Книга Азраила

– Дианна.
Голос Лиама прозвучал чуть слышным шепотом. Мука, наполнявшая его серебристые глаза, заставила меня захотеть разорвать мир на части.
– Ты не знаешь всего, – сказала я, чувствуя нарастающий гнев.
– Кажется, Король-Бог нашел новый дом.
Форма существа изменилась. Одна голова повернулась ко мне, в то время как две других кивнули в унисон.
– В этом нет никакого смысла. Ты же знаешь, что его мир разрушен, ты, летучая задница! – огрызнулась я, взяв Лиама за руку. – Пойдем. Здесь нам не помогут.
Я была сыта по горло эти местом и этим существом.
Голос Роккаррема эхом разнесся по пустому пространству – одновременно повсюду и нигде.
– Появится трещина – эхо того, что потеряно и не может быть исцелено. Тогда, Самкиэль, ты узнаешь, что такое конец света.
Остановившись, я медленно обернулась. Я знала, что мои глаза светятся красным, и была готова бросить столько огненных шаров, сколько потребуется, чтобы его заткнуть. Но было слишком поздно. Существо больше ничего не сказало и растворилось в тени, его тело слилось с материей вселенной.
* * *
Мы снова ворвались в библиотеку, портал позади нас мгновенно закрылся. Страницы оставленных нами книг затрепетали. На обратном пути меня тошнило немного меньше, и, сделав несколько глубоких вдохов, я восстановила равновесие. В небе все еще светило солнце – должно быть, нас не было всего несколько минут.
– Почему мы сразу не пошли к этому летающему существу вместо того, чтобы бродить по всему свету? – спросила я.
Лиам метался по комнате, зарывшись пальцами в волосы.
– Во-первых, он говорит одновременно о прошлом, настоящем и будущем, поэтому половина из сказанного либо уже произошла, либо произойдет. Во-вторых, я даже не думал, что эта Книга вообще существует, не говоря уже о том, что в ней есть что-то важное.
Я кивнула и прикусила нижнюю губу.
– Хорошо, поняла. Итак, каков наш план?
Лиам пожал плечами, продолжая расхаживать по комнате.
– Я не знаю.
– Что значит «ты не знаешь»?
Он резко остановился, уперев руки в бедра и откинув голову назад.
– Я видел это. То, как кончается мир. Это было в моем сне. В том же сне, в котором я видел тебя… – Он остановился, опустив голову и взглянув на меня. Я увидела, что в его глазах блестят слезы.
– Лиам? – спросила я мягким, тихим голосом.
– Я видел это. Небо разорвалось, как тогда, на Рашириме. Война… Логан произнес это слово, когда я только вернулся. Я думал, что мы больше никогда ее не увидим. Я думал, что худшее позади и можно не бояться, но я ошибался. – Он снова принялся ходить по комнате. – Я всегда ошибаюсь или опаздываю на несколько мгновений. Из-за этого я не успел спасти отца. Вместо этого он умер, спасая меня.
Его голос дрогнул, и от этого звука мое сердце болезненно сжалось. Впервые с тех пор, как я его встретила, Лиам казался неуверенным и уязвимым. Он махнул мне рукой.
– Я даже не успел спасти тебя. Итак, Дианна, что я делаю кроме того, что все порчу?
– Лиам.
Я шагнула к нему, но он отпрянул.
– Это все, на что я годен. Не зря меня называют Губителем мира. Думаю, это более чем справедливо. Теперь Онуна падет. Уже два погубленных мира, верно?
У него вырвался резкий, самоуничижительный смех, и я поняла, что его теряю. Каждая эмоция, которую он подавлял, грозила вырваться наружу и разорвать его на части. Горе и депрессия поймали его в свои уродливые лапы.
Комната содрогнулась, и я едва не потеряла равновесие. Ряды полок вдоль стен завибрировали и задрожали, а все предметы, не прикрепленные к полу, поднялись в воздух.
Я оглянулась, наблюдая, как толчки медленно нарастают.
– Лиам. Мне нужно, чтобы ты успокоился, хорошо? Мы разберемся с этим вместе, как и всегда.
– Тут не в чем разбираться, Дианна. Роккаррем не может лгать. Все, что он предсказал, сбудется. Разве ты этого не понимаешь?
Я вскинула руки вверх.
– Отлично! Тогда мы встретим конец света вместе.
Я надеялась, что смогу прорваться через стену, которую Лиам выстроил вокруг себя. Птицы на ближайших деревьях испуганно встрепенулись и разлетелись в стороны. Я боялась, что если он не успокоится, то все здание рухнет.
 
– Я потерпел неудачу, – прошептал он. – Снова.
– Нет, это не так.
– Да! Ты сама это слышала. У меня был единственный шанс заполучить эту чертову Книгу. – Его голос стал на октаву выше. – Я потерпел неудачу, потому что предпочел тебя Книге, всему миру! Из-за тебя я стал эгоистом. Ты заползла мне под кожу, как какой-то паразит. Ты заразила меня, и это стоило мне мира. Итак, теперь мне нужно снова готовить армию к войне. К войне, Дианна.
Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули, а пульс ускорился. Меня охватили злость и грусть – грусть за Лиама.
– Ты прав. Я того не стою.
– Вот именно, Дианна. Для меня ты того стоишь – и это делает меня самым эгоистичным ублюдком и самым опасным богом на свете. Я принял это решение за секунду, не думая о последствиях, и, окажись мы в такой ситуации, я бы сделал это снова. То, что я чувствую к тебе, меня ошеломляет, и я не могу это контролировать. Я не знаю, что делаю. Ты это понимаешь? На моих плечах лежит тяжесть всей вселенной. У меня был план, а потом ты ворвалась в мою жизнь, заставив меня наплевать на все остальное. Ты заставляешь меня путешествовать по Онуне, отвозишь в места с громкой музыкой и сладостями. Ты заставляешь меня жить в замке с претенциозными вампирами. Ты заставляешь меня смеяться, заставляешь меня улыбаться, заставляешь меня чувствовать. Ты заставляешь меня чувствовать себя нормальным и позволяешь мне забыть о том, что я – единственный правитель, потому что ты видишь во мне меня. Я ненавижу это, Дианна! Ненавижу то, что по меркам окружающих знаю тебя всего несколько минут. По большому счету, время, проведенное вместе, ничего не значит. Я знал других людей куда дольше, я делил с ними время и постель, но я не чувствовал к ним ничего, кроме нежности. Я ненавижу то, как сильно ты на меня влияешь, то, как ты обо мне заботишься, хотя я этого не заслуживаю.
От его внезапного признания я остолбенела. Мой мир перевернулся, потому что я испытывала к Лиаму то же, что и он ко мне. Я так к нему привязалась. Я беспокоилась о нем больше, чем о ком-либо прежде. Это меня пугало. Я почувствовала, как по моим щекам катятся слезы, подошла к Лиаму и положила руки ему на грудь.
– Я тоже все это ненавижу. – Мой голос надломился. – Я не просила об этом – испытывать к тебе такие сильные чувства, которые я испытываю сейчас. Честно говоря, сначала я тебя ненавидела.
У Лиама вырвалось легкое фырканье. Он кивнул, и по его щекам покатились слезы.
– И я.
– Придурок. – Я осторожно толкнула его локтем, отчего слезы на моих глазах выступили с новой силой. – Послушай, я все понимаю. Я понимаю, что Книга была бы у тебя, и мир был бы спасен. Но разве у тебя был выбор? Как? Как ты можешь называть себя эгоистом? Какой во всем этом смысл, если тебе приходится оказываться перед подобными выборами?
Комната вновь задрожала. Я протянула руки и обхватила лицо Лиама, заставляя его посмотреть на меня. Его пронзительные серебряные глаза были наполнены слезами и страхом.
– Эй, посмотри на меня. Меня не волнует, что говорит этот трехголовый парень. Лиам, твой отец видел в тебе нечто, достойное спасения. Унир видел будущее, и каким бы оно ни было, он верил, что ты воплотишь его в реальность. Твои друзья тебя ценят. Вот почему они так преданы, вот почему они любят тебя даже сейчас, после стольких лет. Ты спас их, сам того не зная. Ты дал им цель, выходящую за рамки бездумного повиновения. Они последуют за тобой в Ясулин, потому что ты – тот, кто дал им выбор, свободу воли и причину жить. Я видела твои воспоминания, Лиам. Ты считаешь, что потерпел неудачу, но это не так. И это не то, что ждет тебя в будущем.
Его голос был надломленным и тихим. Передо мной стоял бог, поверженный и уставший.