"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Вопрос этот поднялся потому, что если первые четырнадцать дивизий КГБ были «броней» полностью обеспечены, то еще шестнадцать таких же дивизий находились в «состоянии ожидания поступления требуемой амуниции», а пограничники ей укомплектованы были вообще по минимуму: на большинстве погранзастав бронежилеты выдавались лишь пешим патрулям. По планам полное укомплектование военнослужащих в КГБ было запланировано на конец сорокового года, но Лаврентий Павлович совершенно обоснованно считал, что указанный срок слишком уж велик.
— Ничего делать не надо, тут можно хоть наизнанку вывернуться, но бронежилетов от этого больше не станет. И у буржуев для этого ничего купить не выйдет, так что разговор этот… в пользу бедных.
— Вера Андреевна, а если хорошо подумать? Ну ты же умница, придумай что-нибудь!
— Да, я такая. Но все, что можно было придумать, я уже придумала. Вообще все! То есть я придумала все про полиэтиленовые жилеты с кевларовой подкладкой и… Если уж вас так жареный петух в эту самую клюёт, то могу предложить паллиатив: шейте жилеты из капрона, который для детских комбинезонов делается, там краситель на фабриках заменить можно за пару дней. А хромомолибденовую сталь для пластин замените на высокомарганцевистую: она, конечно, заметно похуже, но в темноте за третий сорт сойдет.
— А производство того же титанового сплава…
— Приходит Чингачгук в племя и говорит: я принес вам две новости…
Анекдот этот Берия от Веры уже несколько раз слышал, но все равно улыбнулся. А затем уточнил:
— Ну много у нас дерьма, а почему ты про него вспомнила-то?
— Потому что я предлагаю основное производство не трогать, тех, кто занимается его расширением, не дергать и им работать не мешать. Вы можете дерьма наделать именно много, и заранее все будут знать, что это — дерьмо. Зато его будет много и практически сразу, а потом, в полном соответствии с планом, мы это дерьмо заменим на нормальную экипировку. Но если что-то вдруг пойдет не по плану, то у вас будут полны склады хоть плохонькой, но защиты, а с ней будет лучше, чем вообще без ничего. Впрочем, у меня есть веские основания надеяться, что в ближайшие пару лет это дерьмо так на складах и проваляется невостребованным.
— И какие основания?
— Я так думаю, вот какие.
— Понятно… если тебе вдруг селедки там, огурцов соленых или…
— Хочу ананасов, много. Но хочу вот прям щяз, а к вечеру уже хотеть не буду.
— Зараза!
— Боюсь, что вы мне не сообщили ничего нового…
— А я и не сообщал, просто факт констатировал. Значит, говоришь, на фабриках по выпуску волокна капронового краситель поменять… А если чехлы добавить сверху? Из х/б?
— Хлопок в рану попадет — будет нагноение.
— Понял, извини за беспокойство. На самом деле извини, просто время сейчас такое, не знаю, за что и хвататься.
— Я, конечно, совсем не в свое дело лезу, но опять не удержусь от совета: не надо ни за что в панике хвататься. Занимайтесь своим делом, спокойно занимайтесь. Я вот не паникую, работаю спокойно — и всем от этого становится хорошо. Всем советским людям хорошо, а на остальных мне плевать. И вы плюйте!
— И как?
— Слюной.
— Судя по происходящему в Польше, польские войска очень скоро постараются уйти на нашу территорию и интернироваться. И вот что с такими поляками делать…
— Гитлер подтвердил наши права на территории западных Белоруссии и Украины?
— Да. А откуда ты знаешь⁈
— Я догадываюсь.
— Догадливая ты наша… но раз догадываешься, то скажи: разве я могу теперь просто своими делами заниматься?
— Не просто можете, но и должны. А с поляками… пусть Вячеслав Михайлович с британцами договорится или с французами: если они согласятся этих поляков к себе забрать, то мы их к себе пустим. И сразу же вывезем. А не согласятся, то поляков мы на нашу территорию не пустить сумеем: пулеметов и пушек у нас для этого хватит.
— Ага, и ракет с этими, термобарическими зарядами…
— Тоже не лишним будет немцам показать, что у нас есть чем границу прикрыть. Еще что-то обсудить хотите?
— С тобой? Точно не хочу, ты же…
  
— Зараза. И контра. А вот вам я напоследок еще один совет дам, бесплатный: товарищу Хлопину сейчас нужно давать все, что он пожелает. Если он успеет за год-полтора сделать то, что обещал…
— Он-то как раз не обещал, это ты обещаешь, что он успеет.
— Успеет, я ему помогу успеть. На сегодня всё? Спокойной ночи…
Двадцать второго июля война в Польше закончилась. В полном соответствии с «тайным договором» советская Красная армия заняла территории Западной Украины и Западной Белоруссии, и все — то есть и товарищ Тихонов, и товарищ Сталин, и Лаврентий Павлович — Веру больше не беспокоили: у них теперь работы было столько, что и не продохнуть было. Вячеслав Михайлович тоже был очень сильно занят, но в основном на дипломатическом фронте — и здесь он более чем успешно поработал: триста сорок тысяч интернированных все же поляков согласился принять французский президент Лебрен. А достопочтимый Пий XII вероятно изрядно охренел, когда — после визита Молотова в Рим — двадцать первого августа в Чивитавеккье отшвартовались сразу четыре советских парохода, на которых в Италию были перевезены все (то есть все до единого) ксендзы с новых территорий СССР… И на этом, собственно, война окончательно закончилась.
Но закончилась только война Германии с Польшей…
  
Глава 4
 
Конечно, немцы полякам после ограбления поезда выкатили претензию в довольно хамской форме. Но ответ польского президента Игнация Мостицкого мало что был еще более хамским, но и (при определенном желании) мог быть интерпретирован как объявление войны — а желание у некоторых граждан (и подданных) такое было. Так что британцы и французы, явно не желающие ввязываться в войну с Германией (а умение немцев воевать очень хорошо все увидели в Испании), публично сообщили, что их договора с Польшей не распространяются на случаи, когда поляки сами войну начали — и официально вступаться за Польшу не стали.
У Гитлера тоже не было пока особых поводов начинать войну с Советским Союзом, он прекрасно понимал, что (и снова пока) он к такой войне не готов, так что полностью разбив польскую армию, он очень аккуратно передал ранее оговоренные территории в СССР. Без подлянки и тут, конечно же, не обошлось: немцы за неделю между подписанием поляками акта о капитуляции и вводом на Западную Белоруссию и Западную Украину советских войск сумели вывезти на передаваемые территории чуть больше полумиллиона польских евреев, причем в самом прямом смысле слова сирых и убогих: из имущества им оставили только ту одежду, которая на них надета была…
Однако и немецкая подлянка оказалась не очень серьезной: конечно, полмиллиона голодных ртов — это очень даже немало, но и войск СССР ввел в новые области чуть больше трехсот тысяч, причем ввел в расчете на то, что все эти войска нужно как-то кормить (хорошо кормить!), и обеспечить питание «гражданам евреям» получилось без особых проблем. С расселением — тут было все гораздо сложнее, но пока не настала холодная дождливая осень, народ можно было и по палаткам распихать. Но вот что с ними делать дальше…
Местное население (все же главным образом состоящее из белорусов и украинцев, хотя и поляков там было немало) евреев на дух не переносило, и красноармейцам пришлось еще и лагеря, где их расселили, дополнительно охранять — но ведь это было очень временным решением, а вот что делать с ними дальше, в руководстве страны полного понимания не было. Ясно, что нужно их оттуда вывозить — но куда? И, что для Иосифа Виссарионовича было главным, нужно было сообразить, как всю эту толпу заставить хотя бы себя всем необходимым обеспечивать. Хотя бы тем же продовольствием — понятно, что не сразу же, ведь пахать и сеять было уже поздно, и даже урожай собирать не требовалось — а вот в следующем году… Проблема эта была на самом деле исключительно острой: подавляющее большинство этих самых польских евреев мало что ни хрена делать не умели, так еще и не хотели: если взять только взрослое мужское население, то больше половины из них в Польше занималось розничной торговлей или были другими «работниками сферы обслуживания»: мелкими ремесленниками, клерками в разнообразных конторах. А процентов пять вообще были просто «владельцами крупных компаний»…