Зимняя романтика. Адвент-календарь историй о любви
– Ты выключил микрофон? – грустно прошептала я.
– Я еду, Солнце, как могу быстро. Тут шумно, я слушаю тебя. Ладно? – сказал Сеня так, словно не ехал, а бежал. Шум? Где это он бежал? По лестнице? Выбежал из подъезда? К машине? И где он там собирается быть через двадцать минут?
Микрофон собеседника выключен.
– Он затих за дверью. Точно хочешь приехать?
– Не хочешь, чтобы я приезжал? – ответил он, опять включив микрофон. Голос его впервые был растерянным, и на фоне словно суета затихла. Весь мир ждал, чтобы я призналась: очень хочу.
– Хочу, конечно, хочу! – резко выговорила я. Только… это все казалось таким ненастоящим. Словно я сплю. Но стук за дверью продолжался, напоминая, что пока этот сон все еще был кошмаром.
– Тогда я слушаю. Как продолжался твой день? – голос опять стал спокойным, таким, какой всегда меня успокаивал.
– Я… я… Меня случайно облили кофе, клиенты, когда я уже переоделась и бежала на экзамен. И я уже тогда опаздывала. По итогу меня отправили на пересдачу, даже не дав ничего сказать. – Не выдержала. Проговорив это вслух, почувствовала, как голос начинает дрожать, в горле застревает ком, и я готова расплакаться. – Я не справляюсь, я так устала, и мне даже не с кем об этом поговорить! – заныла я и заплакала. А микрофон Сени все еще был выключен. Казалось, он не реагировал на мои слова. Но я знаю, что это не так, он просто спешил.
Зато на мои слова отреагировал гость за дверью.
– Я знаю, что ты там, Вера, открывай!
Я съежилась так, словно сосед стучал не по двери, а пытался на меня замахнуться.
– И еще этот чертов сосед, – заныла я. – Почему? Почему я? Почему сегодня? У всех праздник, а у меня как обычно. И тебя еще выдернула. Ты, наверное, обидишься на меня из-за этого. Надо было полицию вызвать, – продолжала плакать я, пока в дверь колотил сосед.
Внезапно стук прекратился и послышался второй голос, завязался разговор. Я затихла, вытирая слезы, посмотрела на звонок. Он продолжался уже двадцать восемь минут.
Тихие, короткие стуки. Через входную дверь послышалось:
– Солнце, открывай.
Я подскочила с кровати, надела толстовку и, не веря своим ушам, направилась к двери. Встала на носочки, посмотрела в глазок. Забыла, как дышать. Он действительно стоял там.
– Не будешь открывать? Мне уйти? – он улыбнулся. – Твой сосед ошибся этажом. Он пообещал, что больше не потревожит. Поэтому, если хочешь, я могу…
Он не договорил. Я открыла дверь, и мы оба замолчали. Я в своих клетчатых штанах и толстовке, задрав голову, с неряшливым пучком волос на макушке, смотрела на человека, чей голос больше полугода подбадривал меня и заставлял мое сердце биться чаще. Вот. Тут. Передо мной. Тоже, кажется, в домашних, спортивных штанах и наспех накинутой кофте. Красные от мороза щеки и нос. Он запыхался, словно пробежал марафон. И я, переборов свое стеснение, обняла его, спрятав лицо в холодной куртке.
– Не уходи, – прошептала я. – Пожалуйста.
Я даже боюсь представить, как сейчас выглядело мое заплаканное лицо. Когда мы зашли в квартиру, я поставила чайник, умылась. Пока наливала чай, посмотрела на часы. Половина первого ночи. Видимо, проследив за моим взглядом, Сеня сказал:
– С наступившим Новым годом.
– И тебя, – усмехнулась я. Неужели все эти несчастья должны были достаться мне сегодня, чтобы год начался так? – Откуда ты узнал, где я живу?
– Я давно знал. Помнишь цветы и подарок на день рождения от легиона?
– Но мой адрес спрашивала Мара, – припомнила я момент, когда та самая девушка-волшебница из нашего легиона, с которой мы тоже общаемся, очень хотела узнать мой адрес.
– Я был организатором. И давно знал твой адрес. Даже узнал, где ты работаешь, пытался пересечься с тобой… Знаешь, как бы случайно. Но в дни, когда решался на такое, тебя отпускали пораньше, – усмехнулся он. – Даже подумал, что, кажется, не судьба.
Я часто-часто заморгала, глядя на него, и пришла в себя, только когда щелкнул чайник.
– А как же твоя девушка?
– Какая девушка? – удивился он.
– Ну… ты говорил, что у тебя есть девушка.
Он громко рассмеялся:
– Я говорил, что мое сердце занято, а не то, что у меня есть девушка. Я очень давно ждал встречи с тобой. Ты давно моя причина просыпаться по утрам. Мне нравится желать тебе хорошего дня и скорее возвращаться домой, проводить с тобой вечера. Я так часто намекал тебе об этом, но ты все время игнорировала. Знаешь, как было обидно?
Честно сказать, кажется, я поверила в волшебство. Неужели так бывает?
Неужели правда, где-то в море неудач, на самом его дне, может поджидать удача? Или это новогоднее чудо?
– Никогда не бойся просить меня о помощи. И, пожалуйста, не игнорируй мои чувства. Можно и мне немного новогоднего чуда, Солнце?
– Прости, пожалуйста. Я никогда не понимала, почему ты себя так ведешь, если твое сердце занято… а оно, оказывается, занято мной. Никогда не думала, что могу тебе нравиться.
– Уже очень давно.
Сеня повернул ко мне телефон, где на заставке стояло мое фото в розовых наушниках с кошачьими ушами, которое я очень давно скинула в Discord. Я тогда сделала его, слушая рассказ о рабочих буднях Сени. Он шутил о чем-то, а я улыбалась. И сейчас улыбалась. Вытащила телефон из кармана толстовки и повернула его экраном к Сене. На заставке моего телефона стояла его фотография. И мы оба засмеялись.
– Останешься сегодня со мной? – решилась спросить я. – И сосед больше не напугает.
Он в сомнениях кивнул. Так начался лучший год в моей жизни.
5
Загадай желание
Леа Стенберг
Мария Ульссон с нетерпением ждала Рождество.
Обычно люди ждут от этого праздника многого: все вокруг должно быть усыпано снегом, солнце должно светить ярко, на небе ни облачка, и чтобы ветер не слишком морозил щеки. Вся семья должна собраться вместе и быть счастливой, даже если за одним столом приходится уживаться бывшим мужьям и женам, а также детям от разных браков. Подарки непременно должны быть многочисленными, рождественский окорок сочным, а дом гостеприимным и уютным. И про улицу не забудьте: свечи, гирлянды, светильники, игрушки – все обязательные атрибуты, что призваны рассеивать зимнюю темень северных широт.
Мария же собиралась загадать желание, возможное исполнение которого приводило ее в неистовое волнение: таким невероятным оно ей казалось. А еще она просто ждала каникулы, что длятся до первых чисел января (в неделю после сочельника на улицах обычно бывает особенно тихо, ведь люди выбираются из дома лишь для приятных визитов к родственникам или чтобы покататься на лыжах). И не нужно ходить в школу, а это, пожалуй, было для нее определяющим фактором.
Провести целую неделю без привычных тычков, подколов и издевательств со стороны популярных ребят было бы лучшим подарком для скучной отличницы, раздражавшей сверстников, кажется, одним лишь своим видом.
– Не хочешь пойти? – Алиса, ее единственная подруга в классе, придвинула к ней один из флаеров, которыми была усеяна в последние дни вся школа.
Это была листовка, в которой сообщалось о рождественской вечеринке для старшеклассников. Программа обещала безалкогольный глёг, танцы и живое выступление музыкальной группы. Место проведения – школьный спортивный зал, дата и время – завтра, в шесть вечера. То есть в сочельник.
– Разве в этот час люди не собираются дома всей семьей за праздничным столом? – рискуя нарваться на замечание учителя, прошептала Мария.
– Эти традиции давно устарели, – пожала плечами Алиса.
– И зачем переводить столько бумаги на то, о чем можно было сообщить в школьном чате?
– Зато можно будет отпраздновать дважды, – мечтательно вздохнула подруга. – Сначала в школе, потом с родными. Мы с тобой и так никогда не отрываемся.
– Мы не тратим время на глупости, – поправила ее Мария.
И втайне вздохнула о том, что, будь у нее пара для танцев, она с удовольствием опоздала бы на скучный семейный ужин, на котором мать снова будет хвастаться перед родственниками ее успехами в учебе.