"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)
— Нет. Твоя пятерка големов — хорошая сила, но пусть они позаботятся о наших мертвецах. Не хочу, чтобы нам в спину ударили наши же мертвые собратья.
К тому же, меня и так не слишком уважают в войске, и для боевого духа лучше будет, если «контрольный» удар по голове своих же раненых и убитых будут наносить мои големы, а не команда убийц из таких же авантюристов.
Разумеется, если мы вообще победим в этой битве. Про «выживем» даже не говорю — в своем выживании я уверен, да и знакомых смогу прикрыть. Почти шесть десятков големов, если считать и моих, и арендованных — этой силы хватит на многое.
Выхожу наружу, перехватываю Ахрила и Ильзу и веду прочь из лагеря.
Войско выстраивается. Зычно орут командиры, носятся между палаток запоздавшие. В жадные ручонки выстроившихся авантюристов падают фиалы с дорогущими зельями лечения. Надеюсь, при ранениях у людей хватит ума сразу использовать эти зелья, а не спрятать, надеясь потом продать.
Муравьиная толпа выстраивается в боевые отряды. Без накладок не обходится — кто-то забыл, где его место, кто-то струхнул перед сражением, и решил, что больной живот позволит ему отсидеться. Командиры матом и пинками отправляют подчиненных на места.
— Командуй своему голему: пусть вытряхнет душу из мертвяков, — приказывает лорд, и я транслирую команду Тенеплету.
Голем, что по-прежнему висит на стене города, переходит с изнанки в реальный мир и достает из-за спины мешок, набитый артефактными сумками.
Зельеварни Оклорда, Вяжска, Чиуриса и Кробска трудились неделю, варя в огромных котлах кислотные смеси. Все эти жидкости были трудолюбиво залиты по бочонкам с укрепляющими рунами, по большим стеклянным бутылям. Все емкости разложили по сумкам со свернутым пространством, а теперь Тенеплет достает эти сумки, и в каждую такую кидает простенький артефакт-бомбочку. Сумка летит вниз по пологой дуге. Секунду спустя свернутое пространство выворачивает в пространство обычное: на месте сумки расцветает клякса тьмы, из которой сотнями литров льется кислота. Когда все, что было в сумке, вываливается наружу, клякса исчезает. В свернутое пространство нельзя засовывать артефакты — иначе артефакт испортится. Но даже этот закон можно использовать себе на пользу.
Осматриваюсь.
Магическая кислота сделала свое дело: потоки жидкости льются на мертвецов, за секунды плавя плечи, головы. С зомби сползает кожа, черепа дымятся и трещат разъедаемые кости. Дождь тоже сыграл свою роль: стоки давно забиты, на улицах некрополиса стоят лужи. Кислота не смешивается с водой, она, будто масло, растекается по воде и устремляется дальше, плавя и камень и ноги нежити. Попробуй повоюй, когда вместо ног — культяпки. Мертвецы валятся друг на друга, рычат, но в столь плотной толпе уйти из-под потоков кислоты не могут.
Вниз летит вторая сумка, пятая. Зомби внизу беснуются, но достать голема не могут. Зато могут вампиры и личи: в камень, где секунду назад сидел Тенеплет, попадает жирная темная клякса, и шипит, плавя булыжник.
Тенеплет быстро выкидывает оставшиеся сумки, уворачиваясь от атак. На стену прямо по плечам и головам обычных зомби и гулей бегут три вампира. Голем переносится в тень и спешит ко мне.
Кислота повредила несколько сотен простых мертвецов. И пусть в городе гораздо больше, можно сказать, что первый ход за нами.
— Сделано, — говорю я.
— Отлично. Если нежить не попрет из города, придется удивить их еще дважды, — высокомерно усмехается лорд.
Я понимаю, о чем он говорит: Арк владеет той же силой молний, что и Глебос, и может накрыть разрядами большую часть нежити, собранной в городе. Вот только я бы на его месте не стал наносить подобные удары: лучше экономить силы. Может, обычную нежить затем и собрали в городе, чтобы та приняла на себя мощные удары мастеров и грандмастеров, а потом сильнейшие мертвые маги нанесли свои удары?
Тем не менее, нежить все еще не спешила на выход.
— Взорвать стену! — командует Арк.
О том, что к стенам успели донести взрывные артефакты, я не слышал. Стоящие рядом командиры тоже недоуменно переглядываются. Выходит, миссия Шелеста была не только и не столько разведывательной, но еще и диверсионной.
Не отрываясь, смотрю на стену. С тихими хлопками на нижних каменных блоках расцветают алые взрывы — артефакты наверняка наполнены еще и стихийным уроном.
И стена оседает. Не знаю, кто именно и как закладывал снаряды, но вышло у него более, чем удачно — огромная каменная масса пошла вниз, а потом — накренилась в сторону города, опускаясь на забивших улицы мертвецов.
Арк улыбается.
— Вперед!
И войско медленно ползет к городу. Разведчики, скрытники и все, у кого хватает навыков, движутся перед людьми, разряжая и отмечая давно найденные ловушки.
Мертвецы все еще не спешат выходить за пределы стен, но свой ход мертвые сделали: пространство возле ворот захваченного нежитью города пошло алой паутиной. До меня донёсся оглушительный треск.
— Господа боги, что же тут творится… — с ужасом выдохнул стоящий рядом юноша-лучник. Наверняка соблазнился славой, или присоединился к походу, желая что-то кому-то доказать, а сейчас понимает, что реальность разительно отличается от надежд.
— Стоять! — заорали командиры. Правильно: от всего непонятного стоит держаться подальше.
Звуками дело не ограничилось. Из алых трещин потёк сизый туман. Дыры в пространстве разрастались, соединялись друг с другом, и уже можно было разглядеть, как с той стороны ворочается нечто огромное и явно недоброе.
— Магов сюда! — громко заорал лорд. — Пусть костьми лягут, но заткнут эту дрянь!
Но у магов, судя по всему, ничего не выходит. Трещины по краям поблекли, стали затягиваться, будто сама реальность стремилась залатать рану, но разрыв по центру ширится, наливается цветом. И вот с той стороны высовывается огромная рука: красная, лишённая кожи ручища с крючковатыми когтями. Следом за ней — вторая. Ладони цепляются за стены портала и раздвигают его в стороны, давая достаточно пространства, чтобы протолкнуть тело. Демон! Мертвецы вызвали кого-то из верховных обитателей преисподней!
— Лучники! — гулко ревет командир дальнобойного подразделения, прежде чем чудовище начнет ползти дальше. — А-агонь!
В поход собрались непростые бойцы. Каждый из них владеет архетипом и может усиливать себя, оружие, союзников, и свои атаки. Лучники — не исключение. Слитно слетают с тетивы стрелы, в полёте наливаясь красным цветом, белым, разделяясь на три снаряда и больше. Мимо портала пролетают не больше пяти стрел, остальные попадают, куда надо.
Руки твари обрастают стрелами. Снаряды, что пробили бы стальной лист толщиной в сантиметр, вонзаются всего до половины, до четверти, морозят, разрывают и жгут плоть. Пара метко пущенных стрел вонзается в основание кисти, и сразу же взрывается. Кисть отлетает в сторону. С той стороны слышится оглушающий рёв, но чудовище не лезет обратно — выдвигает культю и рывком раздвигает границы портала.
Команде командира дальнобойного подразделения следуют не только лучники. В портал летят огненные шары, кислотные сгустки. Кто-то из стихийников решил потратиться, и в небе сгущаются тучи, сползаясь к порталу. Грохочет гром, в демона одна за другой бьют молнии, но вреда не наносят — стекают по красной плоти. У него ещё и сопротивление к этой стихии. Прекрасно…
Ритуалисты основаниями посохов чертят на земле огромную фигуру, на ходу рассчитывая сотни задач, но ритуальная магия — одна из самых медленных, и люди не успевают. В наш мир протискивается демон: огромный, рогатый и взбешенный, похожий на чудище с гравюр сектантов.
Портал захлопывается, отрезая чудовищу хвост, и это приводит его в ярость. Демон снова ревёт, и вертится по сторонам, выискивая противников. До людей далеко, но за каменной стеной копошится нежить.
Демон запрыгивает на рухнувшие камни. Когтистая рука громадины хватает в охапку пару зомби, кидает в рот, но мертвечина приходится демону не по вкусу. Ещё трех мертвецов он разрывает, а потом красные глазенки находят нас. В руке возникает огромный хлыст, сотканный из пламени, и демон размером с водонапорную башню движется к нашим порядкам.