"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)
— Как-то чересчур удачно для тебя получилось, что я наткнулся на голема, — поделился я с богиней, пытаясь вырваться из черных цепей, которыми меня сковало. Безрезультатно. — Похоже на чудовищное совпадение.
— По миру раскиданы сотни таких закладок, — отмахнулся черно-белый силуэт. — Ты натыкался ещё и на тайную комнату в подземелье, помнишь? Но не стал запускать меня в свое тело. И Глебос не стал. А жаль, ибо тогда мне не пришлось бы ждать кучу времени, пока вы, черепахи, подползете к высшему рангу.
— Понятно… — пробормотал я. — Выходит, все это время я был не в героическом и не в эпическом, а в самом темном фэнтези, где мудак — не только антагонист, но и протагонист. А положительные персонажи, которые могли бы изменить мир к лучшему, собирают летающих големов. Либо не успевают как достичь божественного ранга, так и помешать двум злодеям из-за того, что попадают в песчаную ловушку.
— О чем ты? — бархатным голоском поинтересовалась Ксантия.
Я не ответил, и в очередной раз напряг руки, пытаясь выбраться. Увы, цепи по-прежнему крепко сжимали меня, мешая двигаться, и ничуть не поддавались, несмотря на всю приобретенную мощь. Теперь же на смену силе приходила возрастающая слабость. В погоне за мощью я потерял друзей, а теперь терял и себя.
Мысли быстро сменяли друг друга, я искал выход… И нашел! Связь между мной и големом оборвана, но я — големостроитель, мать вашу, с навыками божественного ранга! Я могу перехватить контроль над любым чужим големом, а над тем, который уже единожды был со мной связан, это пройдет еще проще и быстрее!
Я принялся мысленно плести заклинания, на что богиня почему-то даже не обратила внимания, чего я опасался.
Я не думал, что у меня удастся победить сучку с помощью голема. Но у голема был маленький изъян, из-за которого я в свое время намучился, навешивая на него дополнительные защитные пластины. Повреждение корпуса Тенеплета должно вызвать его самоликвидацию. И если голем — тот самый якорь, с помощью которого сучка держится в реальности, то стоит уничтожить его. А там уже придумаю, как добраться и до богини.
Едва связь восстановилась, я отдал железному команду. Рука, держащая черный кинжал, дернулась вверх и лезвие вошло в тонкую щель между защитными пластинами на груди.
Машина зашаталась и рухнула, как подкошенная, исходя черным дымом. Тенеплет уничтожил себя.
Только вот его гибель ничего не изменила. Черноволосая змеюка рассмеялась, запрокинув голову, и спросила:
— Ты действительно думаешь, что-то зависело от машины? Я напрямую осушаю тебя, глупыш! Мы сейчас связаны, как мать и ребенок, незримой, но нерушимой связью, которая не исчезнет до конца твоей жизни, всех отпущенных тебе минут.
И едва эти слова прозвучали, я понял, что есть еще один шанс победить в этом бою. Если я не могу выиграть по правилам возрожденной богини, то стоит попробовать выйти за рамки этих правил.
Я обратился к своей особенности, к пожиранию. Мысленно выбрал все обыкновенные навыки, и разом отдал команду пожрать их, усиливая свою особенность.
Ничего не вышло. Система была не приспособлена для такого финта, о чем и вывела сообщение передо мной:
[Ранг особенности «пожирание» изменить невозможно!]
Чтобы самая голодная способность отказывалась от дармовой энергии? Нонсенс!
Тогда я закрыл глаза, уходя в самую глубокую медитацию, и принялся самостоятельно вести энергию от всех своих обыкновенных навыков туда, где ощущал чужеродную особенность, принадлежавшую чароцвету. Не обращая внимания на встревоженный голос Ксантии и на чудовищную боль, силой вёл энергию по неприспособленным к такому объему энергоканалам. Плевать, во что я превращусь, плевать, что будет после. Главное — победить сучку, которая вознамерилась поставить меня в позу.
Из моей памяти исчезла способность ускорять восприятие, исчезла способность быстро бегать и обращаться с мечом. Я вывалился из медитации, когда исчезла одноименная способность, но отданная энергия таки позволила мне осуществить задуманное! Пожирание шагнуло на новый ранг. Без всяких костылей в виде мысленных приказов.
Я чувствовал, что Ксантия пытается выдернуть меня на свой божественный верстак и отделить от меня мою способность, вот только то, что с легкостью получилось провернуть с големостроителем весьма среднего ранга, не выходило сделать с грандмастером, который уже не совсем и грандмастер.
Эволюционировавшее пожирание позволило мне ощутить, как именно тянут из меня энергию: передо мной возник образ шланга, который погибшая богиня подключила к моей груди. И мне понадобилось всего лишь желание, чтобы утекающая из меня энергия сперва остановилась, а потом принялась насыщать меня, да с все больше и больше ускоряющейся скоростью!
Под жалобные крики и причитания, под угрозы и яростный визг я вытянул из заметавшейся богини все, что она забрала от меня, а потом — принялся тянуть уже ее. Силу, воспоминания, знания и навыки перемещения сквозь тени. Пока от незадачливого существа не осталось облачко, которое развеял порыв ветра.
* * *Он долго приходил в себя. Сперва — просто плавал в темноте, но потом, когда лениво задумался, что такое темнота — появился свет. Много маленьких осколков света, разглядывая которые, можно было уловить образы. Смутно знакомые, только вот в том состоянии, в котором Он был, осознать эти образы было весьма сложно.
Зато их можно было собрать, поглотить, сделав частью себя. Это было сложно — собирать свою суть по кусочкам, будто пазл. Причем на одно место иногда просились две или три детальки пазла, и положить их в иное место было невозможно.
Вот момент-воспоминание, в котором Его руки захлопывают крышку медного существа и то начинает двигаться. Образ встает на место четко и ясно, передавая Ему знание, что существо это — голем, а собирать его нужно вот так. Эти образы — самые объемные, и замены им нет. Их много. Они встают на места с четким металлическим щелчком, пахнут машинным маслом и горячим металлом.
С остальными сложнее. Например, когда на выбор появились два образа — образ голодного хищного растения и образ тени, что ластится к руке, Он замешкался, выбирая. Второй вариант казался Ему лучше… Но пока Он выбирал, растение опутало своей лозой образ тени, проткнуло шипами и выпило. Оказывается, в некоторых случаях время на выбор было ограниченно.
А вот целых два варианта — механические детали, разложенные по порядку на столе, и образ комнаты, в которой царит бардак — рубашка повешена на спинку стула, джинсы валяются на полу. Контроль и хаос? Он выбирает контроль.
А тут сразу три детали — грустная девушка, которая хотела чего-то от Него, протягивающий руку парень с мечом и кошка, мечущаяся по задымленной квартире. М-м-м… Любовь, дружба и помощь другим? Разумеется, дружба.
Выбор заставил пропасть образ девушки и кошки, но сделал Его более цельным.
Он собирал себя по кускам. Некоторые куски исчезали по выбору других — например, когда Он выбрал прожорливое растение, исчез целый блок образов, связанных с контролем теней: перемещение по изнанке мира, пожирание душ, захват металлического тела и образы разговора с каким-то зеленокожим парнишкой.
Полученные способности и знания что-то меняли в Нем, перестраивали. Увы, во главу угла не встало големостроение, как хотел того старый Он. Там оказалось пожирание. Все больше образов гасло, а которые оставались, были направлены на паразитирование и каннибализм, если вспомнить Его изначальную, человеческую суть. Все больше образов почти не отличались друг от друга: пожрать суть или силу донора? Пожрать душу, или память?
Новое системное сообщение всплыло перед ним одновременно с тем, как последний образ встал на место.
[Божественный ранг достигнут.]
[Правь и живи по справедливости, молодой бог!]
Он с легкостью разорвал сковывающие Его цепи, а потом обвел взглядом человеческий город, полный вкусных существ, которых весьма хотелось употребить. Внутри Него вопили осколки давно забытого гуманизма, которые Он предпочел оставить себе, пожертвовав другими образами. Одна часть толкала Его попробовать окружающих на вкус, но навык контроля, который Он не поглотил потому, что энергии в него был вложен самый мизер, уговаривал Его не совершать такого поступка. Этот город полон вкусных людей, как и другие четыре города, как и соседний материк, где нежить оказалась в разы слабее и ее давно победили. Но зачем Ему город, притом полный своих людей, если существуют целые миры, чужие миры, куда можно пробить дорожку и жрать в три горла?