Книга Азраила

* * *
Забвение было еще одной темой, которую мы редко обсуждали. Я рассеянно коснулся серебряного кольца с черным контуром, надетого на мой безымянный палец. Это было оружие, которое я создал, взойдя на трон. Только Лига и мой отец знали о нем и до последнего держали это в секрете от других богов. Это был обсидиановый клинок из самых темных глубин наших легенд.
Я создал его из ненависти, опустошения и горя – эмоций, которые бог никогда не должен испытывать. Клинок делал то, что не могло сделать ни одно другое оружие или живое существо: он приносил необратимую смерть без загробной жизни. Способность создавать и владеть таким оружием делала меня непобедимо опасным и заставляла трепетать других богов. На этом строилась моя репутация – в других королевствах мое имя произносили шепотом, содрогаясь от ужаса. Создание клинка было одним из моих самых больших сожалений, но я знал, что готов взять на себя это бремя, если дело дойдет до спасения мира.
– Если понадобится.
  
16. Дианна
 
Первым, что я услышала после пробуждения, был треск огня. Затем по всему моему телу разлилось обжигающее тепло – я почувствовала, как горячая жидкость обволакивает мое горло. Это было невероятно приятно, но жидкость полилась слишком быстро, и я вскочила, пытаясь откашляться. Мой бок пронзила острая боль, и я тут же пожалела о таком резком движении. Распахнув глаза, я увидела Тобиаса, который небрежно отбросил в сторону наполовину опустошенный труп.
– Тобиас?
Мне понадобилось время, чтобы осознать, где я нахожусь и что со мной происходит. Я чувствовала, что теряю рассудок. Он посмотрел на меня с откровенным презрением, протянул руку и выдернул из моего бока острый кусок металла. Я закричала, из раны хлынул багровый теплый поток. Да, я определенно проснулась.
– Ты слишком затянула с голодовкой. От тебя почти ничего не осталось.
Я посмотрела на рану на боку, наблюдая, как она затягивается, оставляя после себя только рваную дыру в грязной майке. Я откинула голову назад, мой голос был наполнен усталостью.
– Не знала, что тебе не все равно.
– О, поверь, мне абсолютно наплевать, но Каден расстроится, если потеряет своего любимого питомца.
Я приложила руку ко лбу и нырнула в чужие воспоминания. Это был не один Небожитель и даже не два. Скольких людей Тобиас мне скормил? Неужели я так далеко зашла? Через несколько минут мелькающие звуки и картинки исчезли. Я потратила годы, чтобы научиться вырывать из своего сознания неприятные воспоминания, которые копились во мне на протяжении веков.
Сделав нескольких глубоких вдохов, я опустила руку и огляделась. Мы с Тобиасом все еще были рядом с перевернутым грузовиком. Задней двери не было, и я понятия не имела, что случилось с Логаном. С трудом поднявшись, я увидела две другие машины, лежащие неподалеку, – искореженный металл торчал во все стороны, словно на автомобили упал метеорит. Деревья вдоль дороги были охвачены огнем, ветки трещали, ломались и падали на землю. Я увидела, что Тобиас встает, и, поморщившись, последовала его примеру. Несмотря на то, что он меня накормил, боль в моем теле оставалась такой же изнурительной.
– Ты еще не пришла в себя? Что он с тобой сделал?
Я знала, что он спрашивает не потому, что беспокоится, а потому, что боится такой же участи для него с Алистером.
Я отмахнулась от его слов и огляделась.
– Я бы давно оправилась, если бы не эти проклятые наручники. Они вытягивают из меня все силы.
Он наклонил голову, его красные глаза светились тем же пламенем, что полыхало вокруг нас.
– Очень хорошо.
Он схватил меня за руку и потащил за собой, пробираясь сквозь обломки. Я зашипела от боли, мой живот нестерпимо пульсировал. Несмотря на оковы на моих лодыжках и запястьях, я изо всех сил старалась не отставать. Дорога потрескалась и почернела, словно что-то или кто-то упал на нее прямо с неба. Я могла с легкостью представить, что здесь произошло. Тобиас пришел не один. С ним был Алистер.
 
Я не думала, что они за мной придут. Я бы солгала, если бы сказала, что где-то в глубине души не испытывала облегчения, оказавшись на свободе, но я бы предпочла не находиться в перевернувшемся автомобиле. Гул в ушах утих настолько, что я могла слышать булькающие крики и хруст. Затем я разглядела темную фигуру, медленными хищными шагами приближающуюся к одной из разбитых машин. Алистер.
Он небрежно покручивал в руке увеличенную версию одного из Неприкаянных клинков, и я услышала его голос:
– Знаешь, я так рад, что мой маленький трюк сработал. Я настоятельно рекомендовал кое-кому из ваших, что Дианну должен сопровождать всего один из Лиги, и эта информация дошла до нужных ушей. Я решил, что мы с Тобиасом можем забрать одного из вас. Конечно, потребовались небольшие усилия, но я рад, что нам удалось разделить стадо. Если ты понимаешь, о чем я.
Алистер смотрел вниз – одна из разбитых машин блокировала мне обзор, и я не видела, с кем он говорит. Несмотря на мой нарушенный слух, я различила отчетливый лязг кинжала о металл. Услышав болезненный стон, я поняла, что это Логан. Он отчаянно сопротивлялся и был все еще жив. Вот почему все вокруг было объято пламенем. Он держался, но, судя по звуку его хриплого дыхания, у него осталось не так уж много времени.
Алистер отдернул руку и еще несколько раз вонзил кинжал в Логана. Его глаза налились кровью, а улыбка становилась ярче с каждым новым хрипом.
– Не убивай его, тупица, – сказал Тобиас, когда мы подошли к изувеченному автомобилю.
Алистер поднял руку, готовясь нанести Логану очередной удар. Неприкаянный клинок был длиннее обычного и состоял из двух соединенных лезвий. Оружие было залито кровью Логана, включая почерневшую резную костяную рукоять. Кровь запачкала руки, ладони и лицо Алистера. Он стряхнул ее с клинка и сделал шаг назад, его глаза блестели жаждой насилия.
Логан лежал, прислонившись к одному из повалившихся грузовиков. Он держался за бок, пытаясь остановить кровь, струящуюся между его пальцами. Твою мать, Алистер и правда его изувечил. На его лице был глубокий порез, по щекам стекала кровь, а один глаз был полностью закрыт. Защитный жилет был сорван, обнажая окровавленную рубашку. Его тело было изрешечено ножевыми ранениями и глубокими порезами. Его глаза и татуировки светились голубоватым сиянием, которое я так ненавидела, но с каждым вздохом этот свет тускнел. Еще пять минут, и он будет мертв, как и Зекиэль.
– Развлекаешься? – спросила я, глядя на Алистера.
– Дианна, ты ужасно выглядишь, – тут же ответил он, игнорируя мой вопрос.
– Да что ты? Вероятно, это связано с неделями пыток и с тем, что вы, идиоты, перевернули машину, пока я была внутри!
Последнюю фразу я выкрикнула, глядя прямо на него.
– Ой, только не нужно делать вид, что это причинило тебе какой-то вред, – сказал он, остановившись и окинув меня взглядом. – Почему ты все еще хромаешь и держишься за бок? Тобиас, ты ее не кормил?
Тобиас поднял одно из моих запястий, и я вздрогнула от боли.
– Эти штуки. Нам нужно их снять, потому что я не собираюсь тащить ее на руках всю обратную дорогу.
Алистер поднял бровь и кивнул.
– Да, черт возьми. Я тоже.
– Как мило, ребята. Серьезно, вы такие заботливые. А теперь будьте любезны, снимите с меня оковы. Проверьте его карманы.
Алистер обернулся, и Логан с вызовом посмотрел ему прямо в глаза. Несмотря на оскорбления, которыми Алистер осыпал Логана во время обыска, тот только усмехнулся. Через несколько секунд Алистер встал и направился ко мне и Тобиасу. В его руке звякнула большая связка ключей. Я вырвала свое запястье у Тобиаса и вытянула руки, отчаянно желая избавиться от оков.
– Я не думала, что вы придете.
Алистер встретился со мной глазами, перебирая ключи в поисках подходящего. Он метнул взгляд на Тобиаса, а затем снова сосредоточился на наручниках.
– Я не думала, что Каден за мной вернется.