Волхв (СИ)
Сыроежкин скорчил обиженную гримасу.
— Где ты ее нашел?
— Темнота. В России несколько престижных кадровых агентств. Выписываешь оттуда — и все дела. С рекомендациями, послужным списком, опытом. Сам не хочешь попробовать?
— Попробую, но в другой раз. Допивай кофе.
Взгляд Сыроежкина постепенно светлеет.
— У тебя пара выходных в неделю, — не выдерживаю я. — Ты можешь заняться чем-то полезным, а не гробить свое здоровье в Паутине? Хватит уже дрочить и валить монстров в подземельях. Найди себе девушку. Займись спортом. Приведи себя в порядок. Я не могу бесконечно врубать «био» и чистить твои сосуды от холестерина.
— И не надо, — обиделся Сыроежкин.
— Ты Паутиной умеешь пользоваться? Поищи, что с тобой будет лет через двадцать без помощи целителей.
Сыроежкин сделал глоток и посмотрел мне в глаза:
— Что случилось, Сергей?
На моем лице, видимо, отразилось непонимание.
— Ты уже несколько месяцев не брался за мое воспитание, — пояснил свою мысль Виталик. — А теперь препираешься в воскресенье и выносишь мозг. У Когтей неприятности?
Вот же сукин сын.
Я сдуваюсь.
— Есть немного.
Сыроежкин допил кофе и нехотя слез с кровати.
— Так бы и сказал. Иду в душ.
Через сорок минут, когда взбодренный контрастным душем Виталик заправил кровать, навел порядок в комнате и переоделся для прогулки, мы выбрались из таунхауса на свежий воздух. Сыроежкин-старший провожал меня взглядом, словно античного героя или полубога.
Коттеджный поселок понемногу оживал.
Знакомые и незнакомые люди, вступившие в мой Клан, приветливо улыбались и махали руками. Я лениво махал в ответ.
Мы двинулись к детской площадке, оккупированной группой малышей.
— Данзасы, — сказал я.
— Что?
Мы присели на скамейку в нескольких метрах от веревочного городка. Дети носились по лестницам и пандусам, скатывались на прорезиненное покрытие по прозрачным пластиковым трубам, исступленно орали и даже не смотрели в нашу сторону. Поскрипывали качели, на которых каталась симпатичная девочка лет шести.
— Известный в России клан, — сообщил я. — А теперь подумай и ответь: фамилия тебе знакома?
— Конечно, — хмыкнул Сыроежкин. — Один из наших инвесторов…
— Инвестор, — кивнул я. — Валентин Данзас, мне память не изменяет?
— Всё верно.
— И, — я сделал вид, что напряженно вспоминаю забытую информацию, — не он ли в последние недели скупает акции моей компании? И в Совете Директоров я видел его рожу. Усики, жиденькая бородка, слегка вьющиеся волосы. Всегда стильно одет, высокомерие прет из каждой щели.
— Это он, — признал Сыроежкин.
— Плохо, — я тяжело вздыхаю и щурюсь на яркое весеннее солнце. — Данзасы роют под нас. А теперь ты говоришь, что один из этих упырей способен влиять на корпоративные решения.
— Всего лишь один человек, — задумчиво пробурчал Сыроежкин.
Вижу — не дорубает человек.
— Дружище. Вот смотри, показываю на пальцах. Есть род, которому мы очень сильно не нравимся. Причина, как ты догадываешься, уходит корнями в прошлое. Данзасы поцапались с моим дедом из-за «Ижевских роботов». Теперь хотят отыграться в силу своей мстительности. Денег и власти у них больше, чем у нас. Как думаешь, они внедрили своего человека в Совет Директоров, чтобы нарубить бабла? Нет, нет и еще раз нет. Они собираются нас похоронить.
— Драматизируешь, — возражает Виталик. — Что может сделать один директор?
— Пообщаться с остальными. Запугать, подкупить, предложить некие выгоды. Собрать лобби и отжать у нас бизнес к чертям собачьим. Это троянский, мать его, конь.
Виталик запустил пальцы в шевелюру. Было заметно, что мой друг нервничает. Еще бы — новая жизнь ему нравится, а тут начинает попахивать жареным.
— Данзасы продвигают очень нехороший указ, — я продолжил доставать плохие новости из своего мешка. — Когда твари полезут из портала, нам придется защищать не только себя, но и весь город.
— Это и по ним ударит.
— Ага. Только вот их резиденция находится в Питере, под боком у императора. Кто кого будет опекать — большой вопрос.
— Живьем режешь. Рубаями рубишь.
— Я такой.
— И что теперь?
— Я готов выслушать твои предложения.
— Ну… Я же за котировками слежу, Сергей. В корпоративных играх я нифига не смыслю. Мы завели службу безопасности, вот им претензии и предъявляй.
— Это не претензия. Мне действительно хочется услышать твое мнение.
— Ну… если по правилам… то мы можем избавиться от этого чувака на общем годовом собрании акционеров. В октябре оно как раз и состоится.
— Виталик, — я укоризненно посмотрел на друга, — ты полагаешь, Данзасы не нанесут удар первыми? Они ведь тоже подготовятся к октябрьской встрече. И нас, уверен, ждет масса удивительных сюрпризов.
— Тогда… внеочередное собрание? В Уставе есть пункт, мы можем досрочно прекратить полномочия всех членов Совета Директоров.
— Теплее, — похвалил я. — Знал, что у тебя голова варит.
— Не спеши, — нахмурился Сыроежкин. — Для такого шага нужны веские основания.
— Придумай. Напряги наших юристов и эсбэшников. Устройте мозговой штурм. В ближайшие пару недель Валентин должен вылететь из числа управленцев.
— Он по-прежнему останется держателем акций.
— Мы это переживем. В будущем я его выдавлю, но сейчас надо спасать то, что есть.
— А как быть со строительством поместья? Я бы хотел иногда спать и есть.
— Откажить от просмотра порнухи и онлайн-игр.
— Жестокий ты.
— На пенсии отдохнешь. Если задача ясна, приступай к выполнению.
Завершив разговор с Виталиком, я поспешил домой. По моим подсчетам, с минуты на минуту должен появиться тесть, которого я изо всех сил стараюсь спасти от его же глупости. Гордым быть хорошо, но выживают те, кто в критической ситуации готов поступиться принципами.
В доме царила гробовая тишина.
Машину Власова я заметил еще на подходе к крыльцу, но радости от визита отца не ощущалось. Рэйден бродил по гостиной с угрюмым видом. Сестры что-то перебирали в гардеробной. А Петр Порфирьевич стоял у окна и мысленно переговаривался с кем-то из подчиненных.
— Что случилось? — обратился я к учителю.
— Новости посмотри.
Я тут же включил телевизор, отыскал запись новостной сводки за последний час и начал бегло просматривать выпуск. На второй минуте по спине побежали мурашки. Массовое вторжение тварей в Центральной Америке. Невидимые хищники пожирают людей в городах Панамы, Сальвадора и Никарагуанского Картеля. Крупный прорыв в Мексике. Десятки тысяч подтвержденных жертв. С рядом населенных пунктов связь прервана. Одаренные гибнут, никто ничего не может сделать.
— Сколько у нас времени?
Вопрос Петра Власова выводит меня из ступора.
— Думаю, несколько недель. Волна распространяется быстро. Векторы достаточно предсказуемы. Нам повезло, что твари начали с другого континента.
— Ты успеешь достроить усадьбу?
— Должен успеть.
— Мы с Варей подготовимся к переезду. Если ты не против, конечно.
Глава 12
Я понимал, что Данзасы рано или поздно «порадуют» меня ультиматумом, но не рассчитывал, что это случится так скоро. Вся неделя прошла в напряженной работе. Ударными темпами достраивалось родовое гнездо, которое уже официально проходило под названием «Тиба-дзё». В переводе с японского «дзё» означает «замок». По сути, именно возведением замка Когти и занимались на протяжении последних месяцев. Я больше не скрываю своё происхождение по линии отца. Напротив, горжусь тем, что моими предками были такие легендарные личности как Рэйден, Кэйташи или Сэдэо.
Нанятые нами подрядчики работали в форсированном темпе, но качество от этого не пострадало. Я привлек независимого эксперта, который время от времени наведывался в Чудово с инспекцией. Результаты неизменно радовали. По моим подсчетам, первая волна вторжения накроет Россию через неделю-полторы. К этому моменту всё, что мне нужно для обороны, будет запущено и протестировано. Останутся мелкие недоработки в виде косметического ремонта. В некоторые дома будет завезена мебель с техникой, но к установке строители не успеют приступить. Нам придется доделывать ремонт своими руками либо дать бригаде отделочников приют на некоторое время. Я склоняюсь ко второму варианту.