Граф Рысев 7 (СИ)

— Жень, пошевеливайся давай. А то все наши попытки сделать доброе дело пойдут твоей Фыре под хвост. — И он почти бегом побежал к машине. Я поспешил за ним.
До поместья Шалфеевых ехать было гораздо ближе, чем до Дубны, поэтому мы сразу же рванули туда. Выгрузив хозяина, я приказал Ваньке.
— Давай, быстрее обратно в город. Грузи мадам с девочками, хватайте целителя и мухой обратно.
— А их экипаж? — деловито уточнил Ванька.
Я чуть было не сообщил ему, что мне как-то плевать на экипаж Шалфеевых, и что лимит моих добрых дел истрачен на неделю вперёд, но передумал и кивнул на Фёдора.
— Кучера с собой бери. Он как-нибудь до дома доедет. Тем более что тварь, похоже, здесь пугливая обитает. Звуков мотора боится. Вот как спряталась, когда нас услыхала. Даже господина Шалфеева не добила и жрать не начала. Хуже будет, если это разумное существо, — добавил я тихо. — Езжай, не теряй время.
— Эй, Фёдор, давай в машину, быстрее! — крикнул Ванька и свистнул, привлекая к себе внимание.
По внутреннему двору пробежала девчонка-служанка, стрельнувшая глазами в сторону молодого егеря. Он никак не отреагировал на столь явный интерес, и тем самым ещё больше его усилил. Потому что девчонка остановилась перед неприметной дверью и смотрела на Ваньку до тех пор, пока машина не уехала за периметр поместья.
— Тебе уже не холодно? — спросил Мамбов, выходя ко мне на крыльцо. — Что ты здесь застрял.
— Смотрю, как девушки западают на моих котов. И у меня возникает к ним вопрос, а какого хера среди наших егерей так много неженатых парней? — я повернулся к Мамбову.
— Ну, как тебе сказать, — Олег развёл руками. — Вот чего не знаю, того не знаю. А ты почему таким вопросом задался?
— Да потому что дед вбил себе в голову, что нам совершенно необходимо собрать земель побольше, чтобы подать прошение императору на присвоение нашему графству княжеского статуса. — Рассеянно ответил я. — Не знаю, что на него нашло. До этого года его всё устраивало.
— И как это связано с твоим интересом к личной жизни ваших егерей? — усмехнувшись, спросил Мамбов.
— Напрямую, — я мрачно посмотрел в ту сторону, куда уехала машина, а потом перевёл взгляд на девчонку, на личике которой отразилось разочарование. — Нам нужно на эти новые земли хотя бы в качестве административного ресурса ставить ПроРысевых. Не зря же мы их учим. У нас каждый егерь имеет как минимум один диплом, это кроме того, что они превосходные воины. А эти долбодятлы, вместо того, чтобы осчастливить клан рождением новых ПроРысевых, предпочитают по борделям шляться и по изнанкам.
— С молодого графа пример берут, — хохотнул Мамбов.
— Вот не надо на меня наговаривать, — я злобно посмотрел на выскочившего на крыльцо Славку. — Я женат. И то, что у нас с Машей пока нет детей, связано с учёбой, а не потому, что… — я не закончил и спросил у пристально смотрящего на меня ПроРысева. — Что?
— Господин Шалфеев пришёл в сознание, — ответил Слава. — А что вы имели в виду, говоря про свою женитьбу, ваше сиятельство?
— Да вот, думаю, женить вас, пока мы здесь видами любуемся. Опять же, приток свежей крови клану никак не повредит…
— Ну что вы, ваше сиятельство, — егерь под моим недобрым взглядом попятился. — Как-то вы это внезапно решили. Я бы даже сказал, радикально. У вас дел сейчас невпроворот, чтобы о таких мелочах думать.
— Жень, давай ты потом проблему нерадивых слуг решишь, — поторопил меня Олег. — В конце концов, Шалфеев нам жизнью обязан. А девчонки у него тут, ух какие… — он ухмыльнулся, глядя на вытянувшееся Славкино лицо. — Попросишь парочку для развода, да и дело с концом.
— Ты циник, — я вздохнул и пошёл к двери.
— Да, — пожал плечами Мамбов. — И совершенно этого не стыжусь. А теперь пошли уже, спросим у господина Шалфеева, что произошло.
Хозяина расположили в спальне. Его отмыли, отогрели и забинтовали ему разбитую голову. Вокруг суетились хорошенькие служанки, а на прикроватной тумбочке стояла батарея флаконов с зельями. Я подошёл поближе и поднял один из флаконов. Покрутив в руках, посмотрел на свет.
 
— Это заживляющее зелье. Одна из последних разработок Лебедева. И флакон он именно для него придумал. У Аристарха Григорьевича есть пунктик на этот счёт: каждое зелье должно быть налито в свой флакон. Он считает, что так их труднее перепутать. Спорно, конечно, но что-то в этом, безусловно, есть. — Я повернулся к сидевшему в постели мужчине, который внимательно смотрел на меня. — Граф Рысев, Евгений Фёдорович, — представился я ему и показал флакон. — Могу я поинтересоваться, откуда у вас это?
— Целитель, пользующий мой семью, посоветовал мне составить аптечку и включить в её состав несколько редких и очень дорогих зелий, не так давно появившихся на рынке, — у Шалфеева был густой голос, сейчас звучавший глухо. — Это действительно очень дорого, но, как видите, ваше сиятельство, пригодилось.
— Я не знал, что мы занимаемся поставкой зелий на рынок, — и я посмотрел на Славку, скользнувшему в комнату вместе с нами.
— Ребята трёх гигантских жаб сумели завалить, — пояснил он в ответ на мой вопросительный взгляд. — А Лебедев ещё из первой научился эту штуку мешать. Когда патент получал, Сергей Ильич заодно разрешение на торговлю оформил. Зелья же не хранятся вечно, да и склад у нас не резиновый. Ну и вон, людям помогаем, как ни крути.
— Передай всем, чтобы пайку Савы урезали в тех частях туш, что на изготовление зелий уходят. — Слава кивнул, а я повернулся к Шалфееву. — Извините, Дмитрий Денисович, но, если сейчас приказ не отдам, потом замотаюсь и забуду.
— Ничего, я понимаю, — он закашлялся. Ну, так понятно, промёрз-то он насквозь.
— Что произошло? — вперёд выступил Мамбов. — Кто на вас напал?
— Я не знаю, — Шалфеев осторожно обхватил голову руками. — Лошадь чего-то испугалась и сбросила меня. Я не успел сгруппироваться и упал. Очень неудачно упал, сразу же сознание потерял. В себя пришёл только сейчас.
— М-да, — Мамбов потёр подбородок.
— Митя, какое счастье, — двери распахнулись, и в комнату ворвалась невысокая женщина с опухшим от слёз лицом. — Ты жив, — она упала Шалфееву на грудь и снова зарыдала.
— Ну-ну, Кристиночка, благодаря их сиятельствам всё обошлось, — он похлопал её по спине.
— Кристина Львовна, — к кровати подошёл целитель, на ходу расстёгивая свой саквояж. — Разрешите мне осмотреть Дмитрия Денисовича.
— Конечно — конечно, — она встала и отошла в сторону.
— Не будем мешать, — за нас обоих объявил Олег, и мы ретировались из спальни.
— Поехали уже домой. Завтра вернёмся и всё тщательно осмотрим, — я не успел сделать шаг к двери, как на меня налетела Кристина Львовна. — Эм, — я посмотрел на Мамбова, но тот закусил костяшки пальцев на руке и с трудом сдерживался, чтобы не заржать.
— Ваше сиятельство, я не знаю, как вас отблагодарить, — и Шалфеева прижалась ко мне ещё сильнее. Я попытался её оторвать от себя, но проще было отобрать у Фыры колбасу.
— Кристина Львовна, на нашем месте так поступил бы каждый, — проговорил я, снова попытавшись оторвать женщину от себя.
— Это было так ужасно, вы даже не представляете. Я на мгновение подумала, что осталась без мужа, а мои дети осиротели.
— Мне сложно это представить, я мужчина, — Мамбов всё-таки не выдержал и отвернулся приступом кашля, маскируя хохот. — Кристина Львовна, отпустите меня, нам нужно ехать.
— Ох, Евгений Фёдорович, вы только скажите, как я могу отблагодарить вас? — выдохнула она мне в шею.
— Я подумаю над этим, — расслабившись, я наклонился к её уху и прошептал. — Вас, кажется, зовёт ваш муж. Наверное, целитель делает с ним что-то ужасное.
— О, вы уверены? — она отстранилась и заглянула мне в лицо.
— Нет, я не уверен, но проверить стоит, — ответив, я широко улыбнулся.
— Да, вы правы, — и она побежала обратно в спальню.
Как только дверь за ней закрылась, я прошипел.
— Валим отсюда, — и первым выскочил за дверь, на ходу застёгивая пальто. Уже на крыльце, поправив шарф, я повернулся к Мамбову. — Ни слова!