"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)
Разумеется, подобных людей ловили и убивали без всяких судов и разговоров. Только сильно меньше их от этого не становилось: в предыдущей жизни за время, которое я провел в Вяжске, казнили как минимум три группы. А со сколькими разобрались сами приключенцы, и сколько еще авантюристов-ренегатов осталось на свободе, я не знаю. Но наверняка публичные казни были лишь верхушкой айсберга.
— Я знаю, как совместить добычу монет и завтраки. Ты можешь устроиться на нормальную работу и трудиться, как обычные люди, — предложил дядюшка Бу.
Я пару секунд смотрел на серьезного трактирщика, не понимая, серьезен он, или шутит. Наконец на лицо дядюшки выползла широкая улыбка. Рассмеялись мы одновременно.
— Ах-ха-хах! Конечно я шучу, пацан! Сам понимаешь, что мастеровые не получают столько, сколько можно получить в лесу, пусть даже и на гоблинах. А как опытом обрастешь, из подземелья будешь тягать в разы больше ингредиентов. Может, даже за сокровищами спускаться начнешь. С таким заработком никакой мастеровой не сравнится.
Здесь я бы поспорил. Архитектор Големов ранга мастера, которым я был в прошлой жизни, может получать столько монет, что можно себе раз в пару лет трактир покупать. Только вот люди, когда добираются до столь высоких рангов, предпочитают тратить монеты либо на титулы, либо откладывать потомкам. Я вот недолго пробыл мастером: не успел обрасти связями и знакомствами. Но если бы создавал големов на заказ, тратил бы полученные деньги на новых и новых механических ребят. И теперь, с учетом прошлого опыта, обязательно завел бы такого, которому молнии из жезлов магов не повредят.
Выше мастера только грандмастер, и мало кто добирается до этого ранга. Не знаю, почему, но я ни разу не встречал грандмастеров. Такие люди имеют привычку рано уходить из жизни. Причем не только те люди, кто получает ранг в големостроении.
— Я еще не заработал денег на свой трактир, — отшутился я. — Кстати, об этом. У меня случайно завалялись четыре орочьих секиры и столько же ножей. Могу ли я продать их вам за монеты?
— Ты не перестаешь меня удивлять, пацан, — поскреб дядюшка Бу щетину на подбородке. — Я согласен. Неси свое добро, будем его оценивать.
Я притащил трофеи, и после краткого диалога мы установили цену в меди за добытое. Не скажу, что вышло много, но трактирщик, в отличие от Хитора, хотя бы согласился их взять. И по цене вышло лучше, чем мне бы кузнецы предложили.
— А почему здесь никого нет на самом деле? — спросил я, пряча медь в кошель.
— Так приготовления же, — сказал удивленный дядюшка Бу. — Начало соревнований. Скоро неделя памяти, неделя соревнований — вот народ и занят. Кто в подземелье идет, чтобы подкопить монет для ставок, кто усиленно тренируется и записывается в качестве участника.
— Точно, — неловко улыбнулся я. Сам уже забыл, что как раз через неделю будет почти месяц, как я попал сюда. На этих соревнованиях и появится Глебос.
Кстати, дядюшка Бу поднял довольно актуальный вопрос. Можно же в несколько раз увеличить накопленные монеты, раз уж я знаю, что мечник не проиграет. Стоит обдумать эту мысль — я не азартный человек, но в соревнованиях, где ты заранее знаешь победителя, азарта будет минимум.
— Насчет работы подумай, пацан, — напоследок сказал дядушка Бу. — У меня есть знакомый с архетипом кузнеца, и ему требуется ученик.
Я так и не понял, сколько было в словах дядюшки Бу шутки, а сколько — правды.
Я знал, что походы в лес могут плохо закончиться для меня. Я в обеих жизнях достаточно видел разбросанных по лесам обглоданные костей, чтобы жить с мыслью, что меня-то неприятности точно не тронут. Но я слишком уж хотел начать все с начала. Прожить эту жизнь лучше, чем прошлую. Крепко держать в руках не копье, а контроль над ситуацией. Ведь сколь бы сильно я ни сжимал копье в осаждаемом городе, это не помогло мне ни выжить, ни выбраться из западни.
Глава 8
Мастер двуручного меча Глебос. Я часто слышал это имя в прошлой жизни. Как я уже упоминал, паренек появился в городе через месяц после того, как сюда перенесся я. А может, в городе он поселился чуть раньше, и выжидал начало недели соревнований, не желая показывать свои силы раньше времени в местечковых состязаниях, которые часто устраивали как гильдии, так и другие сообщества.
Хоть я и слышал о Глебосе, сам никогда лично не встречал парня. Вяжск — большой город, да и я в прошлый раз, спустя месяц после попадания сюда, не ходил по соревнованиям — делать там мне было нечего. У меня даже на билет меди не было.
Впрочем, я и сейчас слаб для состязаний. Даже после четырех недель тренировок под зельями.
Но на этот раз мне любопытно. Я хочу увидеть человека, который без опыта прошлой жизни вприпрыжку бежит по лестнице возвышения.
Несмотря на мой привычный распорядок дня, в этот раз я решил отправиться не в лес, а на арену, чтобы сделать ставку и посмотреть на человека, который будет зарабатывать мне деньги.
Вопреки желанию выспаться, проснулся в шесть часов утра, так что пришлось тратить время на отжимания, приседания, планку, прыжки на месте, скручивания. Достаточно разогревшись, я прошел по комнате «колесом». Затем — оделся, подцепил к поясу тощий кошель с двумя сотнями меди и спустился вниз.
— Ты сегодня не собираешься в лес? — Спросил дядюшка Бу.
— Нет. Сегодня хочу отдохнуть. Весь город будет смотреть за соревнованиями, так чем я хуже?
— Позавтракаешь, или торопишься занять лучшее место на трибунах?
Я замер на секунду, но потом все же присел за стол.
— Держи, — поставил трактирщик передо мной огромное блюдо с манной кашей и стеклянную банку с чем-то темным. — Если хочешь — сливового варенья добавь. Редкость — из-за нежити деревни отгородились от мира частоколами и за садами, что остались снаружи, практически не ухаживают, но ты в первый раз завтракаешь здесь, хотя завтраки я обещал тебе каждый день предоставлять, так что не стесняйся, накладывай. Блины будешь?
В такие моменты трактирщик напоминал добродушную бабушку, только не столь пожилую, и с трехдневной щетиной. Отказываться от еды я не стал, и вышел из трактира с туго набитым животом. Бежать, как и вообще резко шевелиться, не хотелось — я шагом поплелся к центральной улице, к аренам. Дошел туда за полчаса.
Разумеется, возле входа на арену уже толпились люди. Их было много, но знаменитые горожане и легендарные авантюристы сражаются в последние дни, давая шанс новичкам поучаствовать — вот тогда люди будут подходить за несколько часов до начала, и успеют насладиться соревнованиями далеко не все — на трибунах не хватит мест.
Очередь продвигалась быстро: люди отдавали по десять медных за вход и проходили в распахнутые створки. Я прижал руки к бокам, защищая их от тычков, и медленно поплыл вперед, увлекаемый людским потоком.
Чем ближе к входу, тем сильнее давка. Локти и плечи рядом стоящих людей били меня по рукам, несколько раз прилетало в спину. Зато не приходилось заботиться о том, чтобы удержаться на ногах: здесь попросту нет места для падения. Иной раз, когда меня чересчур сжимало между людьми, мне казалось, что даже если я подогну колени, то не упаду, а повисну. Хотя проверить такое не получится — чтобы согнуть ноги, нужно достаточное пространство.
Возле створок стоял мордатый охранник. Вид человека с исполосованным шрамами лицом будто советовал поберечь здоровье и не пытаться пролезть, не заплатив. Интересно, я один знаю, что этот человек — совсем даже не человек?
В этой безумной суете, каждый пытался продвинуться вперед, побыстрее протянуть свои десять монет и после кивка охранника — с облегчением зайти внутрь. Наконец и я протянул десять медяков в потной ладошке, и спустя пару секунд прошел в прохладный и широкий коридор. Здесь люди уже не толкались, а расходились по лестницам на разные стороны арены.
— Ставки, ставки! Делайте свои ставки! — бродя по коридору, голосил пацан с подбитым глазом. В руках он держал деревянную дощечку, стопку бумажных квитков и карандаш.