Чужой выбор (СИ)

— Судя по тому, как мои студенты даже во время занятий обсуждают вашу пару и гадают, с чем может быть связано такое скоропалительное замужество, твой муж задел сердца многих юных дев.
Угум, значит ее начала доставать наглость студентов, которые не в состоянии помолчать хотя бы полтора часа, пока преподаватель распинается перед ними, объясняя новую тему и она решила немного отыграться на мне.
— Не в курсе, что он там у кого задел, но, думаю, что девичьи сердца переживут эту трагедию и найдут себе другие объекты для чувств, — сухо прокомментировала я.
— Не знаю, не знаю, — засомневалась напоказ, — чужая душа — потемки, так что, ты зорко гляди за своим мужем.
— Я ему доверяю, — ответила избитой фразой.
— Это хорошо, — с довольным видом завершила Эльза Петровна этот странный диалог.
Я так и не придумала причину, по которой она вообще его затеяла. И без нее прекрасно знала, что некоторые себя видели носящими фамилию Никитиных, а тут я, нежданно-негаданно дорожку перебежала. Понятия не имею, у скольких из девушек, что начали смотреть на меня волком, не пытаясь скрывать свою зависть, были какие-то основания на такие мечты, но явно не у большинства, даже Артема на всех бы не хватило.
Когда рассказала про этот разговор супругу, он только посмеялся и попросил не обижаться на старушку, дескать, он был её любимчиком, и, таким образом, она решила меня проверить: начну обижаться и голосить – долго наш брак не продлится и ему можно только посочувствовать, перенесу эту провокацию спокойно – всё у нас будет хорошо. Таким образом, можно сделать вывод, что в который раз подтвердилось: жить мы будем долго и вместе.
Страсти улеглись довольно быстро: не было новых фактов, из которых можно было бы раздувать сплетни, и мы с мужем своим поведением не давали никаких поводов для новых разговоров. Так что, через некоторое время в институте все вернулось на круги своя, разве что, теперь ко мне обращались по другой фамилии.
***
— Кать, — сразу поняла, что сейчас услышу что-то, на что могу отреагировать не лучшим образом, — ты как относишься к зимним видам спорта?
— А что? – заподозрила подвох.
— Ответь – тогда скажу, — попытался сыграть на моём любопытстве, над которым он любил пошутить.
— Ммм, когда была Олимпиада в Сочи я смотрела почти все трансляции, где участвовали наши, — я в свою очередь играла на его нервах.
— Уела, — выразил недовольство моим ответом, — а если серьёзно: коньки, лыжи, борд? — перечислял, отслеживая реакцию по моему лицу.
— На коньках стояла пару раз в детстве, когда мама ещё была жива, на лыжах мы на уроках физры ходили ещё с начальных классов, у нас не так далеко от школы был парк, в котором зимой многие прокладывали лыжню, а борд меня пугает – не представляю, как на нём вообще можно кататься по траектории, отличной от прямой, — всё же не стала издеваться над мужем, а то он до старости не доживет с такой женой.
— На уроках тебя научили на обычных лыжах кататься, а горные? – кажется понимаю, куда он клонит.
— Не было желания и возможности осваивать горнолыжку, — без энтузиазма призналась я.
— Придётся пожелать, — уронил Артём, — я арендовал на все выходные нам коттедж на лыжной базе: в пятницу рано утром выезжаем, ничего страшного не случится от пары пропущенных занятий, — не дал себя перебить моими возражениями, — между прочим у тебя муж вплотную за диплом скоро возьмётся, плюс ещё практика, и точно уже не сможем себе такого позволить. Так что на пару дней вырвемся из города, пока снег ещё лежит.
— Ууу, — надула губы, — а можно я там просто буду дышать свежим воздухом? — Где искать это самое желание осваивать новое? – А ты катайся на здоровье.
— Неа, — не удержался от поцелуя, — тебе понравится, обещаю, — произнёс с такой интонацией, словно говорил совершенно о другом.
Вот и что делать? Придётся ехать и учиться через «не хочу», он же так просто с меня не слезет, если решил – сделает, это я успела отлично усвоить за время, что его знаю.
И ради нескольких дней мне пришлось пережить поход по магазинам: Артём решил меня полностью укомплектовать. Одни девушки показывают своим парням в примерочной откровенные комплекты белья, а мой муж заставлял мерить термобельё. К нему в списке покупок добавились: горнолыжный костюм, свитер, шапка, перчатки, очки, ботинки и лыжи с палочками – чтобы у меня точно не осталось возможности отговориться от этой задумки. Ещё бы, от ценников на всё это добро у меня глаза на лоб лезли, нормально так зарабатывают на любви к спорту и острым ощущениям.
 
Когда он меня заставил в первый раз надеть эти пластмассовые кандалы, которые по какому-то недоразумению принято называть сапогами, вообще не могла понять, за что надо мной так издеваются: в них ноги-то тяжело переставлять, что уж говорить о скольжении с горы, когда еще неясно сколько прибавят веса сами лыжи. А Артёму всё ни по чём, говорит, что это мне сейчас так кажется, а когда начну учиться – привыкну. Про себя высказав, что думаю по этому поводу, смирилась.
В пятницу рано утром, можно сказать ночью, мы выехали, чтобы приехать через пять часов на базу с одним желанием: спать. Я всю дорогу страдала от того, что не могу спать в машине, а Артём всё время провёл за рулём. Поэтому занеся в коттедж вещи, мы, не сговариваясь, забрались под одеяло, чтобы восполнить недостаток сна.
 Глава восемнадцатая 
ГЛАВА 18. Странная просьба
Встали только к обеду, тогда я и смогла оценить выбор мужа: дом оказался светлым и уютным, порадовало наличие камина и очень комфортных условий для проживания. На первом этаже расположились общая комната и кухня, спальня же занимала место на втором. Удивительным мне показалось то, каким образом на этой базе поддерживали тепло в домах: под каждым домом, а их здесь было пять и все разные, был подвал, вход в который располагался снаружи, где была огромная печь. Смотритель этой базы отдыха постоянно следил за ней и подтапливал, именно благодаря этому по специальным проходам в стенах курсировал горячий воздух и по трубам поступала тёплая вода. Хотела полюбопытствовать, с чем могут быть связанны такие сложности, но забыла, могу только предположить, что с местом дислокации, кто знает, проблемы проживания в горах, кроме тех, кто здесь живет.
Быстренько приготовила нам поесть, хорошо, что в доме была хорошая кухня, а уж продуктов, привезённых с собой, нам хватит не то что на пару дней, на неделю. А вот после мы на снегоходе поехали до ближайшей трассы, где мне пришлось впервые испытать кайф от катания с гор и боль от падений. Муж оказался прав – мне действительно понравилось.
Поэтому вечером, после испытанной эйфории, я была тихая и умиротворенная, так что, вполне нормально, что не отказалась разделить с Артёмом бутылочку красного. Сидя на островке белоснежного, мягкого до безобразия ковра, перед зажженным камином, любуясь на игру языков пламени и слушая тихий треск поленьев я почувствовала, что всё именно так, как должно быть, всё на своих местах. Даже сейчас не смогу сказать, кто из нас первым потянулся навстречу друг другу, главным стало чувствовать его дыхание, мягкость и одновременно напористость родных губ, прикосновение тёплых рук, и ощущение его горячей кожи под своими ладонями. Незаметно для себя оказалась прижатой его телом к ковру, чувствуя открытыми участками спины его рельефность, но не отвлекаясь от того, что сейчас творили со мной касания Артёма. Не насытившись моими губами, он проложил дорожку из поцелуев до груди, уделяя особое внимание чувствительным участкам, которые определял по моему отклику. Спустив лиф, он не обделил ласками ни одно из полушарий, заставляя выгибаться навстречу ему. Неосознанно обвила его ногами, пытаясь быть ещё ближе, стереть любые преграды. Оторвавшись от груди, он снова вернулся к моим губам, которые уже пульсировали от его напора. На миг прервав контакт, муж приподнялся на локтях, обозрев открывшийся вид голодным взглядом. Я прекрасно ощущала его восторг и возбуждение – опустила щиты, чтобы чувствовать наши эмоции. И тем страннее показалось услышанное, просочившееся в мой затуманенный мозг: