Сдавайтесь, мистер Уэйн! или Мой волшебный арест (СИ)

– Пейте, пейте, это отвар кореньев зеленой гавы, – со знанием дела убеждала меня жизнерадостная девчонка.
Я уложила гудящий затылок на мягкую подушку и провыла, что нет никаких сомнений: именно из кореньев, причем зеленых (вероятно, подгнивших), он и изготовлен. Я бы сильно удивилась, если бы из розовых лепестков и пыльцы единорогов.
– Помогает от магреней, какие всегда случаются при переходе. Меня зовут Мириэль, я ваша личная помощница. Сейчас мы вас вылечим, а потом умоем и оденем.
Я поспешно ощупала себя под тяжелым покрывалом и не нашла, за что зацепиться. Ни единого кружавчика.
– При транспортировке личные вещи нежелательны, это мне господин ти Грайц рассказал. Но за ночь мы для вас все подготовили… Почти все, – звонким бубенчиком трещала девица. – Хоть мы и не ожидали, что будет еще одна льяра, но если сир ти Грайц привел… То это же счастье для мира, да?
– Ага… «счастье».
Этот радостный мир еще просто не знает, с кем связался…
Реальность обрушивалась на меня вместе с наползающим потолком. Осчастливленный мир все еще кружился, в висках стучал тревожный набат. И снова по телу ползло это изматывающее ощущение, будто я дважды перелетела через Атлантику.
От жизнерадостности Мириэль в горло проталкивалась тошнота. Еще сильнее мутило от «господина ти Грайца», мелькавшего в каждой реплике чьей-то там помощницы.
Я пока еще в своем уме (вроде бы). И не забыла, что меня оклеветали, раздели, помяли, опозорили перед коллегами, а потом… похитили! Снова.
– Выпейте, прошу, – она умилительно расширила глаза, менявшие оттенок от лавандового до фиолетового в зависимости от освещения.
Кто-то из нас двоих точно спятил. И воображаемый палец упорно указывал в мою сторону.
Мириэль, в целом, внушала доверие, а вот темно-зеленая жидкость – нет. Но голова раскалывалась. А господин, чтоб его хеккара слопала, ти Грайц, если бы хотел меня отравить, не стал бы пользоваться чужими руками. Тем более, такими юными и белокожими. Не совсем же он маньяк?
Хотя… да, совсем. На всю голову. Но все-таки я, зажав пальцами нос, опрокинула в себя стакан. И мне мгновенно, прямо в ту же секунду полегчало.
– Почему ты зовешь меня Тессой? – поинтересовалась больше из вежливости.
Если насчет магии я погорячилась, значит, версия с сектой фанатиков остается в силе. А их лучше не злить. И по возможности подыгрывать.
– Тесса ди Брайнтвиль – ваше имя изначальное, принадлежащее этому миру, – пожала девчушка острыми плечами, торчащими из светло-зеленого сарафана. – Так значится в сопроводительных документах по транспортировке души. Вы простите, что изучила их без вашего ведома! Но нужно же мне было к вам как-то обратиться?
От «транспортировки души» пахнуло идиотизмом. Или безумием. Или… магией, да.
Нет, безумие предпочтительнее, Таша.
Это или надувательство с размахом, какой мне и не снился. Или похищение вселенских масштабов. Чутье подсказывало, что тут меня Джефф уже не найдет.
«Не боитесь пропасть, Таша?»
Что бы там ни написал Уэйн в сопроводительных бумажках, тело тоже было моим. А значит, «транспортировали» не только душу. Маньяк весь комплект меня любимой запихнул… черт знает куда. Снова.
– Значит, есть документы? – я наморщила лоб и нерешительно огляделась.
– Вот же они, на тумбочке.
Документы изучать я любила. В них часто находились важные зацепки по делу. Может, и эти стоит почитать… так, в порядке общего бреда.
– Простите мою нескромность, я просто в первый раз прислуживаю заблудшей и обретенной душе, – весело тараторила Мириэль, обостряя мое желание спрятаться под покрывалом от всех проблем. – Наверное, это волнительно – вернуться в мир изначальный? Как ощущения? Наступил покой, прекратилось смятение?
Да что там! Смятение как раз заходило на новый круг. Хотелось крушить, душить и вливать в Рейнара Уэйна то серую похлебку, то вот эту зеленую болотную жижу до посинения. Его посинения.
А что до покоя… Кого-нибудь я бы с радостью упокоила. Одного не в меру нахального маньяка с точеной, накачанной задн…
 
Нет, эту картинку лучше сразу выкинуть из головы, пока она туда намертво не въелась. Тем более, что торта там не было, а значит, все понарошку.
Я села в постели – довольно широкой, такой, в которую еще два человека влезло бы без ущерба для соседей. Подтянула к себе тяжелое синее покрывало, расшитое сверкающей бронзой. Какие-то узоры, цветочки, хитросплетения…
Взяла у Мириэль бумажки. Все три листа напоминали плотный картон, желтоватый, чуть перламутровый. На каждом с двух сторон мерцали синевой причудливые гербовые печати.
Только сейчас до меня дошло, что я понимаю и девицу фиалковоглазую, и текст на бумагах! На рабовладельческих плантациях все было чудно́ и мудрено. Приходилось домысливать и доходить своим умом. А тут информация поступала ко мне прямо на блюдечке.
Все будто перевернулось с ног на голову. Вдруг показалось странным слышать, понимать. Лежать на мягкой подушке, беседуя с «личной помощницей», а не просыпаться на колючей соломе от вопля «Шикварра, цабат лау!».
К монотонному труду на плантациях я за несколько дней привыкла. Человек существо такое, он ко всему адаптируется. А тут все было ново и неизвестно… И крайне подозрительно.
То, что видела я сейчас – начиная с высоких сводов нарядного потолка и заканчивая расшитым бронзовыми нитями покрывалом, – казалось мне еще более безумным. Диким. Невероятным.
После угроз Уэйна я готовилась обнаружить себя в очередном подвале с ржавым крюком и корытом нечистот. Но никак не в пышно обставленной спальне дворца. Это… сбивало с толку. Где-то же должен быть подвох?
– Почему я тебя понимаю? – спросила шепотом у «помощницы льяр».
– Это включено в поставку, – деловито покивала девчушка, и я сипло раскашлялась.
Поставки, транспортировки… Что за мутный бизнес у драного Уэйна? И почему мы его до сих пор не прикрыли?
– Включено, значит… – сжала кулак до белых костяшек. – Полный пакет…
– Господин ти Грайц никогда не делает работу кое-как, льяра Тесса. Он лучший. Уж если сир Тайр оказывает услугу нашему Бронзовому владыке, то безукоризненно. Ведь, согласитесь: зачем Эдвариану Крон-Граймелу льяра, которая ни кроля не понимает?
Я с опаской посмотрела в окно, на обманчиво безмятежный вид. Снаружи раскинулись сады, утопавшие в зелени и пестрых танцующих лепестках. Небо было таким голубым, что от чистоты цвета резало глаза.
Пахло пробуждающейся природой, теплом… Весной. Той самой, которой я никак не могла дождаться там.
– А зачем… этому Эдвариану… вообще льяра?
– Ну как же ему без льяр? Такова традиция, – вдохновенно прошептала Мириэль. – Раньше в отборах участвовало до сотни претенденток, но теперь бывает всего четыре-пять…
Легкой походкой она проскакала по комнате к шкафу и вернулась с нежно-голубым свертком.
– А понимаете вы все, потому как не чужачка. Вы же вернулись домой, льяра Тесса! – от ее восторга хотелось утопиться. – Как видно из сопроводительных документов, на время отбора ваша душа прикреплена к миру Энхарад. Но вы не бойтесь, это просто формулировка такая, что на время. А так, конечно, и после отбора вас никто из родного мира не выгонит. Не посмеет.
Горло сковало удушьем от ее безумных слов. Я приняла у девушки тонкий, по ощущениям, шифоновый халат и торопливо накинула на плечи. Хоть какая-то одежда.
– Не все миры охотно отпускают заблудших. И иногда, чтобы обмануть мироздание, чтецам приходится идти на уловки и всякие хитрые обходные пути… Отбор – идеальное прикрытие и крайне уважительная причина, – мечтательно улыбнулась девушка. – А Бронзовому владыке только в радость познакомиться с лишней кандидаткой.
Лишней… вот правильное слово. Меня тут быть не должно. Они и сами меня не ждали!
Я встала и, почувствовав в ногах силы, прошлась по комнате. Заглянула в шкафы, посмотрела в окна, бегло оценила обстановку. Уж понятно, не нашла ни пистолета, ни телефона, ни зарядки, ни розеток.