Измена. Я тебя (не) прощу (СИ)

Вспомнил свою бывшую — до сих пор поднимается волна злости за ту дичь, что она творила. Но зажимы-то я ей все поснимал. Да что теперь вспоминать, это уже все в прошлом.
Заметил, как зарумянились Настины щечки, как опустила глаза.
Но еще заметил, что ее взгляд ох как горяч — рассматривает меня, ее волнение рядом со мной. Уверен, она прямо сейчас на грани, Помню, где пальцем легко коснуться, где круговые движения, чтобы довести до состояния вау. А когда пожестче и поглубже. Да, сегодня будет ясно — будет ли у нас продолжение, захочет ли Настя повторения так же, как я. Хочу видеть в ее глазах желание.
Только она боится. Но ничего, я умею раскрепощать скромных девочек. И вообще, такой клад упускать нельзя, второго шанса может не быть. Такие девочки — золото.
Когда зашли в дом, сразу заметил что она уставшая, напряженная. Боится, смотрит вокруг с опаской.
Хороший массаж бы ей сделать. От пошлых мыслей, как бы я сделал ей массаж, где бы пощупал, помял, погладил трудно избавиться.
Хочу снова держать руках это чувствительное к моим прикосновениям нежное тело. Эх. Как сдерживаться.
Наверное, надо действительно поплавать, чтобы сбросить напряжение. Мне это помогает.
Но мысли о плавании с Настей окончательно взбудоражили меня.
Ой Настя, что ты со мной делаешь! А что я с тобой сделаю если захочешь получить наслаждение!
  
Глава 22. В гостях хорошо
 
Глеб показал мне комнату, где я буду ночевать. Спасибо ему за тактичность — мне ужасно неловко, что повела себя так недальновидно, поехав с мужчиной на ночь в неизвестность. То, что у меня будет отдельная комната, успокаивало. И что Глеб не стал давить на меня.
Хотя с Глебом было очень классно во всем и когда мы просто болтали за завтраком, когда молчали в дороге. Меня это удивляло, я никогда не верила истории о любви с первого взгляда и всем таком. Сначала нужно хорошо узнать человека. Иначе за что можно любить мужчину, которого совсем не знаешь. Но невозможно отрицать, что между мной и Глебом все искрит.
Всегда считала, что если есть о чем вместе помолчать — это настоящая близость. Так у меня произошло только с Глебом, причем сразу. Мы знакомы всего ничего.
А я уже ощущаю родство душ, и конечно меня к нему тянет, в его присутствии я сама не своя. Не узнаю себя.
Я не из тех женщин, которые из ничего делают истерику, шляпку и салатик. Я не закатываю истерики, не скандалю. А для салатика у меня всегда все есть.
У меня всегда был порядок в делах, планах, дома и в голове.
Но той жизни теперь нет. Даже один день не хочу больше тратить на то, чтобы разобраться, что я не так сделала, чем не угодила мужу, как у него случился этот роман. Это не имеет никакого смысла — я никогда не прощу предателя, никогда. Даже если бы простила — ни за что не осталась бы с мужем. Каждый раз вспоминать эут любовницу, при любой задержке думать с ней он или нет. Ну уж нет. Не собираюсь запираться от мира и оплакивать этого недостойного мужчину. Пусть Стас ждут своего ребенка, растят его. Не хочу ничего знать об этом.
Буду жить полной жизнью! Прямо сейчас!
Я никогда не позволяла себе так легкомысленно вести себя с мужчинами. А сейчас смотрю на Глеба, ловлю его взгляд и мне не по себе. Так было хорошо оказаться в его объятиях.
Очень надеюсь, по мне это незаметно. Только Глеб смотрит на меня так, как будто читает мои мысли. А может, он возбужден. Чувствую от него бешеную энергетику, в глазах огонь. Кажется, нас вот-вот унесет волна желания. Главное, чтобы не снесла.
Комната, в которую привел меня Глеб очень просторная, с большим окном. Мне нравится эта тишина, ночная свежесть из окна. Кажется, окно выходит в сад, интересно, какой он? Да, хоть и не санаторий но пока очень хорошо.
Туалетный столик, плазма с большой диагональю, огромная двуспальная кровать. Отдельный санузел, гардеробная.
Глеб пообещал мне, что скоро позовет на ужин.
А пока я решила переодеться и принять душ. У меня был сегодня очень тяжелый день.
Не знаю, что выбрать из одежды к ужину. У меня с собой вещи, которые мы собирали со Светкой — я вообще не помню что там было, и что я успела собрать дома, что влезло в сумки чемоданы. Брала и нарядное, и домашнее и практичное.
 
Снимая с себя одежду в душе, понимаю, что у меня нет запасного белья. Когда я собиралась, была в таком состоянии, что удивительно, что голову не забыла. Если без бюстика с моей грудью можно еще обойтись, то белье нужно обязательно.
Повезло, что нашелся купальник. Раздельный, верх был без застежек сзади, но с завязками спереди. Трусики тоже были с завязками по бокам. Ну, хоть что-то.
Вспоминаю, как Глеб гладил мою спину в районе лопаток снова и снова, проводил ладонью сверху вниз и обратно вдоль спины, одновременно жарко и настойчиво целуя в губы. Когда мои соски становились твердыми, Глеб проводил по ним губами. А еще своей щетиной слегка царапал, проводил по кругу кончиками пальцев, иногда нажимая.
Как бы я не старалась сохранить контроль над происходящим, мне не удавалось это сделать. Потому что мое тело полностью подчинилось Глебу, разрешая проделывать со мной такое, чего я стыдилась. Все это было стыдно, приятно, увлекало и приводило к мощной разрядке.
Я не понимала, как все это происходило. Как Глеб сумел погрузить меня в свой мощный поток так быстро. Обычно такую осторожную, не совершающей поступков на эмоциях.
Вдруг он решит, что я из доступных девушек. Занялась с ним сексом, потом познакомилась. А сейчас поехала на ночь глядя с незнакомым мужчиной загород, И осталась ночевать!
Стыдно было ужасно. Но обстоятельства, в которых я как-то старалась сохранить здравый смысл и рассудок вышли из-под контроля.
После душа сразу надела купальник вместо белья. То, что он был раздельный — даже хорошо.
Выйти к ужину без нижнего белья — просто верх пошлости и распущенности. Хуже только прямо предложить себя. Вместо ужина.
Когда я нервничаю, я начинаю шутить. Даже не шутить, а ерничать. И над собой тоже. Это меня немного отвлекает.
Юмор вообще позволяет оставаться на позитивной волне, даже когда все вокруг не очень-то и позитивно.
Выбрала максимально закрытую одежду для дома — спортивные брючки и топик. А сверху надела еще спортивную кофту. Застегнула молнию до самого подбородка. Хотя сейчас не холодно, но так я чувствовала себя защищенной, никаких намеков с моей стороны! Спортивная одежда и все.
Решила пройти посмотреть дом. Глеб разрешил ходить везде, если будет желание.
Оно у меня появилось, я один раз бывала в таком роскошном доме — отвозила начальнику документы домой, что-то срочное. Хотя тогда мне показалось, что со стороны Аркадия срочность была надуманной и служила лишь поводом для того чтобы под благовидным предлогом пригласить меня в гости.
Я знаю, что он давно хотел бы перевести наши отношения из рабочих в горизонтально — рабочие.
Но тогда я была счастлива и замужем. И вообще Аркадий прекрасный мужчина, обеспеченный и надежный, мечта многих наших офисных дам. Ко мне относится более чем хорошо. Только я к нему равнодушна.
Максимум — мы иногда ужинали в ресторане, я сопровождала его в рабочие поездки. С Аркадием я чувствовала себя защищенной. Нельзя сказать, что мне это не нравилось. Ну какая женщина откажется от покровительства сильного богатого заботливого мужчины? Только я старалась не принимать от него ничего, чтобы оставить отношения рабочими и формальными.
С Глебом все по-другому! Он меня волнует, мне сложно себя контролировать рядом с ним. Его близость действует на меня магически — я и не подозревала в себе такого количества страсти. А может, за время холодного брака просто изголодалась?
Экскурсию по дому я продолжила, спустившись со второго этажа по лестнице на первый этаж. И попала в уютную гостиную.
Высокие окна, плотные гардины, приглушенный свет, мягкие пушистые ковры на полу. В камине потрескивали дрова. Рядом в ажурной дровнице лежали дрова и висели кованые аксессуары — совок, щипцы, щетка, кочерга. Перед камином стояли уютные кресла — качалки со стильными подушками и покрывалами.