К тебе через Туманы... (СИ)

— Ой, милая да набирай себе все, что по размеру подходит. У нас же с тобой комплекция разная, нам тут делить нечего. Что-то увлеклась я, красавчик этот гер нам час всего дал. Возьмет и уедет без нас, с него станется. Так что быстро разбираем все по чемоданам. Если что, потом уже на месте еще раз все поделим.
Так и сделали. Очень быстро Селестина раскидала вещи по двум чемоданам. Причем, я заметила, что мой был потолще ее.
—Так, тебе какой плащ, этот? — перед моим лицом тут же был развернут черный шерстяной плащ с глубоким капюшоном отделанный черным мехом. — Или этот? — второй был серый с красивой белой меховушкой.
—Первый, — быстренько определилась я.
— Вот и славненько, его и оденешь! — в меня полетел черный плащ. На ощупь он оказался мягким, а по весу неожиданно легким. Я потерлась чекой об мех на отделке и накинула на плечи обнову.
Дальнейшие сборы заняли у нас примерно минут десять. После чего мы закинули в чемоданы наши собственные сумки и отправились на выход искать гера. Я же была безумно рада еще и тому, что книги мои никуда не делись и не пропали.
Пока мы были заняты внезапно появившимся у нас гардеробом, на улице стало совсем светло. Солнышко пригревало не по-осеннему сильно. Да и народу вдоль дороги поприбавилось. У нашего временного домика столпились молодые мужчины, в серых длинных кафтанах, которые практически полностью скрывали их ноги. Я даже не обратила бы на них внимание, если бы не шепот, долетавший до меня с их стороны.
— Я же говорил, что там женщины.
— Какие красивые обе и что, правда, свободные?
— Да вроде да.
— Может, познакомимся с ними?
— Да поздно их уже гер Обертон заприметил, говорят, как с ними побеседовал, так сам не свой вернулся. Велел обозы не выпускать, пока он сам не уедет.
— Да-да, — подтвердил слова говорившего другой мужчина. — Он самолично повозку готовит, все, что есть одеяла на станице, в нее стащил. А сам как шальной метается. Странно все это.
—Да он же Иной, чистокровный. Кто же знает, что у него в голове творится, но лучше не нарываться. Бессоны вообще бешенные. Женщины красивые конечно, но с бессонскими псами связываться себе дороже.
— Жаль! Хорошенькие девицы! – мужской шепот смущал и настораживал одновременно.
— Я ритуальный браслетик вон той курчавой блондиночке бы надел!
Селестина, после этих долетевших до нас слов, как-то даже дернулась. И я поняла, что она тоже слышит их разговор. Прикрыв дверь в дом, мы все так же мялись с чемоданами у крыльца, с любопытством вслушиваясь, что же еще о нас скажут. Вот только подслушивать и дальше у нас не вышло, потому что мужчин окликнул, по-видимому, их командир, и они спешно удалились.
—Ты их слышала Ниори?— шепнула мне Селестина.
—Ага, — откликнулась я, — тебе браслетиком грозили, — поддела я подругу.
—Ниори, — глаза подруги светились озорством, — вообще-то мы обе блондинки.
— Но курчавая только ты – четко подметила я
Посмеявшись, мы теперь уж точно отправились искать гер Обертона.
Нашего утреннего визитера обнаружили быстро. Он стоял у небольшого обоза и давал какие-то указания своим воинам. Увидев нас, он взмахом руки отпустил их и двинулся в нашу сторону. Грации этому хищнику, заключенному в тело мужчины, было не занимать. Цепкие глаза пробежались по нашей одежде и чемоданам.
—Ну, что же вии, вы даже раньше, чем было оговорено,- настороженно протянул он.
— Соскучились мы по вам гер, вот и решили поспешить, — Селестина своей смелостью удивляла меня все больше. Так свободно разговаривать с этим Иным. Похоже, что и военачальник тоже был, мягко говоря, в изумлении. — А сколько нам в вашей непременно теплой компании ехать придется?
— Вия! А вы вообще понимаете, с кем говорите? — прищур глаз гер Обертона сделался совсем узким. Крылья его носа подозрительно подрагивали. Он вдыхал наш запах. Мгновенно вспомнив рассказ Михайло об хитрых Иных, что воруют чужых избранных, сидя по кустам, я решительно сделал шаг назад.
— Ну, конечно, гер, а что вас смущает? О, простите, мы не представились. Меня зовут Селестина из Вурдка, — подружка величественно поддернула головой. — А эта малоразговорчивая девушка Ниори.
 
Ха! Похоже, мне показалось, и гер не изумлен, он был в шоке. Я наблюдала за ними со стороны, мне было любопытно поведение подруги. Я-то с мужчинами вообще вести себя не умела, а так хоть подучусь.
— Будем знакомы, – выдохнул мужчина.
Видимо задор Селестины как-то влиял на меня. Потому как после ее представления, я исполнила величественный поклон, которым у нас обычно жрицы встречали представителей знати. Одна ручка грациозно отводится за спину, а второй в поклоне задеваем слегка землю у ног. Но при этом пальчики должны быть максимально вытянуты. Спинка прогнута, ножки не сгибаем. Эх, ведь помнила я еще что-то из прошлого.
Все после этой моей выходки гер впал в ступор. Но надо отдать ему должное, он опять быстро взял себя в руки. Темные глаза опасно блеснули.
— Как все у вас занятно. Ладно, вии обоз для вас подан, располагайтесь! – гер Обертон указал рукою в сторону повозки и вежливо отошел в сторону, чтобы мы могли пройти.
—А чемоданчики как же!? Такой сильный мужчина и донести не поможете,- невинно улыбаясь, проворковала подруга. Я была с ней солидарна, тащить чемодан самой совсем не хотелось.
— Вия Селестина, мне кажется или вы действительно флиртуете и пытаетесь меня собою заинтересовать? — глухо прорычал военачальник. Однако быстро же он раскусил нашу плутовку.
— Ну, что вы гер Обертон! Куда же мне, пустышке без крошки магии в душе, и на вас заглядываться,- глядя мужчине прямо в глаза четко произнесла подруга, - Не переживайте, я свое место знаю.
Под хмурым взором мужчины, Селестина как-то разом подсобралась и понуро покачала головой. Плечи женщины опустились. Ухватившись за свой чемодан, она двинулась вперед, вот только гер встал на дороге, не желая ее уступать.
— Позвольте пройти, никто на вас не заглядывается гер, не переживайте так, - Селестина растеряно потопталась на месте, а я поймала ее взгляд. Ее красивые зеленые глаза покидала радость. Они стали серьезными, словно она вспомнила о чем-то. Лицо ее быстро теряло весь задор, становясь маской, холодной и отрешенной. Слова военачальника задели ее. Уж слишком неучтиво было с его стороны, указать женщине на недопустимость ее поведения. Жаль ее стало, словно в ней свет души погас.
—А зря вия Селестина, вы на меня не заглядываетесь. Советую начать. Потому как меня вы заинтересовали. Надеюсь, вы понимаете, что это для вас означает, и будете вести себя соответственно полученной информации. Гоняться за вами по вардану у меня нет времени и желания! — как-то нервно рыкнул гер и тут же добавил командным тоном: — Забирайтесь в повозку.
Дважды повторять не пришлось. Подлетев к телеге, я первая неуклюже забравшись наверх, потащила свой чемодан. От натуги даже вспотнула, но справилась. Потянувшись, я тронула подругу за плечо и показала на ее сумку. Она встрепенулась, виновато на меня глянула. С ее чемоданом все оказалось легче, а вот как подняться в обоз самой Селестине, я не представляла. Но подруга вновь удивила меня. Она запрыгнула. И только в телеге я увидела, чего ей это стоило. Руки ее дрожали, глаза мутной пеленой повело, лоб в испарине.
— Помоги, — тихо выдохнула Селестина и заметно качнулась.
Я подхватила ее за плечи и дотащила до скамьи. Рухнув на нее, женщина закрыла глаза. Ей было очень плохо, полученные после нападения разбойников увечья давали о себе знать. А я не представляла, чем помочь.
 — Вот я дура, Ниори. Он меня только, как будущую любовницу и воспринял. Дура я дура. Выставила себя клушей легкомысленной, — Селестина заплакала, тихими и от того еще более горькими слезами. — Забылась я. Не смотрят они в серьез на пустышек, на тех в ком магии крупицы. Ни будет у меня в жизни ничего хорошего.
Она плакала с закрытыми глазами. Сквозь длинные светлые ресницы пробивались слезинки и медленно скатывались по ее гладким бледным щекам. Я обняла ее, совсем растерявшись, и принялась укачивать как маленькую. Я понимала, что дело не только в гере, просто мужчина стал последней каплей, добившей выдержку этой сильной женщины. Она сломалась.