Хакер

  
Андрей Русланович Буторин
 
Зона Севера. Хакер
 
© Буторин А., 2023
© ООО «Издательство АСТ», 2024
  
Пролог
 
Время летит быстро, особенно когда есть чем заняться. А уж если это такое дело, которое тебе нравится, затягивает с головой… У Андрея Кожухова было именно такое дело. С тех пор как ему, тогда еще сталкеру с позывным Капон, подарил свой логический блок разумный кибер Зан из параллельной реальности, прошло уже три года, а казалось, что это было лишь три недели назад. Ну хорошо, три месяца… Правда, ни за три месяца, ни тем более за три недели не удалось бы продвинуться так далеко в решении этой поистине фантастической задачи – созданию искусственного интеллекта. Настоящего разума, подобного человеческому, а не просто безмозглой псевдоинтеллектуальной игрушки, которую привыкли называть ИИ все кому не лень. Ведь и Зан сделал свой подарок именно для этой цели – помочь нашему миру сделать прорывной шаг в будущее, как бы высокопарно это ни звучало.
Конечно, Андрей бы ничего не сумел сделать в одиночку – не хватило бы ни знаний, ни умений, ни технических средств. Но, к счастью, тогда, три года назад, он узнал о небольшой компании «ЭРа» (сокращенно от «Электронные Разработки»), возглавляемой мурманским богачом-энтузиастом Даниилом Артемьевичем Ерчихиным, и обратился с безумным предложением к нему. Да, Андрей дал Зану слово, что не станет рассказывать об истинном происхождении блока, поэтому пришлось сочинить легенду, что загадочный «черный ящик» (блок и правда был темно-серого, почти черного цвета) он нашел во время лесного похода и считает его наследием древних гиперборейцев, но какая, собственно, разница? Главное, что изучение этой находки и впрямь дало существенный толчок в нужном направлении.
Ерчихин, сам не будучи специалистом в данной сфере, был тем не менее серьезно увлечен темой искусственного интеллекта и не жалел для этого ни сил, ни средств, ни своего умения решать организационные, юридические и прочие многочисленные вопросы. А они, особенно поначалу, вырастали как грибы в том самом лесу, где когда-то «нашел» блок Андрей и где теперь на базе той самой мурманской «ЭРы» обосновалась большая секретная лаборатория. Да что там – настоящий научный городок! Ерчихину даже удалось согласовать все с ФСБ и военными, так что для посторонних глаз и ушей доступа туда в принципе не имелось. Все было направлено на достижение цели – создание искусственного разума, к чему специалисты городка уже вплотную приблизились.
Андрей все эти три года тоже был в их числе. Он перестал быть сталкером и стал теперь хакером. «В хорошем смысле этого слова», как сказал перед расставанием Васюта, который в той, параллельной реальности Помутнения, наряду с Ломом, Заном и прочими наверняка и сейчас оставался по-прежнему сталкером. А кем ему еще там быть? Правда, и сам Андрей, который теперь даже мысленно не называл себя Капоном, все же порой и здесь чувствовал отголоски Помутнения, ведь этому невероятному, таинственному явлению тогда частично удалось проникнуть и в этот мир через открываемые сталкерами переходы. Недаром ведь долгое время действовала здесь аномалия, не позволяющая перенести в другое место подаренный кибером блок. И кто знает, не затаились ли где-то еще и другие? Нет, даже став хакером, Андрей все равно некой частью себя оставался и сталкером, помня, что Зона Севера, как они с друзьями назвали Помутнение, пусть и затаившись, все еще может быть рядом.
  
Глава 1
 
Курносый рядовой в новеньком камуфляже так неспешно шел к воротам и настолько медленно их потом открывал, что Андрею хотелось выскочить из внедорожника и ускорить действия солдатика «волшебным пенделем». Но не выскочил, конечно, сдержался. Да и парнишку можно было понять. Как там говорится? Солдат спит – служба идет. Особенно такая служба. Когда делать нечего, время тянется и тянется… А делать в этой якобы воинской части служивому люду и впрямь было нечего, разве что, вот, ворота открывать. И закрывать потом, разумеется. Ну, еще чужих на территорию не пущать, в том числе и медведей, которых развелось в последние годы столько, что за пределы городка, обнесенного высоким бетонным забором с колючей спиралью типа «егоза» поверху, выходить совершенно не хотелось, пусть грибов-ягод в округе, как говорили любители «тихой охоты», можно было черпать сразу ведрами.
 
Один из таких любителей – Мишка Кочергин – неожиданно возник возле Андрюхиного «Севера», и, заикаясь сильнее обычного, встревоженно закудахтал:
– Т-ты к-куда эт-то?! Т-ты к-куд-да?.. А м-мед-дведи?
– Я в Мончегорск, – опустив стекло, усмехнулся Андрей. – Там только лось, да и то бронзовый. Веришь?
– К-как-кой лось? – встрепенулся толстяк Кочергин. – Л-лось – тоже оп-пасно… Ах, т-тот лось! П-памятник… – Он взмахнул рукой, вытерев заодно со лба пот. – Т-ты в-все ш-шутишь. А вот м-мне с-совсем н-не с-смешно б-было, когда м-мы с т-тезкой в л-лесу н-нос к н-носу…
Михаил собрался в двадцатый уже, наверное, раз поведать о своей недавней встрече с косолапым, но переминавшийся с ноги на ногу солдат уныло протянул:
– Господи-ин Кожухов, вы е-едете, не-ет? Ворота же нараспашку!
– А тебе что, дует? – поинтересовался Андрей.
Рядовой нетерпеливо запыхтел. Возможно, у них и впрямь были какие-то правила, запрещающие долго держать ворота открытыми.
– Ладно, – вытянув из окна руку, хлопнул Кожухов по локтю приятеля. – Не переживай, я в лесу не буду останавливаться.
– Вот и п-правильно, – успокоился и почти перестал заикаться Кочергин. – И н-не надо. А то с-смех же просто: д-двадцать первый век на дворе, а м-медведей стало б-больше, чем людей…
– Госпо-оди-ин Ко-ожухов! – набрав в грудь воздуха, взмолился солдатик.
– Еду, еду, – сказал Андрей и кивнул Мишке: – Давай, пока. ИРу не обижай. И другим не позволяй.
– К-костьми лягу, – прижал Кочергин ладонь к сердцу. – А ты п-привет от меня передавай дяде В-васе с теть К-катей.
– Обязательно, – включив стеклоподъемник, улыбнулся Кожухов и выехал наконец за ворота.
Михаил Кочергин, пусть и был куда толще Васюты, да еще и сильно заикался, все равно чем-то напоминал Андрею оставшегося в ином мире приятеля. Раньше он не считал того таким уж закадычным другом, но теперь скучал по нему, вспоминая и Васютины, порой нелепые, высказывания, и его прикольные, на все случаи жизни, частушки-садюшки… Кочергин стихов не сочинял, но все равно Андрей был рад, что этот неуклюжий увалень есть, пусть и не совсем уж рядом. По-настоящему рядом, если говорить начистоту, с Андреем не было за эти три года никого. Разве что в каком-то смысле ИРа…
В боковое зеркало он увидел, как смыкаются высокие бурые створки ворот. На каждой по двуглавому орлу со скрещенными топорами в лапах – эмблемой инженерных войск. А почему нет? Какая разница, каких именно, пусть хоть воздушно-десантных, если городок лишь для чужих считался военным. На самом же деле его обитатели ни с кем воевать и никого защищать не собирались. Они сами защищались – от ненужного внимания и посторонних глаз. Городок располагался в лесу, в паре десятков километров от Кольской атомной электростанции, от города Полярные Зори. Поначалу у них просто не было другого выбора – аномалия не позволяла вынести из весьма ограниченной зоны предмет исследований – логический блок. Но потом, когда действие аномалии иссякло, оказалось, что это место отлично подходит и само по себе. Основные модули суперкомпьютера, главного, не считая логического блока, инструмента проекта, выделяли огромное количество тепла и потому размещались глубоко под землей, где на Кольском полуострове даже летом находится вечная мерзлота. Близость же атомной станции также была чрезвычайно выгодна – энергии система потребляла много. Ужасающе много. И ее поступление должно было осуществляться беспрерывно. Тянуть провода куда-то слишком далеко – это и невыгодно, и сложно, и чересчур бросается в глаза. Проложить под землей двадцать километров кабеля – особенно под каменистой Кольской землей – дело тоже не особо легкое, но специалисты с этим справились. А после этого другие специалисты, включая Андрея Кожухова и Михаила Кочергина, тоже отправились под землю – поближе к инструменту своей работы – суперкомпьютеру. Но далеко не все из них обслуживали сверхмощное и супербыстрое компьютерное «железо». Некоторые, и Андрей в том числе, пытались вложить в него душу, как в переносном, так и в самом прямом смысле. Главной целью проекта, как уже говорилось, являлось создание искусственного интеллекта. Не условного, а настоящего, истинного разума. Такого же, как у человека, только нечеловеческого. Он должен был мыслить, но в тысячи, миллионы раз быстрее и лучше, чем человек. Точнее, она. Но это потом. Поначалу оно было только умным, но не разумным железом, погруженным в вечную мерзлоту заполярного Севера.