Топоры гномов IV. Пылающий север (СИ)

— Повелитель, мы готовы приступить к ритуалу, — обратился к Гламоргану князь Драгонар.
Архигерцог обвел взглядом заклинательный круг. Исполненный лучшими мастерами Инферно, сейчас он буквально дышал кровью, силой, Хаосом. Тридцать могущественных чародеев были принесены в жертву на этом алтаре. Их души получили страшные раны, но исполнили свое предназначение — усилили заклятье «Армагеддон», сделав его по настоящему смертоносным. А сейчас новые тридцать разумных послужат схожей цели. Благо откат от заклинания пятого ранга уже сошел на нет.
— Я приступаю, — произнес Гламорган и шагнул в центр заклинательного круга.
Из жертв ближе всего к архигерцогу находилась молодая эльфийка. Заклятье крепко сковывало женщину, не давая шелохнуться. Ее светлая, почти белая кожа была испещрена метками, кровь сочилась из вырезанных знаков, пятная совершенное тело. Могущественная чародейка на службе одного из лордов, она нанесла Инферно большой ущерб, и теперь должна была за него расплатиться. И видно эта перспектива до ужаса пугала женщину, страх и отчаянье отражались в ее глазах, что только благоприятствовало будущему ритуалу.
Стоявший над ней князь Драгонар поднял кинжал. В то же время это движение повторили двадцать девять его собратьев. Сам же Гламорган начал медленно творить чары, обращаясь к одному из великих искусств, к магии школы Смерти. Черное хрупкое заклятье сформировалось в руке, зыбкое, едва удерживаемое в реальности. Оно нуждалось в мане, в громадных объемах маны. Словно бездна, чары поглотили энергию архигерцога, но и этого им было мало.
Ментальная мысль-приказ и ритуальные кинжалы погрузились в плоть жертв. Эльфийка захлебнулась в беззвучном крике боли, метки на ее теле вспыхнули, прожигая кожу, расходясь тонкой паутиной линий. Жилы чар встретились вместе, оплелись подобно уродливой сетке. А затем начали сжиматься, выдавливая саму жизнь из своих жертв. Тело эльфийки высохло за секунды, обратившись в лишенную соков мумию. В то время как жизненная сила потекла к центру заклинательного круга. Туда, где стоял Гламорган.
Это было самым сложным моментом во всем ритуале. Очистив сознание от любых посторонних мыслей, архигерцог направил разрозненные потоки в одну точку — в матово поблескивающий шар заклинания магии Смерти. В этот миг одного неверного шага, одной дестабилизированной линии могло бы хватить, чтобы уничтожить и самого Гламоргана и его приближенных. Слишком уж значительные силы были использованы в ритуале. Однако защитники Мерана не предприняли ни одной попытки, чтобы помешать созданию чар. Впрочем, они все равно не имели шанса пробиться через выставленную защиту. Сам же архигерцог был слишком опытен, чтобы ошибиться. Он впитал всю энергию, что была получена от тридцати жертв. Дал себе несколько мгновений полюбоваться на сотворенный шедевр, а затем метнул шар в полосу из мертвых тел демонов.
Импы и бесы, сдохшие в самом начале сражения. Умершие крайне глупой смертью — от падения с высоты. Они были крайне посредственным материалом для большинства заклятий некромантии. Но не для этого. Ведь сейчас все что требовалось наполненным силой чарам — масштабные залежи некроплоти. И заклятье получило то, в чем так нуждалось. Черный шар ударил в груду тел, волна темной энергии пробежала по трупам, впиталась. А затем подвергшаяся воздействию плоть пришла в движение. Мясо оплыло, словно растаявшее масло, кости вывернулись из суставов, лежавшие по краям трупы устремились к центру.
На месте полосы тел стал формироваться гигантский некроконструкт не имеющий ни ног, ни рук, ни головы. Лишь невероятно длинное и толстое туловище, похожее на змеиное. Тварь защищала сегментированная броня из тысяч костей, подвижных и удивительно прочных. Это подтвердилось, когда багровое небо прорезал белый луч, ударивший точно в монстра. Змей задергался в конвульсиях, на землю пролилась черная кровь, однако спустя несколько секунд он затих, а затем, повинуясь приказу Гламоргана, поднялся, утвердившись на «хвосте».
«Голова» кадавра повернулась в сторону крепости. Несмотря на полное отсутствие глаз, и эльфы, и люди, и гномы, и даже демоны почувствовали на себе давящий взгляд. Души разумных кольнуло, потянуло к монстру, в ушах живых зазвучал тихий сонм голосов. Слова душ не успевших сбежать импов, оказавшихся в ловушке мертвой плоти. Многие внезапно осознали, что им грозит схожая судьба, стоит лишь умереть рядом с этим монстром. И надо сказать, что такая участь ужаснула даже дьяволов. Заставила всех разумных застыть в нерешительности. Единственным, кто не растерялся, кто не стал испытывать сомнений, стал сам кадавр. Он, повинуясь воле Гламоргана, пополз к крепости, сминая под своей тяжестью землю и тела демонов. Самым же страшным было то, что в то же время было создано еще три подобных ему созданий. И все они почти одновременно устремились к Мерану.
 
Оцепенение разом схлынуло и с защитников, и с нападавших. Демоны бросились в стороны, спеша уйти с траектории движения мертвого змея, в свою очередь маги Сторма ударили всем доступным им арсеналом в чудовище. Четыре стихии обрушились на плоть монстра, окружили его сонмом вспышек и взрывов, однако должного результата не принесли. Шкура змея оказалась испещрена отметинами, однако на скорость монстра эти раны почти не повлияли. Куда лучше проявила себя магия Света. Аколиты и прелаты не стали спешить нанести свой удар. Они дождались, когда монстр подползет к самому рву и только тогда разом ударили заклятьями.
Белые лучи и сгустки света вонзились в мертвую плоть, вновь спровоцировав у кадавра приступ судорог. И это посеяло настоящий хаос в порядках врага. Исполинский «хвост» змея изогнулся, ударил по земле, оставив превратив несколько десятков демонов в кровавую кашу. Голова закачалась в воздухе, готовая рухнуть на детей Инферно. И пусть демоны были закалены сотнями сражений, драться в таких условиях они оказались не способны, вместо этого бросившись в стороны, как можно дальше от смертельно опасного монстра.
Однако бегство с поля боя не состоялось. Одного ментального крика Гламоргана оказалось достаточно, чтобы напомнить подчиненным, что им грозило за такой шаг. В то же время архигерцог вернул под контроль змея, пусть раненного, но вполне боеспособного. Кадавр по его указанию выпрямился, возвысившись над землей на три десятка метров, отклонился назад, а затем бросил свое тело прямо в стену.
Удар получился чудовищно сильным. Весь замок содрогнулся, дрожь камня почувствовали и в ратуше, и в самых глубоких подвалах. Мало кто из стоявших на стене смог устоять на ногах. Многие и вовсе рухнули вниз. И не успела еще осесть каменная пыль, как змей вновь отклонился назад, желая провести следующую атаку.
Еще раз ударили чары магии Света, на сей раз разрозненные, поспешные, а потому не столь опасные для монстра. Кадавр, замер лишь на мгновение, а затем бросился вперед, ударив ровно туда, где уже находилась глубокая выбоина. И в этот раз последствия для замка оказались еще плачевней. Камень с внутренней стороны стен брызнул тысячей осколков. Часть верхнего яруса, где находились солдаты, подалась вниз, а через мгновение вовсе рухнула, похоронив средь тонн камней множество разумных. Глубокая трещина пересекла твердыню, и это было только началом конца — змей уже отклонялся для новой атаки.
Луч света, ударивший с небес, пришелся как нельзя кстати. Кадавр тут же забыл о своем намерении, зашедшись в новых конвульсиях. В то же время на стенах образовалась страшная сумятица. Защитники получили приказ оставить обреченный участок. Тысячи разумных бросились к башням и лестницам, спеша быстрее покинуть опасное место. Большинство из них не успело это сделать. Змей очнулся раньше, чем первый солдат спустился на землю.
Истерзанный кадавр бросился вперед. Мертвое тело вонзилось в трещину и на сей раз пробило стену насквозь. Тут же монстр завозился в изломе, дробя камни, расширяя созданную брешь. Поврежденная стена утратила прежнюю крепость. От дерганных движений монстра тонны камней пришли в движение, посыпались вниз, норовя погрести под собой змея. Однако тот сумел пережить все удары и выбрался из-под завала. Покачиваясь, кадавр завис на месте, нацеливаясь провести новую атаку, однако сделать это так и не смог. Новая череда заклятий магии Света ударила по его плоти. И этого поврежденный конструкт уже не смог пережить. У змея будто бы обрезали нити, что держали его на весу, и он рухнул на землю, погребя под собой множество демонов.