Аристократ на отдыхе. Том 3 (СИ)

— Только не Белова! И угораздило же меня связаться с этим пароходом!
Он скатился по трапу, на ходу вытирая вспотевший лоб носовым платком, и поспешил скрыться.
— Похоже, у тебя отлично получается, — подмигнул я Кире, когда девушка снова появилась на палубе.
Колумбыч шел за ней, как паж за императрицей и восхищенно показывал мне большой палец — так, чтобы Кира не видела.
— Стараюсь, — улыбнулась девушка. — Едем? Мне еще нужно составить наше соглашение и успеть в суд — прижать одного мошенника.
— Идите, — кивнул я. — Я вас догоню.
Глядя, как Барятинский и Кира спускаются по трапу, я достал магофон и набрал Илью:
— Здорово, Илюха! Я согласен тебе помочь.
  
Глава 10
 
Утреннее солнце снова застало меня в лаборатории Вознесенского. Я качался — во всех смыслах.
Раскачиваясь на стуле, я создавал очередной эфирный накопитель, и этим прокачивал магию Жизни.
Кропотливая работа увлекала не меньше, чем тренировки с оружием или боевой магией. Мне всегда нравилось открывать для себя новые возможности, чувствовать силу и уверенность в том, что я могу справиться с чем угодно.
Сегодня я решил заполнить накопитель магией электричества. А в качестве основы я выбрал разряженный накопитель для магофона. Никакой необходимости в этом не было, но я хотел проверить, будет ли накопитель работать. Проверить сам, без помощи Вознесенского.
Обычная медная пластина толщиной в мизинец, немного магии
Сегодня плетение из серебристых магических нитей наматывалось куда проще, чем в первый раз. Витки ложились ровнее, в них появилось даже некоторое изящество.
Может, создавать артефакты — мое второе призвание после убийства демонов?
Подумав так, я усмехнулся.
Это захватывало, это было круто! Даже если для этого надо упорно сидеть за столом в то время, как за окнами лаборатории светит солнце, а по мокрой от росы траве носится счастливый медведь.
Медвежонок сновал по саду не просто так. Я поручил Потапу с Умником обыскать всю территорию вокруг особняка. Вдруг старому артефактору подбросили еще магических змей?
Меры безопасности никто не отменял. Я сделал графу Орлову внятное предупреждение, и хотел быть уверен, что граф меня услышал.
Пухлый зад Потапа так и мелькал среди деревьев.
Кстати, когда он успел растолстеть? Помнится, когда я забирал Потапа у цыгана, медвежонок выглядел тощим и нескладным. А сейчас — настоящий меховой шар, ловкий и проворный.
Похоже, Прохор его откормил, больше некому. Несмотря на несносный характер, старик подружился с медвежонком и каждое утро выносил ему ведро овсяной каши на молоке. А еще мясные обрезки, которые Прохор покупал в лавке.
Тут кто угодно растолстеет!
— Умник, что у вас? — спросил я демона-менталиста. — Есть что-то подозрительное?
— Никаких следов магии, Никита, — доложил демон. — Только Потапу жарко. Можно, мы искупаемся?
— Валяйте! — улыбнулся я.
Медвежонок галопом промчался мимо старой берез и с разбега рухнул в стоячую воду. Испуганные лягушки сиганули во все стороны.
Глядя на Потапа, мне тоже захотелось отложить кропотливую работу и нырнуть в пруд. Ну, и что, что там полно тины и головастиков?
Зато вода прохла-а-адная!
Накупаться бы вдоволь, а потом вытряхнуть воду из ушей, растянуться на траве и, прищурясь, смотреть в синее небо.
Хорошо!
Я тряхнул головой и принялся плотнее наматывать магические нити. Еще один виток, и все — плетение готово.
Осталось зарядить его энергией. Самая важная часть работы.
— Киловольт, — позвал я. — Ты готов?
— Готов, — проворчал демон Молнии.
Его голос напоминал далекие раскаты грома.
— Давай, только осторожно. Не переборщи.
Мои пальцы заискрили, послышался треск, в воздухе запахло озоном.
— Эй! — успел сказать я, а больше ничего не успел.
Потому что бахнуло!
Да так, что меня отбросило к стене, а в окнах жалобно зазвенели стекла. На деревянном столе появилась некрасивая черная подпалина, а медная пластина расплавилась.
Запахло горелым деревом.
— Каких демонов, Киловольт! Просил же осторожнее!
 
— Случайно получилось, — сконфуженно объяснил демон.
Самое распространенное объяснение.
Я весело хмыкнул — не злиться же на демона. Годами он вкладывал всю силу в каждый разряд, чтобы сделать его убийственным. Трудно сразу преодолеть давнюю привычку.
Стол тлел и дымился. Я накинул на него первую попавшуюся тряпку, и бросился открывать окно.
Фух, свежий воздух!
В коридоре послышались торопливые шаги, и в лабораторию ворвался Вознесенский. За ним, не отставая ни на шаг, бежал Прохор.
Старики даже про болезни свои забыли — вон, как резво примчались!
— Жив? — выкрикнул старый артефактор.
— Да что мне сделается? — отмахнулся я.
— Ну, слава богу!
Лука Иванович опустился на стул и взялся за сердце.
— Что это было?
— Немного перестарался с молнией, — хмыкнул я. — Ничего страшного. А у стола все равно ножка шаталась. Новый купим.
Потап тоже прибежал на шум — только снаружи. Встал на задние лапы, а передними уперся в стекло и корчил уморительные рожи, пытаясь разглядеть — что тут у нас происходит.
— Лука Иванович, а что за амулет хотел заказать у тебя теневик? — между делом спросил я старого графа.
Взгляд Вознесенского метнулся в сторону. А потом артефактор уставился в окно.
— Не знаю. Он сказал только, что понадобится магия Смерти.
— И ты не попытался узнать? — не поверил я.
— А зачем? — сердито спросил Вознесенский. — Я его сразу выставил. Сказал же — с магией Смерти не связываюсь!
Старый граф с вызовом уставился на меня.
Он явно недоговаривал. Но что мне, пытать его, что ли?
— Жаль, — вздохнул я. — Есть у меня подозрение…
— Какое? — не сразу спросил Вознесенский.
— Я слышал, что на днях в Столице пройдет Императорский турнир. Логично предположить, что амулет понадобился для него.
— И что? — проворчал Прохор, неодобрительно разглядывая почерневший стол. — Какое нам дело? Главное, что от Луки Ивановича этот проклятый теневик отвязался.
А отвязался ли? Или просто выжидает, пока я закончу свои дела в Столице и съеду от старого графа?
Если Орлов задумал что-то незаконное, то Вознесенский всегда будет для него опасен.
Если столкнулся с сильным врагом — не жди нападения, чтобы ответить ударом на удар. Бей первым и непременно добивай. Иначе можешь и не пережить нападение.
Но я не стал озвучивать эти мысли Вознесенскому и Прохору. Вместо этого сказал:
— Если он все же нашел, кому заказать артефакт, то могут пострадать люди.
Вознесенский сердито засопел. Было видно, что эта мысль уже не раз приходила ему в голову и не давала старому графу покоя.
— На турнире строго следят за соблюдением правил, — неуверенно сказал он, убеждая самого себя. — Императорская гвардия.
— А какие правила? — поинтересовался я. — Турнир — это ведь поединки, я правильно понимаю? Что-то, вроде дуэлей?
— Да, — кивнул Вознесенский. — Пока один из бойцов не признает себя побежденным. Или пока император не остановит бой.
— Лука Иванович, — усмехнулся я. — Ты сам офицер и дворянин. И не хуже меня знаешь, что такое дуэль. Очень редко противники хотят убить друг друга. Но смерти, все-таки, случаются.
Старый артефактор сжал сухие губы так, что они вытянулись в тонкую бескровную ниточку.
— Теневик хотел, чтобы я сделал амулет, который позволит контролировать демона, — неохотно сказал он.
Ну, наконец-то!
— Звучит неопасно, — кивнул я. — Это не какой-нибудь артефакт смертельного удара. Но я хочу разобраться до конца. Что делает такой артефакт, как он работает?
— Он позволяет Одержимому обойтись без магоцвета. Демон может проявить свои магические способности в полную силу.
Ага, что-то такое я и предполагал. Такой артефакт, и в самом деле, может помочь сильному Одержимому выиграть турнир. Когда у противников сонные демоны, а твой демон бодр и силен — шансы на победу возрастают.