Когда зацветает пустыня (СИ)

Распаковав все покупки, я вытащила из заморозки стейки лосося и только собралась почистить овощи, как мой телефон зашёлся резким, нервирующим перезвоном.
Незнакомый номер. Странно…
— Да?
— Привет, красотка! Надеюсь ты меня ещё узнаешь? — прошумел, как обычно, бодрый голос друга.
— Тодд? Привет! — искренне обрадовалась я.
— Ну неужели узнала? И куда ты опять пропала? Два дня назад обещала перезвонить и тишина…
— Ну-у… У меня тут дел накопилось — соврала я.
— Вот и я подумал, что ты вся в делах! И раз от тебя звонка фиг дождёшься, решил позвонить сам.
— Ну и правильно сделал! — поддержала я.
— А у вас тут ничего так… Приятно. В общем, жить можно. Но главное, ты знаешь, тепло… — делано затараторил он. — Пальмы вон какие! А тот белый особняк просто мечта! Кто в нём живёт? Анжелина Джоли?
— Какой особняк? Ты что гугл-карты смотришь? В смысле "у нас"? — ничего не поняла.
— Ой, Злат! Ну, у ва-а-ас! В "Лосике"! — пояснил он мне, как ненормальной. И, наверняка, в этот момент закатил глаза.
— А ты что здесь? — подскочила я.
— Ой, ну конечно здесь! Всё жду, когда ты догадаешься! Выходи давай!
— Куда?
— Злат! У тебя мозг на зарядке что ли? Выходи из дома и увидишь, где я.
Я сорвалась с места и понеслась к входной двери. Действительно, напротив нашего дома, прислонившись к одной из впечатливших его пальм, стоял Тодд. Густые, каштановые волосы парня теперь были уложены по-новому, но, как и всегда, слегка небрежно. А вот его одежда ну совсем не соответствовала погоде — неизменные джинсы и тонкий лонгслив совершенно не призванные согреть в пятьдесят девять градусов по Фаренгейту.*
— Привет! — ещё раз крикнул он и помахал мне. — И, между прочим, я замёрз! Давай грей!
Не успела я опомниться, как оказалась оторвана от земли и прижата к его твёрдому, худощавому торсу.
— Другое дело! — довольно ухмыльнулся он и чмокнул меня в уголок рта. От меня не скрылся тот факт, что целился он в губы, но не попал, потому что моё внимание в этот момент привлекла знакомая, высокая фигура, проходящая мимо нас.
Вот чёрт!
Виталик поймал мой взгляд и как-то одобрительно, по-хитрому подмигнул. Ну всё! Он точно подумал, что Тодд — мой парень! Этого ещё не хватало!
Внутри всё закипело от досады и я, быстро высвободилась из объятий друга и отошла на пару шагов назад.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— А ты чего так вырядился? — оглядела с ног до головы его лайтовый прикид.
— Так Калифорния же! — усмехнулся Тодд.
— Ну ты и дурачок! Ладно, идём греться, — и кивнула в сторону дома.
* 59 градусов по Фаренгейту = 15 градусам по Цельсию.
  
Глава 17
 
Оказалось, что Тодд в Лос-Анджелесе проездом. Только на один вечер. Его родители отправились к родственникам в Сан-Диего на праздники, и он напросился с ними. Как я догадалась, по большей части, чтобы увидеть меня.
Вечер неторопливо протекал за приятным общением, состоящим, в основном, из безостановочного, но такого прикольного трёпа Тодда. Он рассказал отцу и Виталику большую половину историй, которые лично я о нём узнавала на протяжении трёх долгих месяцев. Даже про случай своего побега с мерчендайзинга упомянул.
Единственное, что меня напрягало, это то, что друг периодически брал меня за руку. Вроде, совсем невинно, но мне было некомфортно. Я мечтала совсем о другом — положить ладонь на мускулистое бедро Виталика, сидящего справа от меня, уткнуться головой ему в плечо и почувствовать, как он меня обнял в ответ. Вот тогда я была бы готова слушать кого угодно и сколько угодно. Хоть вечно.
Немного развернув стул в сторону Тодда, я слегка отодвинулась назад. Прикинувшись таким образом заинтересованным слушателем. На самом же деле, я спасала руки от, кажется, развивающейся у парня клептомании.** А главное, — теперь я оказалась максимально близко к Виталику. Даже ощутила лёгкий шлейф его парфюма. А ещё волны тепла от ноги любимого, проникавшие сквозь тонкую ткань платья, плотно обтянувшего мою попу. Боже! Каких трудов мне сейчас стоило не откинуться назад и не прижаться к нему! После вчерашнего дня плотно насыщенного общением, сегодня я умирала без него. С самого утра мечтала о дозе под названием "Виталий Огановский". Тридцати восьми летней выдержки, насыщенной тестостероном и пахнущей сексом. О, Господи! Я тихо и неминуемо сходила с ума, плавилась от его тепла, как свеча от пламени. И медленно плыла, растекалась… Точнее сказать, текла. Соски набухли и упрямо атаковали ткань лифчика. Хорошо, что плотного, иначе, это не укрылось бы от внимательного взгляда Тодда. Я изнывала от бесстыдно накатившего вожделения… Но только и могла, что сжимать колени, в попытке хоть немного унять трещавшее, как электричество напряжение и тянущую боль внизу живота. Никогда мне не было так тяжело. Даже вчера! Но я, видимо, заделалась мазохисткой, потому что, положив руки на спинку кресла, упёрлась в них подбородком и сильнее прогнула спину, придвигая попу ещё ближе к Виталику…
 
Чуть не падая в обморок от желания, я продолжала внимательно "слушать" друга и наслаждаться близостью любимого мужчины позади меня.
В начале десятого Тодд уехал. Он, конечно, хотел остаться ещё ненадолго, но родители настояли, чтобы парень побыл немного в кругу родственников.
— Какой замечательным молодой человек! — довольно улыбнулся отец, стрельнув глазами на только что закрывшуюся за Тоддом дверь. — Не знал, что у моей дочери появился парень!
— Папа! — вспыхнула я. — Всё совсем не так! Он просто друг!
— Но очень хочет стать парнем, разве ты не замечаешь? — отец сиял, как новый цент.
— Замечаю, папа! — процедила я сквозь зубы и кинула быстрый взгляд на Виталика, заинтересованно наблюдавшего за этой сценой. — Дело в том, что я не хочу! Надеюсь, здесь всем всё понятно и разговоров на эту тему больше не будет! — закатила я глаза.
— И я бы посоветовал присмотреться к нему, Злат! Хороший парень! — внёс свою лепту Виталик.
Нет, он надо мной издевается!
— О-о-ой! Ну всё! — я драматично вскинула руки и, схватив пару грязных тарелок, нервно отбивая шаг, поспешила в сторону кухни. — И вообще, кто говорил, что завтра рано вставать? — всё ещё сердито бросила я через плечо отцу, который всеми силами пытался не засмеяться. — Так что давай, ложись!
— Слушаюсь, командир! — всё-таки разразился он хохотом. — Завтра, и правда, в студии дел невпроворот. Последний день перед рождественскими каникулами…
Как же разбесили! Уже, практически, сосватали и выдали меня замуж! И этот туда же! — метнула я недовольный взгляд на Виталика, прощающегося с отцом.
Покидав тарелки в посудомоечную машину, и чудом не разбив, я вновь вернулась в гостиную за оставшейся посудой. Но даже не ожидала, что Виталик всё ещё здесь.
— Злат! Давай я помогу убрать со стола.
— Как хотите, — пожала я плечами. — Только про Тодда больше ни слова! — как можно более серьёзно произнесла я и, всё ещё злясь, поджала губы.
— Не буду, — он поднял руки в знак капитуляции и тут же отвернулся к столу, пряча улыбку.
Как же всё это задевало! Хотелось подойти к нему и хорошенько встряхнуть. Сказать, какой он дурак, раз не замечает моих чувств. Крикнуть, что я люблю его и что никто мне больше не нужен! А потом, видимо, ядрёная смесь гнева и выпитого за ужином вина прокачали мои настройки решительности и смелости до максимума. И под их подбадривающие вопли я решилась на этот нелёгкий шаг.
Медленно подошла ближе к любимому, нежно коснулась его руки, сжимавшей бокал с остатками бренди и тихо начала:
— Виталь… Я…
** Клептомания — болезненная тяга к воровству. Проявляется неконтролируемыми эпизодами компульсивных хватаний.