Семейные узы (ЛП)

Я всеми силами пытаюсь не провалиться в сон, ожидая прихода Гаррисона, но дождь, монотонно барабанящий в окна, словно убаюкивает. Единственная причина, из-за которой я еще полностью не погрузилась в сон — периодические раскаты грома, заставляющие меня каждый раз вздрагивать и открывать глаза.
Не в силах уснуть, я иду на кухню. Наверное, мне следовало накинуть что-нибудь поверх шёлковой рубашки, в которой я лежала в постели, но не думаю, что в столь поздний час меня кто-то увидит.
Зайдя на кухню, я уже было потянулась к выключателю, но я застываю в ступоре, когда из темноты доносится хриплый голос:
— Не включай свет, Ангел, — раздаётся глубокий шёпот Гаррисона. — Мне жаль.
Прежде чем я успеваю среагировать, его руки оказываются на моих бёдрах, он резко подхватывает меня и он усаживает на столешницу. Он опускается на колени между моих бёдер, плавно поднимая вверх края шёлковой рубашки.
— Позволь показать тебе, как сильно я сожалею.
Он прокладывает дорожку поцелуев вверх по внутренней стороне моих бёдер, прежде чем провести языком вдоль моей киски. Я до боли в пальцах сжимаю край гранитной столешницы, на которой сижу, пока он яростно вылизывает и посасывает мой клитор. Я сильнее прижимаюсь бёдрами к его лицу, периодически хныча, потому что уже близка к краю. Продолжая посасывать мой клитор, он осторожно вводит в меня два пальца. В тот момент, когда он слегка сгибает их и начинает тереться о внутренние стенки моей киски, я громко выкрикиваю его имя и кончаю.
Отчаянно надеясь, что бушующий шторм снаружи заглушил мои крики, я хватаю его за волосы, заставляя подняться, и притягиваю его к своим губам. Я чувствую на его губах вкус своего возбуждения, когда вторгаюсь языком ему в рот. Мои пальцы теребят его ремень, нуждаясь в том, чтобы он немедленно вошёл в меня.
Освободив его от брюк, я притягиваю его к себе, обхватив ногами за талию.
— Блядь. — Он утыкается лицом в мою шею, входя в меня одним резким толчком. — Мне безумно жаль.
Громкий раскат грома заставляет меня вздрогнуть, и когда комнату озаряет вспышка молнии, клянусь, я вижу Гранта, наблюдающего за нами из дверного проёма.
— Гарр…
Ещё один раскат.
Ещё одна вспышка, но Гранта уже нет.
— Шшш… — Шепчет он, плавно проводя губами от ключицы к уху и обратно. — Теперь ты моя.
Внезапно мужчина между моими бёдрами вовсе не Гаррисон. Мои ноги крепко обхватывают талию Гранта, и он вгоняет в меня каждый дюйм своего члена с такой силой, что я не могу подавить страстный стон.
— Грант, — выкрикиваю я его имя, и в моём тоне звучит смесь удовольствия и недоумения.
— Моя, Эбигейл, — рычит он, снова врезаясь в меня, и я кончаю, хватаясь за его спину так сильно, что точно останутся следы.
Оргазм такой яркий, что я кричу от удовольствия, а Грант только увеличивает скорость и интенсивность. Мои бёдра дрожат, когда меня охватывает ещё один всепоглощающий оргазм, вслед за первым.
БУМ!
Я подскакиваю на кровати и резко сажусь. Меня всё ещё бьёт мелкая дрожь, а дыхание настолько тяжёлое, что я с трудом могу перевести дух.
Этот сон был таким реальным.
Вспышка молнии на мгновение освещает комнату, и я вижу, что я одна.
Надеюсь…
Всё ещё пытаясь отдышаться, я поворачиваюсь к прикроватной тумбочке. Пальцы нащупывают выключатель лампы, и я оглядываю комнату, чтобы удостовериться, что я действительно одна.
Гаррисон так и не приходил ночью. Его сторона кровати по-прежнему идеально застелена. На его подушке лежит чёрный конверт с моим именем. Открыв его, я достаю плотную белую открытку, на которой написаны два слова:
«Прости меня.»
Ты даже не смог разбудить меня, чтобы извиниться?
Поднявшись с кровати, я направляюсь в ванную, уверенная, что найду его там. Я хочу обсудить всё и оставить все недопонимания в прошлом. Проходя мимо раковины, я замечаю, что все его вещи исчезли.
В спальне тоже нет следов его присутствия. Обуви нет. Его чемодана больше нет в углу. Открываю дверцу шкафа — там тоже нет его вещей.
  
Он что, нахрен встал и ушёл посреди ночи?
Кто, блядь, привозит невесту знакомиться с родителями, а потом бросает?
Не сказав ни единого слова?
Из-за крошечного спора о купальнике?
Какого хрена, Гарр?
Желая накричать на него или заплакать, а может, и то, и другое, я бросаюсь к тумбочке за телефоном. Но его там нет. Наклоняясь, я проверяю под ней и под кроватью, но безрезультатно. Гадая, не заснула ли я с ним в постели, я начинаю ощупывать простыни и разбирать матрас. Телефона по-прежнему нет.
Не оставила ли я его в столовой во время ужина?
Не желая повторять события сна, я останавливаю себя от того, чтобы ринуться вниз в своей шёлковой ночной рубашке. Я бегу в ванную за халатом. Накинув его, я провожу пальцами по волосам, прежде чем отправиться на поиски телефона. Схватившись за дверную ручку, я пытаюсь повернуть её, но она только бесцельно болтается в моей руке.
ГЛАВА 10
ГРАНТ
Несмотря на грозу вчерашней ночью, я слышал, как Гаррисон бродил по дому и ушёл около двух часов.
Ничего удивительного.
Проходя по коридору к комнате Эбигейл, я слышу, как она дёргает дверную ручку, пытаясь открыть дверь. Протянув свою руку к двери, я вижу, как она открывается, и Эбигейл вздрагивает, обнаружив меня на пороге.
— Ты видел Гаррисона? — бормочет она. — Или, может быть, мой телефон?
Она отступает назад, когда я вхожу в комнату, и ошарашено смотрит на меня, когда я закрываю за собой дверь.
— Грант, — её робкий голос надламывается, когда она произносит моё имя.
Я продолжаю медленно приближаться к ней, как будто она моя добыча, загоняя в угол. Её грудь поднимается и опускается с каждым медленным, неуверенным шагом. Когда её спина касается стены, она поднимает на меня взгляд, и я не могу не заметить проблеск волнения и страха в этих изумрудных глазах.
Делая последний шаг, я возвышаюсь над ней, и моя грудь оказывается в нескольких дюймах от её груди. Она тяжело сглатывает, когда я просовываю пальцы за пояс её халата и начинаю медленно развязывать узел.
— Грант, — шепчет она. — Мы не можем…. Гариссон…
— У нас с Гаррисоном договорённость. — Развязываю первый узел. — Я и так уже слишком долго ждал, чтобы забрать то, что принадлежит мне.
— Тебе? Договоренность? — Заикается она, безуспешно пытаясь оттолкнуть меня.
— Он находит для меня красивых молодых женщин. Женщин без семей, друзей. — Я развязываю второй узел и позволяю поясу разойтись в стороны. — Женщины, которых нельзя не заметить.
На её лице отражается целая гамма эмоций, когда я расстёгиваю брюки. Её грудь вздымается при каждом вздохе. Она замирает от шока, когда я просовываю руки под её халат, попутно раздвигая его в стороны. Из моей груди вырывается тихое рычание, при виде короткого шёлкового топа, скрытого под халатом, и её напряжённых сосков, торчащих из-под тонкой ткани.
— Я заплатил ему, чтобы он нашёл мне нового питомца. — Я хватаю её за задницу, прежде чем грубо притянуть к себе. Я чувствую, как она возбуждена и её обнаженная пизда течёт от желания. Я опускаю руку, чтобы вытащить из штанов уже затвердевший член. Я рычу, полностью вжимая её в стену своим телом. — Теперь ты моя, котёнок.
Положив одну руку на её задницу, а другой удерживая её колено на своём бедре, я наконец вхожу в её идеальную пизду. Её глаза наполняются слезами, но ни одна слезинка пока не скатилась по её щекам.
— Ты мой питомец. Я буду играть с тобой так, как мне заблагорассудится, — говорю я, продолжая крепко и быстро вбиваться в неё. Она пытается подавить своё возбуждение, стенки влагалища сжимают мой член, словно тиски, и с её губ срывается всхлип.
— Не сопротивляйся. — Я до боли сжимаю её бедро и притягиваю ещё ближе к себе. — Мы оба знаем, что ты думала о моём массивном члене внутри себя с тех пор, как приехала сюда. И тебе чертовски нравится, как я растягиваю твою тугую маленькую пизду.