(не) Жена для огненного ректора (СИ)

Остаток занятий я досиживаю с трудом. Мне срочно нужно встретиться с профессором Вальбертом. Конечно, есть риск того, что он просто не станет меня слушать и отправит к кому-то из преподавателей. Тут я могу надеяться лишь на жалость или на своё очарование.
Узнав заранее, где будет профессор, я быстро шагаю по коридору. Хоть бы он не ушёл раньше времени! Ладони снова предательски потеют, пока я мысленно продумываю, как начать разговор. С чего начать? Говорить, что я упала в воду и схожу с ума? Или что я понятия не имею, как работает мой дар? Решу на месте.
Обнаруживаю декана в пустом зале. Он сидит за столом, согнувшись в три погибели. Подпирает подбородок рукой, вдумчиво проверяя бумаги. Мужчина даже не замечает моего присутствия, и мне приходится заговорить первой.
— Профессор, можно с вами поговорить? — спрашиваю я, подойдя ближе.
Он поднимает голову и смотрит на меня поверх очков. Взгляд тяжелый, изучающий. О Пресвятые, хоть бы он не был таким же надменным придурком, как Арэн.
— Вы что-то хотели, адептка…?
— Фаундгер. Аэмора Фаундгер, — начинаю я, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство. — Я хочу поговорить с вами о своём даре. Понимаю, что вы очень заняты, но… — говорю быстрее, пока мой взгляд скользит по стопке пергамента на столе. — Я совсем не понимаю, что со мной происходит, и мне нужен совет.
Декан кивает, выпускает перо из руки и поворачивается ко мне на стуле.
— Позвольте узнать, юная леди, почему вы решили обратиться ко мне? В нашем учебном заведении много достойных преподавателей. — Он складывает руки на груди, и я начинаю волноваться сильнее.
— Понимаете, мои отношения с профессором Фельдом… — замолкаю, пытаясь подобрать правильные слова. — Сложные.
Вижу, как на лице Вальберта появляется мимолётная ухмылка, и он тяжело вздыхает.
— Опаздывали?
— Всего пару раз! Но в остальное время я… — не успеваю закончить свои оправдания, как он меня перебивает.
— Пройдёмте ко мне в кабинет, — предлагает он, откладывая бумаги в сторону.
Вальберт ловко подхватывает стопку бумаг и ведет меня по коридору. Он движется быстро, несмотря на возраст, хотя выглядит достаточно старым. Седая борода только добавляет ему лишние пару десятков лет. Я едва успеваю за ним, спотыкаясь на поворотах и извиняясь перед встречными адептами. Мы поднимаемся по лестнице, и мне становится тяжело дышать, но профессор уверенно продолжает путь.
Наконец, мы заходим в его кабинет, и я оглядываюсь. Здесь намного тише и уютнее, чем я могла представить. Стеллажи высотой до потолка, заполненные книгами, мягкий ковер, роскошные мягкие кресла. На полках магические атрибуты, не только связанные с прорицательством, но и артефакты других направлений магии: статуэтки, шкатулки, неизвестные существа в банках с раствором. В воздухе витает запах, почти как в библиотеке: те же чернила, книжная пыль и старая кожа.
— Присаживайтесь, — предлагает Вальберт, указывая на кресло у стола.
Я сажусь, чувствуя себя немного неловко. Не знаю, как лучше себя вести, поэтому просто складываю руки на коленях и пытаюсь расслабиться.
— Чаю? — спрашивает профессор, подходя к шкафу с посудой.
— Да, пожалуйста, — отвечаю, стараясь не выдать своего волнения.
Он наливает чай в две чашки и подает одну мне. Я принимаю её с благодарностью, стараясь не встречаться взглядом. Чай успокаивает, и я чувствую нотку трав на языке: шалфей, бергамот и что-то еще.
— Итак, — говорит профессор, усаживаясь напротив меня. — Я вас слушаю.
Я делаю глоток горячего напитка, прежде чем поставить кружку в сторону, и начинаю рассказывать:
— С момента, как я приехала, со мной начали происходить странные вещи. И это не кажется простым совпадением.
— Например? — спрашивает он, наклоняясь чуть ближе над столом.
— Совсем недавно я чуть не утонула. В один миг моя голова закружилась, перед глазами замерцало, и я рухнула в воду. До этого мне снился сон, который в точности повторился, — я стараюсь быть максимально откровенной, понимая, что врать нельзя.
— Раньше с вами такое было? Я имею в виду, мерцание, головокружение? Или сны?
 
— Раньше… — я замолкаю, пытаясь вспомнить. — Когда я жила в человеческом мире, мне иногда снились вещие сны, но ничего серьёзного. Понимаете, в моем доме магия была под запретом…
Воспоминания возвращаются ко мне яркой волной. Как я просыпалась от кошмаров, звала маму и говорила, что бабушка скоро умрет. Как она кричала на меня, говоря, что я несу бред, и что сама же бабушка надоумила меня, что я якобы провидица. Но так и случилось: бабушка скончалась быстро, в точности так, как и снилось. С того момента ничего не изменилось, любое упоминание о чем-то сверхъестественном вызывало лишь скандалы.
Вальберт внимательно слушает, не перебивая, и как-то сочувственно на меня смотрит.
— А вы сталкивались с тем, что вас как будто тянет к предметам? Или, может быть, невероятная удача?
Я задумываюсь и киваю. Кажется, он понимает меня лучше, чем я сама.
— Удача… Да, мне обычно везет в самых простых вещах. — В голове появляются обрывки прошлых событий, и я слегка хмурюсь. — Насчет предметов, что вы имеете в виду?
— Например, замечали ли вы, что интуитивно тянетесь к нужному предмету? Или когда заходите в комнату, ощущаете, что вам нужно что-то сделать? К чему-то прикоснуться?
— Вроде бы нет… Хотя, постойте! — я вздрагиваю, начиная говорить активнее. — Такое было совсем недавно, в библиотеке. Я просто подошла к стенду, и книга как будто тянула меня к себе. Странное ощущение.
Декан кивает, задумчиво потирая подбородок.
— Это может быть проявлением твоей силы. Интуитивная магия — редкий и ценный дар. У тебя есть дар к прорицанию или предвидению, поэтому ты здесь.
— Но почему это происходит сейчас? — спрашиваю я, чувствуя нарастающее беспокойство. — Почему эти способности начинают проявляться так ярко?
— Вероятно, магическая атмосфера Академии усилила природные способности, — объясняет декан. — Здесь магия течет свободно, и твой дар получает подпитку. Твои сны и интуитивные ощущения — это сигналы твоей магии, пытающейся выйти на поверхность.
Я задумываюсь над его словами. Ситуация становится яснее, но вопросов всё ещё много.
— И как мне тогда с этим справляться? — спрашиваю я, надеясь на совет.
Профессор встаёт и подходит к окну, смотря вдаль задумчивым взглядом.
— Магия — вещь сложная, — начинает он. — Она всегда живёт внутри мага, даже если её подавлять. В человеческом мире тебя сковывало окружение, поэтому ты даже не понимала свою силу. Здесь же, где ты не сдерживаешься и не прячешься, она вырывается наружу. Это и объясняет сон, притяжение, гиперчувствительность и ощущение какой-то силы в теле.
Я внимательно слушаю, пытаясь уловить каждое его слово. Он продолжает:
— То, что ты упала в озеро, скорее всего, было обусловлено возможным видением. Дар давал тебе возможность что-то увидеть, но увы. Поскольку ты не смогла сконцентрироваться на ощущениях, то всё вышло так, как вышло.
— Но что мне теперь делать? — спрашиваю я, всё ещё чувствуя себя запутанной.
Мужчина оборачивается ко мне, его взгляд мягкий и понимающий.
— Ничего, — отвечает он. — Если это было спонтанное видение, не имеющее значения, то забудь и живи дальше. Если же это что-то важное, то оно появится снова. Может быть, во сне, так как это самый глубокий уровень транса, в который может впасть маг. В этот момент его сознание чистое, а тело расслабленное.
— А можно ли такого добиться, находясь в сознании? — спрашиваю я, надеясь найти способ лучше контролировать свои способности.
Профессор смеётся.
— Кто-то очень плохо слушал лекции, — говорит он, и я чувствую, как щеки заливает румянец. — Можно, есть варианты впадения в транс, но ты ещё не готова. Эти практики требуют подготовки и уровня владения собой. А сейчас всё, что с тобой происходит, — стихийные всплески, которые будут продолжаться. Всё, что тебе нужно, — это учиться чувствовать потоки и управлять ими.