"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Насколько помнила Вера Андреевна, в СССР с тридцать шестого по сороковой год металлургическая промышленность практически не росла. Новые «индустриальные гиганты» были к тридцать шестому выстроены, сталь с чугуном спокойно так себе выдавали – но выдавали ровно столько, сколько и в годы предыдущие, а новые заводы никто даже строить не собирался. Именно по причине того, что на новых заводах работать было уже некому. А вот когда кадры были обучены, то картина кардинально изменилась, и в сорок первом намечался рост металлургии сразу на треть. Не получилось по понятным причинам – но даже потеряв на оккупированных территориях почти шестьдесят процентов производственных мощностей, страна выпуск стали сохранила практически на довоенном уровне. Правда, Вера искренне считала, что можно и даже нужно наращивание металлургических мощностей не приостанавливать – но, по большому счету, существенно повлиять на рост промышленности она не могла. Но не очень существенно – появились у нее в этом направлении определенные мысли. Пока лишь мысли…
Впрочем, воплощать свои мысли Вера не спешила – у нее появилось много и других дел. Прежде всего дома: все же семейная жизнь накладывает довольно много различных ограничений. Конечно, обед с ужином мужу сготовить – тоже определенное ограничение, но когда сосед позаботился о том, чтобы приготовлением еды в доме (а так же уборкой, стиркой, да и вообще всеми домашними делами) занимались специально подготовленные люди, простые домашние дела много времени не отнимают. Однако люди не только жрут и мусорят, они еще и общаются. Особенно с членами собственной семьи – и это тоже требовало определенного времени. То есть не то, чтобы требовало – просто без такого общения семья как-то не становится именно семьей.
Когда Вера вернулась от Сталина и запихнула коробочку в ящик письменного стола, Витя – скорее из вежливости, чем из любопытства – поинтересовался:
– Ну и зачем тебя аж в воскресенье так срочно из дому выдернули? Что-то произошло? Неприятное?
– Да так, ерунда, – поморщилась Вера, – всучили очередной орден. Невтерпеж им, видите ли, было!
– Орден? Да еще очередной? Счастье мое, а что еще я про тебя не знаю? Да, поздравляю, а орден-то какой? Его же вроде обмыть нужно, я сейчас в магазин сбегаю, вина, что ли, какого-нибудь куплю. Ты какое предпочитаешь?
– Ну вот, родной муж не знает, чем предпочитает напиваться жена! Тебе не стыдно?
– Мне стыдно, тем более что я вообще не видел, чтобы ты когда-нибудь напивалась. Да, честно говоря, и дальше видеть не хочу – но немножко, чтобы традицию поддержать…
– Не надо никуда бежать. Во-первых, у меня в машине ящик шампанского лежит, мне его к ордену как раз для обмытия подарили. А во-вторых, вечером на обмыв гости придут. Кстати, просто заранее предупреждаю: придут все, что есть вообще все, кроме тебя, кто об этом ордене знает… и впредь знать должен.
– Ясно. Но тогда нужно что-нибудь к столу приготовить. В холодильнике-то у нас только на двоих еды запасено…
– Вить, не порти выходной день. Я уже в «Москву» забежала, заказала к ужину все, что нужно… До вечера времени еще много, давай в кино, что ли, сходим? Там в два часа сеанс есть, я по дороге афишу видела… а ты как относишься к монгольскому кино?
– А в Монголии что, еще и кино снимают?
– Оказывается, снимают. Но ты не волнуйся, кино на русский язык дублировали.
– А билеты купить-то возможно?
– Витенька, для нас ничего невозможного нет. Ну что, пошли?
По дороге домой Витя высказал свое первое впечатление о фильме:
– Надо же, в Монголии, где народу-то всего ничего – а звук в кино сделали лучше, чем в «Цирке»!
– Но копию-то у нас на кинофабрике печатали, и звук, между прочим, новый наложили: монгольские-то актеры, когда снимались, на монгольском разговаривали. А что качество звука великолепное – так это пленка такая…
– А ты что про пленку-то знаешь?
– Солнышко моё, у тебя жена, между прочим, химиком работает. И под ее руководством была разработана специальная мелкозернистая эмульсия, которая позволяет записывать на пленку звук с частотой до шестнадцати килогерц. Ты сам подумай, откуда бы еще у меня появилось удостоверение замначальника Госкино?
  
– А я не видел, что ты там в кассу сунула, думал, что удостоверение завкафедрой… а ты заместитель еще чего? А то сама все время говоришь, что муж у тебя лопушистый – а я лопушистым больше быть не желаю, так что рассказывай!
– Долго рассказывать… давай сначала домой доедем, не хочу от дороги отвлекаться… Итак, – продолжила Вера, когда они, поставив машину в гараж, поднялись на второй этаж и уселись в кресла, – как тебе известно, я работаю заведующей кафедрой на химфакультете. Еще по совместительству я числюсь заместителем директора Лабораторного завода. Но ты не думай, тебя на завод не из-за меня тогда зачислили, там у меня должность больше почетная… но продолжим. Еще я числюсь – и тут уже всерьез работать приходится – начальником химического отдела в наркомате авиации и членом комиссии ВВС по вооружению. Еще – в Госкино, курирую производство кинопленок и тиражных красителей: это, честно говоря, вообще разные направления в химии. По-моему, еще в каких-то организациях я кем-то записана… но это так, для удобства работы с документами, а главная моя должность – не по работе, а по статусу – первый заместитель начальник НТК.
– То есть, как я понимаю, это что-то на уровне наркома получается?
– Нет, конечно. Это товарищ Тихонов на уровне наркома, а у него этих заместителей пруд пруди.
– Но ты сказала, что ты именно первый заместитель. Или я опять что-то не понял?
– Все правильно понял. Но главное – для меня главное – чтобы ты понял следующее: все эти должности и звания заканчиваются вот там, за порогом нашей квартиры. А здесь я всего лишь жена одного очень бескорыстного инженера. И очень любимого инженера, которому, к моему сожалению, все же придется время от времени терпеть моих гостей. Вот только я до сих пор одного понять не могу: почему это я здесь твоих гостей все еще не терплю?
– Это кого ты не терпишь? Слава со Светкой у нас уже были – но им к нам в гости обычным образом неделю добираться…
– Но мне известно – из источников, заслуживающих абсолютного доверия, то есть от Светки – что у тебя еще и родители имеются. А настоящая жена просто обязана поскандалить со свекровью – но как скандалить, если я ее только на фотографии и видела?
– Да уж, проблема серьезная… Но они, между прочим, тоже люди работающие, и работающие все же в Томске – а оттуда просто так на выходной в гости не заскочишь. Я маме письмо напишу, скажу, что ты срочно с ней поскандалить желаешь. Может быть где-нибудь в сентябре-октябре они и выберутся. Тут ведь вот еще какая проблема: они до сих пор меня за ребенка держат, я им даже денег на билеты перевести не могу, потому что не возьмут и еще обидятся.
– Так, в кем они там в Томске работают?
– Вер, даже не думай зарплату им повышать…
– Ну и как мне жить с мужем, который мои мысли читает? Затеешь какую-нибудь гадость ему сделать – а он заранее подготовится и эту гадость против меня же и повернет… Ты все же матери напиши, что у тебя зарплата большая настолько, что билеты ты им купить сможешь, не уморив жену голодом…
– Да знают они, но… родители – они все такие. Извини…
– Да нет, все нормально… а вот и гости приехали?
– Я что-то звонка не слышал…
– Я тоже, но машину Валериана Владимировича в окно увидела. Пошли вниз, гостей дорогих встречать… надеюсь, они все же ненадолго…
А в конце августа Витя, приехав как-то вечером домой с работы (он все же освоил автомобиль) застал новую гостью. То есть молодая женщина просто сидела на лавочке возле крыльца, и, когда Виктор начал открывать дверь, подошла к нему и спросила:
– А Вера… она когда домой вернется?
– Вы ее ждете? Заходите… я точно не могу сказать, но, думаю, уже скоро. Максимум через полчаса. Заходите-заходите, чего на улице-то просто так сидеть? А так хоть чаю попьем… а вот и она! Вера, к тебе гостья!