Империя. Пандемия (СИ)
Хочу узнать твое мнение на сей счет. Все ж таки ты куда более искушенный в дипломатии и в военном деле человек.
Молитесь за меня, за внуков и за выздоровление Михаила.
Мария,
Россия, борт бомбардировщика Си‑30 «Разящая Алконост».
* * *
ЛИЧНОЕ ПИСЬМО ИМПЕРАТРИЦЕ ЕДИНСТВА МАРИИ ВИКТОРОВНЕ ОТ ИМПЕРАТОРА РИМА ВИКТОРА ЭММАНУИЛА. 6 октября 1918 года.
Здравствуй, Иоланда‑Мария!
Могу только посочувствовать тебе, ведь на тебя столько всего обрушилось за эти сутки. Что касается дипломатии, суть предложений кайзера мне понятна. Признаться, я ожидал чего‑то подобного. Ситуация в Австро‑Венгрии стремительно ухудшается и неопределенность в этом вопросе грозит нам самыми ужасными последствиями.
Я знаю аргументы Михаила, но я по‑прежнему считаю его позицию в этом вопросе ошибочной. Не говоря уж о том, что его упорное нежелание принять очевидность, весьма и весьма негативно влияет на монолитность всего Новоримского Союза. Недовольство в столицах НРС нарастает, а усиление Германии вовсе не видится им таким уж опасным. Особенно на фоне возможности расширить свои владения и уничтожить куда большую опасность для нас всех, коей и является Австро‑Венгрия.
Уверен, что ты и сама уже видишь всю несбыточность проекта преобразования Двуединой монархии в Триединую в виде нейтральной и аморфной Австро‑Венгро‑Славии, поделенной на сферы влияния. Венгры, упорные в своей недальновидности, не допустят мирного выхода славянских территорий из состава Земель короны Святого Иштвана, равно как и не согласятся на повышение статуса славян в этой империи.
Напряжение достигло крайнего предела. Ситуация такова, что если мы не обеспечим мирный контролируемый распад АВИ и самой Венгрии, то полыхнет по всем Балканам, потом и по всей Европе, а само существование Новоримского Союза будет поставлено под вопрос.
Угроза введения германских войск в Австрию и Чехию реальна. Допустить такое развитие событий мы не можем, не говоря уж о том, что такой ввод гарантировано приведет к большой войне.
Согласен, что помимо проблем, связанных с распадом Австро‑Венгрии и возможных споров между странами Новоримского Союза о новых границах, есть проблема Трансильвании и большой вероятности войны за этот край между Венгрией и Румынией. Однако, по здравому размышлению, мне эти проблемы видятся решаемыми. Я бы вообще рассмотрел вопрос об устранении яблока раздора в виде Трансильвании. Независимое Трансильванское королевство в составе Новоримского Союза видится мне самым оптимальным решением, а русские «силы безопасности» будут удерживать Румынию и Венгрию от соблазна решить вопрос силой оружия.
Главным же камнем преткновения мне видится будущее Чехии. Насколько я понимаю, Михаил категорически не желал допускать вхождения Чехии в Нордический союз, однако, именно Чехию в Берлине считают главным призом всей игры, поскольку уверены в том, что вхождение в состав Рейха самой Австрии предрешено.
Твоя неопытность и твое происхождение являются твоими слабыми и, одновременно, сильными сторонами. Заставь оппонента принимать решения на основании стереотипов, и он обязательно ошибется.
Я согласен с господином Гирсом о том, что нужно тянуть время. Одновременно, я согласен и с генералом Гурко, который рекомендует демонстрацию решительности. На тебя сейчас внимательно и придирчиво смотрят не только в Берлине, Вашингтоне и Лондоне, но и в столицах Новоримского Союза. Многие уверены, что ты – слаба, и ориентироваться на тебя просто опасно. Ты должна убедить противников, и, в особенности, союзников в том, что ты – настоящая реальная сила.
Нужно не допустить новой войны в Европе, но при этом выиграть время.
И что ты решила с выборами? Сообщения из Москвы выглядят довольно пугающими. Боюсь даже представить итог и новое правительство. Возможно, имеет смысл перенести выборы?
Мы молимся за тебя, внуков и за выздоровление Михаила. Я только сейчас понял насколько он важен и дорог для всех нас.
Держись!
Твой папа,
Рим, Квиринальский дворец,
6 октября 1918 года.
* * *
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МОСКВА. ВОРОБЬЕВЫ ГОРЫ. ШУХОВСКАЯ БАШНЯ. 6 октября 1918 года.
«Говорит башня инженера Шухова в Москве. У нас новая потеря. Только что умер монтажник Глеб Пирожков. Кто верует, помолитесь за упокой его души.
Длинно писать не могу. Руки совершенно закоченели. Мы ждем спасения и греемся, как только можем. С земли нам сообщили, что утром или ближе к полудню может прекратиться снегопад и расчистится небо. Некоторым из нас снится летящий к нам дирижабль. Верю, что это вещие сны, ведь Империя своих никогда не бросает. Это была передача с Шуховской башни в Москве. Вел передачу подпоручик Лев Термен».
* * *
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. ХАРЬКОВ. ВОЕННО‑ВОЗДУШНАЯ БАЗА «СТЕПНОЙ ОРЕЛ». 6 октября 1918 года.
Маша молилась на образа в углу. Вести были ужасными, но были и обнадеживающими. Миша жив, хотя доктора по‑прежнему боятся делать прогнозы. Зато прогноз погоды давал довольно высокий шанс на то, что циклон наконец‑то сместится на запад и откроет небо над Москвой.
Так что эту ночь она проведет здесь, на базе, а утром будет принято решение о вылете. Императрица было порывалась выехать поездом, но ее убедили, что по времени она мало выиграет, поскольку к Императорскому поезду еще нужно организовать составы сопровождения, ее головорезов тоже надо как‑то везти, да и в связи с крестьянскими волнениями могли быть неприятные сюрпризы в дороге. А глупо пачкать свое имя крестьянской кровью ей не хотелось.
Да, и прилететь в Москву в составе целого полка будет куда эффектнее. Прав царственный родитель – ей нужно демонстрировать свою силу.
‑ Господи, упокой душу новопреставленного раба Николая и даруй ему Царствие Небесное…
Маша трижды перекрестилась.
‑ Господи, спаси, сохрани и помилуй, Господи снизошли исцеление рабу Божьему Михаилу и всем недужным. Не за себя молю Тебя. Господи, прости мне прегрешения мои вольные и невольные. Пресвятая Богородица, помолись за нас грешных…
Завершив свою молитву, Императрица вздохнула. Предстояла так ненавидимая ею процедура сцеживания. Мало того, что весьма неприятно само по себе, так и глядя на свое молоко, она чувствовала себя настоящей предательницей, бросившей своих детей…
* * *
БРИТАНСКАЯ ИМПЕРИЯ. КИПР. В ВИДУ ПОРТА ЛАРНАКА. 7 октября 1918 года.
Пароход «RobertLouisBalfourStevenson» приближался к входу в гавань. Группа беглецов сгрудилась на палубе, тревожно глядя на приближающийся берег. Позади остались семь сотен морских миль и три сотни километров воздухом.
Воздух. Аликс вдыхала тревожный воздух. Что ждет их впереди? Что осталось позади?
Эх, Ники‑Ники! Что с ним? Жив ли? Докладывают, что в Константинополе только об этом и говорят. Легкомысленный упрямец. Никогда ее не слушал. Слушал родню свою и вот получил. А она ему говорила! Предупреждала! Все, все против них! Все!
И теперь они здесь, а что с Николаем – неизвестно. И пока не очень‑то похоже, что их возращение на трон будет легкой прогулкой.
Новости, которые они получали по радио, утверждали, что итальянка не только удержалась у власти, но и, проявив чудеса изворотливости, а также блистательный пример безжалостности и жестокости, сумела опрокинуть своих врагов на пути к престолу. И нет никаких сомнений в том, что останься Аликс с детьми в своем дворце в Константинополе, они не оказались бы целиком в ее власти. И, пожалуй, глядя на то, как решительно итальянка идет по головам, нет никаких гарантий, что она не предпочла бы избавиться от них таким же самым решительным образом.