Моя воля (СИ)

На кресле лежала выстиранная ночнушка — кусок обычной ткани, никаких узоров. Мечи — оба, и её и Лунара, — тоже обнаружились здесь.
Неожиданно для себя Сафира запустила руку в густой золотой поток — ей хотелось этого с того самого мгновения, как впервые увидела новый облик воина в зеркале. Воспоминания о Тайсе на миг омрачили, а в следующий предводительница уже улетала куда-то в глубину открывшихся синих глаз.
Ясная цветная энергия хлынула омывающим, очищающим потоком. Предводительница никак не могла остановиться, так хотелось заполниться силой — не только потому, что своей не хватало, но и от пробирающего, острого осознания, насколько же она истосковалась. По золотым искрам, скрывающим в себе столько цветов. По крепким объятиям, обжигающим прикосновениям, губам, которые заставляют все чувства сходить с ума. Горячим рукам, умеющим быть такими нежными, находить самые верные прикосновения, побуждая отвечать, раскрываться, желать… По необъяснимому доверию.
Сафира ощутила, что задыхается от переполнения, перед глазами танцевали золотые огни, и лишь тогда поняла, что задыхаться её заставляет не только вливающаяся энергия. Руки давно уже стискивают сильные плечи, выдавая стремление прижаться ещё крепче, стать ещё ближе, ощутить иррационально желанное и надёжное единение. Слышать горячее “Ты моя!”. И не иметь ни сил, ни желания возражать.
Тело словно жило собственной жизнью, вытворяя такое, чего Сафира и представить себе не могла. Стеснение и смущение куда-то испарились, оставалась лишь неизбывная жажда быть с этим мужчиной, разделить с ним несколько бесконечных мгновений счастья, ощущать его своим.
— Сумасшедшая… — пробормотал Лунар, обессиленно откинувшись на подушки. Тело ещё пребывало во власти наслаждения, но осознание уже начало возвращаться. Сафира села, схватилась за волосы, взглянула в зеркало.
Привычная густая волна — точнее, нет, непривычная, похоже, длиннее, чем раньше, под завязку наполненная золотыми искрами, так, что рубиновые просто терялись среди них. И, кажется, мелькали синие. И ещё какие-то. Сафира перевела взгляд на воина. Он что же, думает, она специально?! Хотела было что-то сказать, только как обычно не нашла слов.
На его губах играла лёгкая улыбка, хотя огоньков в волосах заметно не стало. Сафира нахмурилась: так он доволен, что ли?
Конечно, доволен, с чего бы ему быть недовольным. Энергии много, восстановится, а тут такая оказия — почему бы не воспользоваться?
Сафира решительно открыла рот, как в голове пронеслась тревога — похоже, исходящая от фитарели марага. Словно предупреждение. И в тот же миг сработал какой-то сигнал. Лунар резко поднялся, схватил что-то из-под подушки:
— Да! — глянул на Сафиру: — Извини.
Предводительница снова со смущением обнаружила, что не может отвести глаз, желая пересчитать каждую мышцу, провести по ним рукой. Воин вышел в ванную: девушка только услышала тревожное Китильи:
— Собирайтесь, быстро, уходим… рядом…
Сафира бросилась к ночнушке, с удивлением обнаружила, что та успела просохнуть, надела. Лунар выбежал из ванны, наскоро натянул брюки, начал что-то искать в шкафу — достал странную заплечную сумку, с которой прибыл. После вдруг обернулся к предводительнице.
— Оставаться здесь нельзя. Нужно перейти в наш мир. Там обсудим, как быть дальше. Прошу тебя, не возражай.
Девушка кивнула — оставаться здесь совсем не хотелось.
— А остальные?
— Потом решим. Может, подкрепление возьмём.
Лунар неожиданно подошёл, Сафира с удивлением обнаружила, что он снимает один из браслетов, о которых так и не успела расспросить. Протягивает:
— Пожалуйста, надень.
— Что это? — нахмурилась предводительница. Она же сама слышала… но не говорить же! Девушка сложила руки на груди в твёрдом намерении добиться ответа.
— Некогда спорить. Он защитит тебя.
— Ты говорил, через браслеты у вас проходят энергетические привязки. Не много ли для нас?
— Чтобы сложилась энергетическая привязка, их нужно настроить, активировать… собственно, привязать.
 
— Так зачем тогда он? Если не активирован?
— Это моя защита.
— Не понимаю.
— Потом просто снимешь. Он ни к чему тебя не обязывает.
— Ты прямо как Фаар.
Лунар поморщился, глаза сверкнули чем-то таким — заставившим дрогнуть. Сафира напомнила себе, что она предводительница, подняла подбородок, непреклонно произнесла:
— Или ты объясняешь, что это за браслеты, или я не надеваю!
— Хорошо. Это ливен-ра, мои свадебные браслеты. Все будут думать, что ты моя невеста, это защитит тебя.
— В вашем продвинутом мире?
— Где о таких, как ты, ходят только легенды. Роль моей невесты ни к чему тебя не обяжет, мы не будем проводить никаких обрядов. Просто снимешь потом, и всё!
Сафира ощутила, как в душе что-то дрогнуло. А если она не захочет снимать? И вообще…
— А твоя настоящая невеста возражать не будет?
— Надеюсь, — хмыкнул Лунар.
— Вот на неё и надевай!
— Пошутил я! Нет у меня никакой невесты, с чего ты так решила? Я же тебе уже говорил.
— Честно?
— Честно. Я не стал бы обманывать. Веришь?
— Хотелось бы, — пробормотала она. Еле пресекла нестерпимое желание спросить, кого же он тогда ищет. Как-то подвести бы, чтобы невзначай…
Раздавшийся грохот заставил прекратить терять драгоценное время на разговоры. Лунар бросил взгляд в окно, после — вопросительный — на предводительницу. Девушка протянула правую руку — раз уж у него тоже на правой.
Воин легко надел браслет, оказавшийся мягким, лёгший по плечу, словно оно не было намного тоньше руки воина. В душе поднималось какое-то странное, неясное чувство — описать его предводительница не смогла бы, а разобраться сейчас не успевала.
Грохот повторился — похоже, ломали ворота. Лунар подхватил сумку, метнулся к мечам, перекинул один Сафире — предводительница поймала, хотела надеть ещё что-нибудь, но здесь не было её вещей. Воин схватил за руку и бросился из комнаты как был босиком.
Вдвоём вылетели во внутренний дворик — ноги явственно ощутили переход от гладкого деревянного пола к ледяному земляному. Камни впивались в стопы, морозный ночной воздух сразу же вызвал дрожь.
Посреди двора Китилья что-то говорила своим стражникам. Рядом притопывал копытами взмыленный конь, валялся плащ.
Китилья оглянулась, окинула Лунара с Сафирой взглядом. Задержалась на браслетах, помрачнев, хотя и без того выглядела уставшей — волосы всклокочены, на лице сажа. Грохот не прекращался.
— Кадим? — спросил воин. Китилья отрывисто качнула головой, Сафира с удивлением прислушалась к фитарели. Мараг был абсолютно точно жив, если и ранен, то слегка, и похоже, летел куда-то. Не сюда.
Лунар забежал в стойло, вывел гнарана, стоявшего осёдланным. Сафира с некоторым недоумением наблюдала, как вытащил что-то из сумки, хлопнул животное по холке. Приглядевшись, увидела небольшой тёмный предмет. С руки воина соскользнула золотая волосина, животное всхрапнуло. В следующий миг Лунар резко стукнул его в круп, понукая взлетать.
Гнаран с недоумением повёл головой — Сафира пригляделась, высматривая искорку жизни внутри, — затем оттолкнулся, оторвался от земли, начал быстро набирать высоту. Стражники Китильи побежали к дому. Предводительница всё никак не могла понять, какие у спутников планы.
Сзади заскрежетало, наверное, вывалились ворота, Лунар достал из сумки ещё что-то почти незаметное. Сосредоточился, в руки полилась разноцветная энергия, собираясь между ладонями в переливающуюся, растущую сферу.
Слышался топот, возгласы, Сафира ощущала, какая мощь передаётся в пальцы воина, подошла, положила руку на плечо, помогая: ведь она забрала у него столько силы.
 
Лунар благодарно кивнул, энергия пронеслась лавиной — воин швырнул выросшую сферу вперёд. Обернулся.
Знакомые колебания, звук словно расходящегося, открывающегося пространства, которое стягивается отовсюду в одну точку. Преследователи на миг притихли. Лунар схватил обеих девушек, подтолкнул впереди себя, не выпуская руку Сафиры. Вспомнились объяснения, что в портале они с Кадимом могли бы погибнуть — предводительница сильнее вцепилась в его ладонь. Раздался короткий приказ, засвистели стрелы. Воин обернулся, перерубая их наскоро, прыгнул следом.