Ярый. Ликвидатор (СИ)

— Мне позвать напарника и тебе объяснить, как приказы выполнять?! — рыкнул тюремщик.
— Попытайся, — ответил и криво усмехнулся. — Что за беспредел-то? За что меня сюда?
— А то ты сам не знаешь! — хмыкнул мой собеседник. — Парень, не ерепенься, мне тебя к следователю вести.
— Так открывай дверь, сам пойду, — с трудом поднялся я на ноги. — Или боишься?
— Учти, попытаешься сопротивляться, то будет хуже, — произнес тюремщик и со скрежетом стал открывать замок.
Дверь противно скрипнула, петли никто не смазывает.
— На выход, руки за спину! — рыкнул очередной приказ стражник.
На этот раз решил послушаться, находиться в сырой камере нет желания. Посмотрим, какие мне собираются предъявить обвинения. Конвоир действует грамотно, идет позади в нескольких метрах, в руках держит дубинку, но вот только сопротивляться пока не собираюсь. Да, ключевое слово пока! Силы начинают восстанавливаться, затекшие мышцы приходят в норму, головная боль проходит, а источник наконец-то пополняется магией. Правда, в этих стенах необходимой энергии почти нет.
Меня завели в небольшой кабинет. За столом, перебирая несколько исписанных листов, сидит пожилой и усталый мужчина в гражданской одежде.
— Садись, — не глядя на меня, указал рукой на массивный табурет, ножки которого железными пластинами прикручены к полу.
Допросная? Приходилось видеть пыточные, вот там-то закоренелые преступники ломались, правда, наговаривали таких небылиц, что иногда хотелось смеяться.
— Фамилия, имя, отчество, принадлежность к клану? — посмотрел на меня следователь.
— Неужели не установили мою личность? — хмыкнул я.
— Не дерзи, ты не в том положении, — поморщился следователь.
— А за что задержан, да еще так жестко? — спокойно задал ему вопрос, а потом продолжил: — Понимаете, за превышение полномочий никого по головке не погладят, медальку не дадут и в звании не повысят.
— Угрожаешь? — противно улыбнулся мой собеседник. — Упрям и независим?
Что-то я не могу в сложившейся ситуации разобраться! Полиция в империи нормально всегда к гражданам относилась, их права защищала, а тут какой-то сюр.
— Так, давайте все же разберемся, — нахмурился я. — Начнем друг к другу уважительно относиться и выясним обстоятельства, по которым встретились в этом мрачном месте. Хорошо?
— Хм, давай попытаемся, — скрестил руки на груди следователь.
Он против меня настроен, продолжает тыкать. Ладно, сделал вид, что не заметил его настроя.
— Мы с сестрой приехали за теткой, которая работает в ресторане шеф-поваром. Там образовался прорыв и меня, какой-то капитан, не захотел пропускать. Он попытался применить силу, но не получилось, а когда я возвращался, то меня жестко скрутили. Так в чем моя вина? — спокойно сказал и с интересом посмотрел на невозмутимого следователя.
— Это все? — покачал головой тот.
— В общих чертах, — пожал плечами.
— Не отрицаешь, что ослушался приказа, применил силу, оскорбил представителя власти, — покивал следователь, а потом рыкнул: — Так чего тогда хочешь?! Нарушил несколько статей закона! Угрожал капитану полиции! В сумме этих преступлений тебя на пару лет за решетку на раз посадить!
— Как-то мы о разном говорим, — потер я скулу.
— Фамилия, имя, отчество, принадлежность к клану?! — вновь задал изначальный вопрос следователь и положил перед собой бланк протокола. — Учти, это уже под запись.
— Глава клана «Ярый воин», Федоров Алекс Григорьевич, — представился я и спросил: — С кем говорю?
— Старший следователь, майор Култин Максим Алексеевич, — подумав, произнес тот. — Гражданин Федоров, вы подтверждаете, что применили силу к капитану полиции Муганову? Оскорбили его и ослушались приказа?
— Бред, — коротко ответил я, размышляя о сложившихся обстоятельствах, в которых оказался.
Непонятно, как из этой истории выбраться. Звонить никому не хочу, тот же Горов или Шувалов, не задумываясь ситуацию разрулят, но тогда им окажусь обязан. Вроде бы мелочь, но нет желания о такой мелочи связываться с влиятельными людьми. А с другой стороны, кто как ни Илья Яковлевич обязан следить за порядком во властных структурах.
 
— О чем задумался? Предлагаю чистосердечно во всем сознаться, тогда отделаешься штрафом и, возможно, условным сроком, — произнес майор, а потом сменил тональность: — Алекс, ты еще молод, тягаться с судебной системой не можешь. Грехов за тобой не числится, отделаешься легким испугом. Сейчас явку с повинной составим и отправишься домой, к родным, отдохнешь. Разбирательство же займет какое-то время, но дело ясное и понятное. Сурово наказывать не будут.
— Даже если не ощущаю за собой вины? — спросил, сделав глуповатое и мечтательное лицо.
— Сам же знаешь, что в чем-то неправильно себя повел, — вздохнул следователь. — Иначе бы здесь не оказался. А то, что при задержании немного пострадал, так тяжких травм не получил, все заживет.
— И вещи все отдадите? — вновь поинтересовался я.
— Конечно, — утвердительно кивнул Култин, но потом уточнил: — Шашки не сразу получишь, их на экспертизу направлю. Необходимо выяснить не применялись ли они против граждан империи.
Это что за ерунда?! Как они это собираются узнать? Даже если кого-нибудь ими зарубил, то магический след исчезает за пару часов.
— Позвонить могу? — поинтересовался я.
— Конечно, но после оформления всех бумаг, — расплылся в улыбке мой собеседник.
Он решил, что клиент готов и поплыл, сейчас подпишет себе приговор и можно выбивать премию за раскрытое преступление.
— Нет, — коротко ответил, а потом уточнил: — Никакой вины за собой не чувствую, каяться не в чем. Если желаете получить объяснительную, то без вопросов. Кстати, примете заявление, что меня незаконно задержали.
— В отказ решил пойти? — поморщился следователь.
Ответить я не успел, в кабинет вошел сухощавый мужчина средних лет. Следователь со своего места подскочил. А незнакомец, у которого обильная седина на висках, стальной взгляд и плотно сжаты губы, посмотрел на меня и сказал:
— Вы господин Федоров, глава «Ярого воина»?
— Да, — кивнул я.
— Прошу простить за это недоразумение. От полицейского управления Ярославля и себя лично приношу извинения. Вас немедленно отпустят и снимут все обвинения, а виновные понесут наказание, — продолжил тот, при этом выразительно посмотрев на следователя, который чуть заметно кивнул.
— Простите, а вы кто? — не удержался я от вопроса.
— Прокурор области, Мартынов Иван Сергеевич, — представился тот.
— Разрешите на пару слов? — обратился к нему следователь.
— Майор, вопрос закрыт, — покачал головой прокурор. — Оформляйте бумаги, это приказ и, прошу вас, не заставляйте меня ждать. Нам всем надо Алексу Григорьевичу спасибо сказать, прорыв-то ликвидирован!
— Понял, — сел на свое место майор и принялся что-то быстро писать.
— Мы с господином Федоровым подождем бумаги и его вещи во внутреннем дворе тюрьмы, — произнес Иван Сергеевич, а потом ко мне обратился: — Пойдемте, тут вам делать нечего.
— А как насчет действий ваших подчиненных? — поинтересовался я.
— Гм, с непосредственных начальников спрошу, расследование проведем, виновных накажем, — ответил прокурор.
Честно говоря, мог бы права покачать, выставить какие-нибудь требования, но сказал совершенно другое:
— Если и взыскания делать, то тщательно во всем разобравшись. Каждый заслуживает того, как поступает.
— Разумеется, — кивнул прокурор и предложил: — Пойдемте, тут очень душно.
Не стал отказываться, первым направился к двери. Мы идем тюремными коридорами, впереди мой бывший конвоир. Он отпирает замки на решетках и ни капли не смущен, что бывший пленник теперь в почете. Мартынов пока не рассказал, что же произошло, заставив его на ночь глядя явиться в тюрьму. Гадать не хочу, вскоре и сам все узнаю.
— Курите? — спросил Мартынов и вытащил из кармана пачку сигарет.
— Не имею такой привычки, — покачал головой.