, очевидно, желая, чтобы их не поняли.
— Почему же до сих пор не спросила? — отозвалась Сафира на языке Рогов.
— После приёма я с ним не виделась.
Фаар, молча пережидавший разговор — Сафире на миг даже почудилось, будто он всё понимает, — иронично приподнял уголки губ:
— К сожалению, ни кузнец, ни селение мне незнакомы. Никогда там не бывал. Но ради вас, милые дамы, могу узнать у советников по внутренним делам — у них должно всё значиться. Если вы подскажете, что именно узнавать.
Фаар окинул Сафиру взглядом, снова вызывая ощущение неловкости. То, что он ничего не сказал по поводу её возможности общаться, с одной стороны нравилось, с другой — смущало. Предводительница в очередной раз отбросила ненужные эмоции, задумалась.
 
— Хотелось бы выяснить, с кем он сотрудничает, — Китилья снова успела раньше, — кто поставляет ему сырьё, у кого учился. В общем, по возможности всё, что сможете рассказать.
— Вам, очаровательная леди, предоставлю самый полный рассказ, — отозвался Фаар. — А по каким причинам вы им столь пристально заинтересовались?