Отдел возмездия (СИ)

Противники неторопливо приближались, не особо таясь, а я держал их на прицеле и не спешил стрелять. Во-первых, мне вроде бы запретили плодить новые трупы. Во-вторых, если они начнут отвечать на мою стрельбу, то вполне могут зацепить Сильвию, беспомощно лежащую на заднем сиденье. С другой стороны, стрелять все равно придется, не выходить же к ним с поднятыми руками.
— Ты чего ждешь, пока их молния поразит, что ли? — спросила шепотом Сильвия. — Стреляй быстрее, идиот.
И тогда, получив приказ куратора, я открыл стрельбу. Треснувшее стекло разлетелось на осколки. Один противник, тот, в которого я целился, тут же со стоном повалился на снег. Другие тоже упали, как подрубленные, прячась в складках почвы и начали стрелять в ответ.
Пули с глухим звоном впивались в железные дверцы машины. Я лежал, скорчившись на полу. Потом я осторожно открыл противоположную дверцу, готовясь выскользнуть из машины и сменить позицию.
— Ты куда? — спросила Сильвия, усердно копошившаяся на заднем сидении. — Я не могу свой пистолет найти.
— Я пойду прогуляюсь, свежим воздухом подышу, — ответил я. — А ты можешь остаться, побеседовать с новыми друзьями.
— Уходи вправо к передней части, — скомандовала она. — Отвлеки их, а я зайду сзади.
— Обычно это я захожу к девушкам сзади, — ответил я. — Ну, ничего, сейчас можешь и ты, для разнообразия.
— Ох, Миша, ты заткнешься когда-нибудь или нет? — беззлобно спросила девушка и обрадованно добавила: — О, наконец-то нашла пушку, давай, действуй, я прикрою.
Ну что же, раз у нас появилось некое подобие плана, это уже что-то. Я вылез из покореженной машины, затем почти сразу выбралась Сильвия. Выстрелы противников на время прекратились, видимо, они перезаряжали оружие или ждали, что будет дальше.
Я пробрался к все еще дымящемуся капоту нашей бедной «Победы», под которым что-то булькало и шипело и осторожно высунул голову. Сначала в темноте ничего не было видно. Впереди на фоне дороги и черно-серого неба выделялся силуэт вражеской машины.
Затем я заметил шевеление в снегу и засек одного из противников. Вот ты где, голубчик, решил обойти нас с фланга.
— Вижу одного, — прошептал я громким шепотом. — На два часа справа.
— Чего? — удивленно переспросила девушка.
Ах да, откуда ей знать американскую систему оповещения о передвижениях противника?
— Я говорю, враг справа лезет, — поправился я. — Как к себе в нужник, понимаешь ли. У тебя там тоже второй может по флангу появиться.
— У меня нет никого, — ответила Сильвия, внимательно вглядываясь в окружающую местность со стороны багажника.
— Ну, тогда я беру этого, — сказал я и навел револьвер на ползущего противника.
Выждав немного, когда он окажется подальше от убежища, я выстрелил. Ползун тут же замер, а я чувствовал, что не попал. Снова прицелился и выстрелил. И снова мимо. В это же время он начал стрелять в ответ.
Пуля просвистела в воздухе, очень близко рядом с моей головой и я тут же спрятался за корпус автомобиля. Вытряхнул отработанные патроны и перезарядил наган. Надо бы пополнить боеприпасы, такими темпами они у меня скоро закончатся.
Затем я снова осторожно выглянул из-за капота, только сначала поглядел снизу, где резиновой лужей растеклось сдутое колесо. Мой клиент находился на том же месте, ждал моего выхода. Я снова прицелился в него и тут в меня выстрелили справа, там, где я совсем не ожидал нападения.
Пуля попала в капот и застряла в корпусе автомобиля. Я тут же нырнул на землю, а затем хотел открыть дверцу, но ручка сломалась и машина осталась закрытой. Между тем меня продолжали осыпать пулями.
Видимо, пока я отвлекся на первого, второй противник обошел меня по большому кругу со стороны капота и взял на мушку. И вот теперь я перед ним, как на ладони. И еще никак не мог спрятаться от него, потому что все дверцы машины никак не открывались. Наконец, я успел нырнуть за багажник, недоумевая, куда подевалась Сильвия.
— Где он? — спросил тот, в которого я недавно стрелял.
— Сзади спрятался, — ответил второй, тот, что только что стрелял в меня. — Давай, берем его в клещи.
 
Я услышал хруст снега под их ногами. Они поднялись и направились ко мне. Я выглянул и хотел выстрелить сначала в одного, но он тут же заметил меня и выстрелил сам. Я опять чудом избежал смерти.
Тогда я прижался к земле, пытаясь найти увидеть их и стрельнуть по ногам, но они внезапно побежали ко мне. Я успел выстрелить пару раз, промазал и приготовился подохнуть, потому что даже если я убью одного, второй обязательно меня прикончит.
— Вот дьявольщина, — пробормотал я и мысленно попрощался с этим славным времечком, когда издали тоже начали стрелять.
Это наконец-то объявилась Сильвия и парой метких выстрелов завалила одного из противников, а со вторым я справился и без ее участия. Он сам выскочил на пулю, торопясь убить меня и вместо этого был сам убит наповал.
После того, как с ними было покончено, я подождал, не появится ли кто еще, но нет, вокруг стояли машины, лежали тела и далеко во все стороны тянулась заснеженная равнина. Дул холодный ветер, в котором, однако, чувствовались теплые нотки приближающегося лета. Далеко на дороге показались огни фар спешащей в Москву машины.
— Ты где там? — спросил я у Сильвии, не находя чертовку в окружающей местности. Замаскировалась она замечательно. — Все в порядке?
— Все отлично, мальчик, — ответила девушка и вдруг возникла из темноты. Двигалась она почти бесшумно, как кошка. — Ты не испугался? Не испачкал свои замечательные брюки?
— Вроде все в порядке, — сказал я. — А ты где была? Не могла предупредить, куда спрячешься?
— Да ладно, самое главное, результат, — ответила Сильвия, приближаясь. — Я тебе второй раз за сегодня жизнь спасла, кстати. Не вижу благодарностей.
Я церемонно поклонился.
— Вы даже не представляете, мадемуазель, как я вам признателен. Право, не стоило так утруждаться.
— Фу, что за барские замашки, — наморщила носик девушка. — Лучше иди обыщи их. Может, они укажут на Койота, хотя вряд ли. У него обычно каждый знает только о текущем задании. Местонахождение самого Койота тщательно засекречено.
— Может быть, они все-таки поделятся сведениями, — понадеялся я, но враги не пожелали облегчать нам задачу.
Двое уже скончались и глядели неподвижно, а рядом снег покраснел от крови из ран. Третий, которого я подстрелил самым первым, еще жил, со свистом втягивая воздух через сжатые зубы. Я взял его Маузер, сунул себе за пояс, сел рядом на корточки и спросил:
— Как поживаешь, дружище? Как здоровье? Говорят, смертность на дорогах страны выросла в разы?
Он продолжал сипеть и изгибать туловище самым невероятным образом. Вдобавок он конвульсивно дергал ногами, взрыхлив снег и уже добрался до черной земли, раскидывая ее вокруг.
— Может, у тебя есть какие-то пожелания? — спросил я. — Врача там позвать, или водочки? А может, умереть быстрее хочешь? Давай, я все исполню.
Я наклонился к нему ближе, заглянул в остекленевшие глаза и тихо спросил:
— Кто в отделе возмездия наш маршрут сдал? Говори, уродец.
Он силился что-то сказать, но что именно, уже было не разобрать. Через полминуты он скончался у меня на глазах, так и не сказав ничего внятного.
Я вернулся к Сильвии и мы переселились в «Москвич» противников. Машина осталась на ходу, хоть капот у нее и превратился в смятку.
— Теперь я поведу, — заявила Сильвия. — От тебя вечно одни неприятности, даже доставить меня спокойно не смог. Боюсь, Зверю не очень понравится сегодняшнее дорожно-транспортное происшествие.
— Ничего, я не хочу давать ему скучать, — беспечно ответил я, хотя на самом деле не был так спокоен. — И да, теперь твоя очередь вести машину. Если снова появятся гонщики, разбуди меня, я опять выступлю мишенью.
Мы уселись в машину и отправились дальше. Лобовое стекло трофейного автомобиля покрылось трещинами, из бокового стекла дул ветер.
— Эй, не спать, — позвала меня Сильвия. — Я сама хочу дремать и меня нужно отвлекать, если не хочешь опять выехать на обочину.