Предначертанное. Книга 1 (СИ)

— Дима! — Позвала его.
Он не откликнулся. Лишь сильнее сжал губы. И опять я потянула к нему руку, в надежде, что не отойдет, даст прикоснуться. И снова грудь прострелило болью. Дима сделал шаг назад.
— Дима… — В очередной раз позвала его.
Внезапно все изменилось. Муж изменил позу. До этого он стоял так, словно ему очень сильно ударили в грудь. Опустив плечи. Поникнув. Сейчас же он выпрямил плечи, расправил грудную клетку. Брови нахмурились, губы так и остались поджатыми, а на скулах заходили живалка. Взгляд стал уверенный, решительный. Он словно на что-то решился.
— Дима? — В очередной раз позвала его.
Руку протягивать не решилась. Очередной его шаг от меня будет сокрушительным. Я банально струсила.
Дима постоял так несколько секунд, словно не веря в свою уверенность. А потом посмотрел на меня. И только сейчас я поняла, что он меня как будто не видел. А сейчас четко обозначил мое присутствие, пригвождая взглядом к месту, где я стояла. Мурашки побежали по коже, от того, насколько его взгляд был темным. В глазах словно мелькали молнии, красиво подчеркивая синеву глаз. Он хотел сделать шаг ко мне, но как будто наткнулся на стену. Нахмурившись еще сильней, он поднял руки, что бы узнать, что его сдерживает, а потом внезапно растворился в воздухе.
— Дима!!! — Крикнула я в отчаянии, смотря как последними исчезают его глаза. Боль прострелила грудь. Упав на колени, я закричала во весь голос.
— Девочка, ну же, просыпайся, — меня трясли за плечо. Несильно, но вполне настойчиво. — Давай хорошая. Ну же…
Распахнув мокрые глаза, увидела над собой склоненного взволнованного Герона.
— Слава богини, — выдохнул он облегченно. — Ну и напугала ты меня.
— Что? — Хрипло спросила его.
Из глаз лились слезы, в груди разливались остатки боли, а горло саднило, словно я кричала во всю мощь долгое время. Тело было покрыто испариной, противные мурашки маршировали по спине.
— У тебя был затяжной кошмарный сон, — сказал оборотень. — Ты кричала. Сильно, громко, надсадно. А до этого звала какого-то Диму.
— Затяжной кошмар? — Шепотом переспросила его. — Первый раз об этом слышу.
— Сейчас воды принесу, — поднялся он с края кровати. — Как раз окончательно проснешься, придешь в себя, и я расскажу тебе о затяжных кошмарах. Не думал, что молодая девчушка с этим может столкнуться. Что же у тебя в жизни такого произошло, раз так отразилось на твоем покое?
Последние слова он пробурчал себе под нос, но я услышала. Никогда ранее не слышала о затянувшихся кошмарах. Просто плохие сны и раньше бывали, но я всегда четко различала сон и явь. Никогда так остро не реагировала. Сегодня же все было по-другому. В груди до сих пор неприятно тянуло.
Оборотень подал мне стакан воды, и с интересом смотрел, как я его осушаю. Вода была теплой, с каким-то непонятным привкусом. Но сейчас это не имело значения. В горле было сухо. Поэтому я осушила стакан в несколько глотков.
— Пришла в себя? — Спросил он, забирая стакан.
— Да, спасибо, — кивнула ему. — Что за затяжные кошмары? Я не слышала раньше о таком.
— Раньше я встречал такое только у военных, которые были на войне с тварями, — сказал Герон. — Это как следствие психологической травмы. Им снились сны, из которых они не могли выбраться. Напрямую сам я никогда не сталкивался с таким, но от ребят слышал, что эти сны не отличить от реальности. А еще ты не можешь проснуться. Хорошо, если рядом кто-то есть. Но если ты один, то плавать тебе в этом кошмаре до тех пор, пока тебя не обнаружат.
— А если ты живешь один, и очень далеко? Вдруг никто так и не найдет тебя? — Спросила, закусив губу.
— Значит так, и будешь жить в этом кошмаре, — вздохнув, сказал он, — пока не умрешь.
— Умрешь? — Шепотом переспросила. — Но как?
— У кого-то не выдерживает сердце, — сказал он. — А кто-то умирает от обезвоживания. Он ведь не может проснуться, для того что бы сделать глоток воды.
— Как это ужасно, — поднесла пальцы к губам. — Спасибо, что разбудил!
— Это было не просто, — сказал он, поднимаясь с кровати. — Но ты справилась. Вышла из этого состояния.
 
— Я раньше никогда с таким не сталкивалась, — сказала тихо. — Не понимаю, почему со мной это произошло. Я не участвовала в войне.
— Это понятно, — фыркнул он. — Слишком мала. Когда была с тварями прорыва, ты еще не родилась. Да и когда была революция, тоже. Воины среди оборотней ты тоже захватить не могла, так как ты не оборотень. Кстати, ты так и не сказала какой ты расы.
— Войны оборотней? — Спросила его, пытаясь вспомнить, слышала ли о таком, и намеренно игнорируя последние слова. — Разве в нашем мире ведутся военные действия?
— А ты не слышала? Девочка, откуда ты свалилась на мою голову? Об этом знает весь мир! — Ответил он, а я опустила взгляд.
Вот и вышла мне боком забота родителей. Я вообще ничего не знаю о мире, в котором живу. Выгляжу странно, запах имею привлекательный, но не определенный. Мою расу никто не знает. А еще у меня абсолютно нет знаний о событиях, что происходят в мире.
— Оборотни воинственный народ, так же как и орки, — сказал Герон. — У нас горячая кровь. Если нет врага, и в мире наступает спокойствие, мы становимся агрессивными через какое-то время. Сейчас началась активная дележка территорий между кланами. Меняется иерархия среди оборотней. И об этом знает весь мир. Так как все это происходит не на закрытых территориях. Так откуда же ты, Анита?
— Я уже говорила, — сказала ему. — Просто я жила обособленно всю жизнь, и не сталкивалась со многими вещами. Может ляжем спать?
— Не сталкивалась, — повторил он, задумавшись, а оптом громко сказал, — спать не имеет смысла ложиться. Скоро будем выдвигаться в путь. Сейчас схожу, завтрак закажу. А ты пока умойся. И прошу тебя, оденься скромнее. У меня в отряде двадцать парней, которые не видели женщин уже несколько лет. Все оборотни! Не хочу потом калечить свой отряд.
  
Глава 17
 
Дима
— Сынок, может хотя бы до утра подождешь? — Спросила мама, вышедшая из портала через пять минут после меня. — Сейчас какой смысл? Да и как ты ее искать будешь? Может я попробую у Лии узнать? Вдруг у нее получится найти дочь.
— Не получится, мам, — ответил, устало садясь на кровать. — Тетя Эффа ей на столетие подарок подарила. Теперь кроме нее, никто Аниту не может найти. Почувствовать можем. Что жива, здорова. Мне некоторые сильные эмоции даже сейчас пробиваются. И они мне очень не нравятся, мам.
— Ну Эффа, — прошипела мама. — Я к Лии. Сейчас мы эту деятельную на место ставить будем. Будет еще она нашими детьми распоряжаться. Жизнь вам портить. Совсем уже перепутала! Вот мы ей сейчас устроим.
— Вряд ли она отзовется, — сжал переносицу. — Мам, даже представления не имею где ее искать. С чего начинать.
— Митяш, — подсела ко мне мама. — Анита умная, смелая девочка. Уверена, что все с ней будет хорошо.
— Мама, она благодаря тете Лии не знает мира совсем, — тихо сказал, закрыв глаза, и стараясь настроиться на жену. — Она же совсем еще ребенок.
— Может и к лучшему, — сказала мама, и тут же заработала мой гневный взгляд. — Нет, я конечно против произвола Эффы, и лучше бы этого не случалось. Но если случилось, и изменить мы пока ничего не можем…
— Я ее найду, быстро, — сказал, поднимаясь с кровати. — Не знаю как. Не знаю где. Но приложу все усилия для поисков Ани.
Подойдя опять к шкафу, стал доставать самое необходимое. В дорогу брать с собой много нельзя, поэтому надо подойти к сборам основательно и с умом.
Внезапно до меня долетел отголосок отчаяния Ани. Он был настолько горьким и невыносимым, что я, выдохнув присел на корточки держась за грудь.
— Дима? — Тут же подбежала мама. — Что с тобой? Где болит?
— Это Анита, — прошептал я. — Она в отчаянии. Такое сильное. Никогда не думал, что может быть настолько плохо.
— Охх, твари прорыва, — выругалась мама. — Милый, а что-нибудь еще чувствуешь? Направление? Попробуй потянуться за ее эмоцией.